Чтение онлайн

– Говорит, что так, – кивнул Гризов, – А еще говорит, что и сам точно не знает, где вертолет. Но, что не здесь, не на юге, это наверняка. Сказал, мы не там ищем. Что нам надо двигаться на север, а там мне духи укажут дорогу.

– Опять духи, – сплюнул Костян, – Интересный маршрутец твой новый друг нам подкидывает. Главное, точный. Как по компасу. Строго на север. Но, похоже, ничего не остается. Назад уже не повернуть.

– Ну, да, – согласился Гризов, – эта река, как он мне рассказывал, приток Евфрата. Она течет на север. Надо проплыть по ней до места выхода на поверхность, а там…

– Интересно, – подал голос Коля Быстрый, – сколько нам по ней плыть? Судя по припасам еды на корме, не один день. Хотя запасов бензина не наблюдаю и запасного генератора энергии тоже. Я, конечно, оптимист. Но, может, твой арабский друг решил, что мы любим долго плавать в темноте на веслах, и решил нам доставить это удовольствие?

– А, может быть, эта речушка вытекает на поверхность небольшим ручейком или источником, и нам вообще из-под земли не выбраться? – поинтересовался Голуаз, обернувшись, – может, это он нас так изобретательно кончает?

– Не знаю я, – мотнул головой журналист, – Поживем, увидим. Ты лучше Коля, пока светло, расскажи мне кто такие эти ассасины, чей город модернизировал Рушди. Интересно.

Голуаз вернулся к рулю и стал смотреть вперед, туда, где, петляя черными изгибами, неизвестно куда несла свои воды подземная река. Костян тоже смотрел вперед, размышляя над чем-то.

– Интересно? – переспросил Коля, – ну тогда слушай, что смогу расскажу. Название Ассасины происходит от арабского слова «хашшашин» – «употребляющие гашиш», под этим именем в средневековой Европе получила известность ветвь исмаилитов, отличавшаяся строгой дисциплиной.

– Дисциплинированные наркоманы? – переспросил Гризов, – однако.

Коля не обратил на его восклицание особого внимания и, наклонившись вперед, чтобы Гризов лучше слышал, продолжал свой исторический рассказ:

– Орден ассасинов основан в Иране персом Хасаном ас-Саббахом, который умер в тысяча сто двадцать четвертом году. После него главой его иерархической системы стал Шайх аль-Джабаль, известный крестоносцам в популярном переводе как «Горный Старец». Ему помогали две группы подчиненных: «верховные проповедники» и группы «обреченных», находящиеся на более низкой иерархической ступени, готовые действовать или погибнуть, слепо подчиняясь приказу.

– Понятно, – кивнул Гризов, – бесплатные боевики.

– Из захваченной Хасаном горной крепости Аламут, расположенной к северо-западу от иранского города Казвин, в последующие двести лет ассасины распространили свое влияние на многие области мусульманского мира, создав цепь укрепленных горных фортов в северном Иране и Сирии, проводя политику тайных убийств своих врагов.

– Это понятно, – опять кивнул Гризов, – местные иезуиты.

– К концу одиннадцатого века, – продолжал вещать Коля, перекрикивая шум подземной реки, – Ассасины прочно укрепились в северо-западной Сирии. Неприступной цитаделью служила им расположенная в этом районе горная крепость Масйаф.

– Интересно, – перебил его Гризов, – это не та самая крепость?

– Бананы из ушей вынь, – посоветовал Коля, – я же сказал в северо-западной Сирии. А мы, при всем желании, сейчас можем быть только в ее юго-восточной части, или вообще на западе Ирака.

Антон промолчал.

– На тот момент главой ордена в Сирии был Рашид Ад-Дин Ас-Синан. В свою очередь ставший «Горным Старцем», он проводил политику террора в отношении прибывающих крестоносцев. Гонял рыцарей и в хвост и в гриву. Никого не жалел.

– Молодец, – согласился журналист, – наш человек. Чего их жалеть? Кто с мечом к нам придет…

– Так продолжалось до тех пор, пока не пришли монголы.

– Монголы? – удивился Гризов, – Здесь, в Персидском заливе? А чего они здесь забыли? Отсюда до их родной Монголии, то бишь Орды, путь не близкий. А уж в те времена…

– Что забыли, точно не знаю. Может быть, ассасины им чем-то не угодили. Монголы не могут долгое время усидеть на одном месте. Их все время тянет воевать. Как бы далеко не требовалось идти, все равно придут и побьют. Вот и тогда, к тысяча двести пятьдесят шестому году иранские крепости ордена ассасинов были разрушены монголами под предводительством Хулагу-хана. А в тысяча двести пятьдесят восьмом году уже вся территория современного Ирака была разорена монгольскими захватчиками.

– Вот упертые ребята, – кивнул головой журналист.

– Пятнадцатью годами позже, в тысяча двести семьдесят третьем году, укрепления в Сирии были уничтожены мамлюкским правителем Бейбарсом I, и сирийские ассасины рассеялись по другим странам. Сейчас потомки некоторых из них проживают в Индии, Сирии, Ираке, Омане и даже на Занзибаре.

Гризов некоторое время помолчал, слушая уже ставший привычным шум реки и мотора. Потом махнул рукой назад, туда, откуда они недавно уплыли.

– Так может и этот, большой иракский человек Рушди Хезбаллах, – проговорил он, – их потомок? Раньше они курили гашиш и боролись с крестоносцами, а теперь с американцами.

– Все может быть, – ответил Коля, – только мы этого наверняка никогда не узнаем. Да и какая разница. Лишь бы с вертолетом и рекой не наколол. А там, пусть он будет хоть папуас.

Журналист посмотрел на часы, стрелки которых показывали пять утра по местному времени. Получалось, что «в гостях» у Рушди они провели чуть меньше суток, а журналисту показалось, что всего несколько часов. По всей видимости, добрую половину этого времени все находились в отключке. А с того момента, как они отчалили на катере от подземной пристани, прошло уже почти два часа. Время под землей летело незаметно. Это всегда так, когда не видишь солнца.

Более-менее разобравшись со своим положением в команде и ближайшим будущим, Гризов задумался о том, что сейчас творится наверху. Если верить своим ушам, то в момент осмотра боевой авиамощи личной гвардии Рушди, произошло нападение на его секретный город. Получается, что американцы все-таки вычислили по каким-то приметам местонахождение логова своего главного врага и нанесли упреждающий удар. Причем, удар этот был не похож на комариный укус, а значит, о его мощи были осведомлены.

Скорее всего, подземный город бомбила стратегическая авиация или, что тоже возможно, начался обстрел «томагавками» с кораблей и подводных лодок в Персидском заливе. Все это могло означать только одно, если Рушди не бахвалился перед журналистом своей силой, и способен привести в исполнение хотя бы половину угроз, которые произнес, то следует ожидать массовых антиамериканских восстаний на поверхности этой жаркой страны. А может быть и полномасштабной войны. Кто его знает, что еще утаил в своих пещерах Рушди и сколько у него тайных слуг. В ошибочную бомбардировку Гризов не верил. Зачем бомбить пустыню? Можно, конечно, было предположить, что ракета сбилась с курса. Но чтобы сразу несколько, это вряд ли.