Чтение онлайн

– И чего он такой пестрый? – задумчиво пробормотал Курт. – Остальные одеты просто нарядно, а этот…

– А он у них павлином работает, – хихикнул Мур.

– Павлином? – удивился Курт. – А что это?

– Ты не знаешь кто такие павлины? – шепотом возопил Мур.

– Не знаю. А что? – честно ответил Курт.

– Понятно, – фыркнул Мур. – А еще Бог…

– Сам такой! – возмутился Курт. – Богам, между прочим, необязательно знать про разных там павлинов!

– Ты дикарь, темнота и невежда, – резюмировал Мур.

– Заткнись, солнышко ясное! Он нас услышит! – прошипел Курт.

Хозяин дома со съехавшей крышей уже добрался до них и теперь размашисто кланялся.

– Ну, и что я должен делать с этой замечательной крышей? – пробормотал Курт, а вслух сказал. – Приступим!

И если первый его жест и вышел слегка неуверенным, то каждый последующий прямо-таки по ходу движения наливался могуществом и непререкаемой божественной силой.

Курт воздел руку.

Опустил.

Опять воздел и немного помахал ею, словно бы воздух перемешивал – а впрочем, может, и впрямь перемешивал? Кто их знает, этих Богов! Потом он произнес какую-то божественную тарабарщину, потом опять помахал рукой, потом…

Мур уже собрался предложить ему помахать ради разнообразия и ногой тоже, когда Курт, наконец, начал произносить нечто внятное.

– А ну-ка, родимая, стань прямо! – сказал Курт крыше.

И все наконец-то его поняли. Все, кроме крыши.

На миг встав прямо, она тут же съехала на другую сторону.

– А я сказал – стань прямо! – рассердился Курт.

И опять что-то такое божественное произнес.

– Никогда таковской ругани не слыхивал! – потихоньку восхитился Мур. – Надо будет потом слова переписать.

Крыша скрипнула и съехала на третий бок. Курт топнул ногой. Волна силы качнула воздух. Крыша подпрыгнула и съехала на четвертый бок.

– Назад! – прорычал Курт. – Кому сказано!

Крыша еще раз подпрыгнула, а потом соскочила с дома и попробовала удрать. Хозяин съехавшей крыши завопил и сиганул в случившуюся неподалеку канаву. Курт зарычал еще громче и бросился в погоню. Переваливаясь с боку на бок, крыша резво убегала вдоль по улице. Рыча от божественного гнева, Курт бежал за ней. Над его головой вспыхнул ослепительный нимб. Крыша взвизгнула от ужаса и попыталась взлететь. Курт ухватил ее за трубу и удержал.

– Покорись! – прорычал он.

– Ну ладно, – черепичным голосом промолвила крыша. – А ты драться не будешь?

– Не буду, – пообещал Курт. – Если вернешься на место и скажешь, кто тебя заколдовал.

– Я скажу, – пообещала крыша. – Но только тебе. На ушко. Потому что… в общем, когда скажу, сам поймешь.

Курт протянул крыше свое божественное ухо и услышал. И понял.

– Хорошо, – сказал он. – Я никому не скажу. Только посоху.

– Ему можно, – сказала крыша. – А теперь отпусти меня. Я ведь живая. Я все равно сбегу.

– А раньше чего не сбежала? – спросил Мур.

– А раньше я была не совсем живой, – вздохнула крыша. – Я как бы спала. Потом просыпалась. И съезжала. Съезжала не для того, чтобы позлить кого-нибудь, а чтоб убежать. Сползти на землю и уковылять тихонько. Но ничего не получалось. Я снова засыпала. А проснувшись, ползла уже почему-то на другую сторону. А теперь твой хозяин коснулся меня своей божественной силой, и я ожила. Даже летаю. А мне так давно этого хотелось! Ведь я все время была тут. Сверху. И смотрела на небо. А смотреть в небо и не летать… Ведь я теперь совсем-совсем живая. Нельзя живое существо в плену держать.

– Нельзя, – молвил Курт. – Лети. Разрешаю.

И выпустил трубу.

Крыша взлетала медленно, покачивалась, словно лодка на волнах. Вот она достигла облаков и улеглась на самое кудрявое. Курту даже казалось, что из трубы идет дым… впрочем, он не мог знать этого наверняка. Быть может, то были другие облака.

– Ужас какой! – сорванным голосом прохрипел хозяин улетевшей крыши. – Как же это я так? Животную такую… гвоздями приколачивал… ай, грех!

– Нет на тебе греха, – успокоил его Курт. – А вот тебе другая крыша взамен улетевшей. Обычная.

Всплеск силы – и над несчастным Домом Кролика возникла новая крыша.

Кто знает, в каком королевском лесу недостанет деревьев? И у какого мастера топор, пила и рубанок окажутся чуть более изношенными? В каком ящике, на каком складе станет меньше гвоздей? Бог знает, говорят люди… но Бог совсем не всегда знает. И уж наверняка ничего не скажет об этом его нечаянный заместитель. Откуда ему знать про такие вещи? Да, божественное изволение – странная штука.

Впрочем, Курт об этом не думал. Сотворение крыши его изрядно утомило. Не думал и хозяин. Он благодарил. Возможно, Мур и подумал о чем-то таком, но промолчал. Тем более что его интересовал совсем другой вопрос:"Что же такого Курту сказала крыша?"

– Кто у нас дальше? – спросил Курт.

– Весьма красивая женщина, переломавшая у себя в доме все, до чего смогла дотянуться. То, до чего не дотянулась она сама, переломали дети, вставая друг другу на головы. Муж следил, чтоб они не упали.

– Что-то я не помню таких подробностей, – заинтересовался Курт.

– А что ты вообще помнишь? – вопросом на вопрос ответил Мур.

– Помню, что в качестве Бога должен быть снисходителен к занудам, – вздохнул Курт.

– Благодарю Вас, Ваша Божественность! – ехидно фыркнул Мур.

– Ладно. Где живет эта достойная женщина? – терпеливо спросил Курт.

– Не сказала, – отозвался посох.

– Как – не сказала?! – испугался Курт.

– А ты не спросил. – Если в голосе Мура и было злорадство, то оно было чертовски хорошо замаскировано.

– Проклятье! Да ты-то что молчал?! – взорвался Курт. – Трудно было напомнить?!

– Слишком близко стояла, – ответил посох. – Боялся, что услышит.

– Пусть бы лучше услышала! Подумаешь, посох говорящий! У Богов и не такие диковины водятся! А вот где мы ее теперь искать будем?! – сердито проговорил Курт.