Полар
Шрифт:
— Согласен, недоработка, — неожиданно покладисто ответил пра-пра. — Будем исправлять. А для ритуала присоединения нужна ты, твой кулон и Нидары. Приступим?
— А давайте, — согласилась я. — Самой уже интересно. Вы готовы? — обратилась к замершим Нидарам, которые слушали всю нашу перепалку с Бальзатаром молча и неподвижно. Что было весьма непохоже на вечно мельтешащих призраков.
Они слаженно кивнули. И только я хотела обратиться к Бальзатару вновь, как Нидара, вдруг подлетев ко мне вплотную, тихо сказала:
— У тебя очень доброе сердце, Киана! Не позволяй недостойным личностям им пользоваться.
— Недостойным? Э…это ты кого имеешь в виду?
Но Нидара лишь покачала головой, заметив, что Бальзатар недовольно посмотрел на нее. Очень недовольно.
— Не вмешивайся, Нидара.
Призрак понурилась.
О чем это они?
* * *
Вправо… а теперь влево…
Император задумчиво крутил в длинных пальцах карандаш и наблюдал, как тот делает сальто по часовой стрелке. А сейчас вот — против часовой стрелки. Триста шесть, триста семь…
— Ваше Величество! — сбоку деликатно покашлял личный помощник и секретарь, Патриций.
Карандаш со стуком упал на пол и молниеносно оказался в императорский ладони.
— Я за него, — вздохнул Тахеомир Третий.
— У Вас все в порядке?
— Да, — удивленно ответил Его Величество, — а что не так?
— Вы… Вы как-то странно себя ведете после того, как… эм-м… леди ри Фарра покинула Ваш кабинет.
В ответ Император лишь растянул губы, и уголки рта изобразили странную улыбку: правый угол опустился вниз, в то время как левый стремился вверх. Патриций отпрянул.
— Может отвару?
— Нет! — отрезал повелитель, — не надо отвару…
И опять крутанул в пальцах карандаш. Предмет моментально изменил цвет и форму. Вместо черного тонкого грифеля в руках Императора уже сиял серебристый мелок.
— Отправь-ка, Сафирии какую-то драгоценность.
— Повод? — деловито осведомился личный помощник и покосился на мелок, которым его патрон принялся раскрашивать поверхность стола.
Император мотнул головой, и наконец, прекратил вялую художественную деятельность.
— Не знаю, что она любит, м-да. Но будь добр, организуй что-то достойное, на твое усмотрение. И, Патриций… — Тахеомир Третий помедлил, — закрой леди доступ во Дворец. Не желаю больше ее видеть.
Патриций без слов кивнул. Поручение не вызвало удивления, подобного рода задания он выполнял регулярно.
— Прикажете подыскать ей замену? — равнодушно спросил секретарь.
— Не надо.
— Понимаю, Вы скоро должны покинуть Солар, Ваше Величество.
— Не в этом дело, Патриций, — устало потер виски Тахеомир Третий. — Ты не понимаешь. Эх, ничего ты не понимаешь.
— «А ты?» — раздался голос Духа-Хранителя. — «Ты понимаешь?»
Точная призрачная копия парадного портрета Его Императорского Величества Тахеомира Третьего с осуждением взирала на него самого. Император улыбнулся.
— Рад тебя ВИДЕТЬ, Дориан!
* * *
— Бабушка, это я, Квиар! Ты не занята? Можно войти?
Юноша робко топтался у входа, чересчур внимательно разглядывая тяжелую белую дверь с витиеватым узором. И, наконец, решившись, негромко постучал.
Спустя несколько мгновений послышались неспешные шаги, и широкая дверь бесшумно открылась.
На женской половине, куда кроме прямых потомков и слуг Айзы-ранэ доступа никому не было, венценосный внук бывал часто. Бабушку он любил и уважал, и это было взаимно.
— А, это ты, Квиар, — в проеме показалась личная служанка Айзы-ранэ, — проходи. Ирада-ранэ сказала, что ты придешь.
Квиар кивнул. Каким-то невероятным образом о его приходе было всегда известно, даже если не предупреждал о визите заранее. И, как обычно, его поджидала неизменная корзинка с заварными пирожными, которые он очень любил.
— Ар, мой мальчик! Что-то ты сегодня рано! — тихий и будто надтреснутый голос раздался откуда-то сбоку. Или сверху?
Не мешкая, Квиар поспешил в покои, где он бывал едва ли не чаще, чем в своих. Интересно, что сейчас делает ба?
В прошлый раз она перебирала свои драгоценности, и Квиар знал, что в такие моменты ее лучше не беспокоить. Особенно, если это были артефакты. Но сейчас венценосная бабушка, полулежа на огромном белом диване в окружении кучи разноцветных подушек, что-то увлеченно читала. Рядом на столике радовали ванильно-пряными ароматами любимые Квиаром десерты.
Юноша подошел ближе, и опустившись на колени, с трепетом поцеловал протянутые ему бледные тонкие руки. Заметив, что одна рука слегка дрожит, вздохнул.
— Мне нужна твоя помощь, Ирада-ранэ.
— Я знаю, — улыбнулась женщина. — Угощайся! Я прикажу подать напитки.
— Знаешь? — Квиар ошеломленно присел рядом, не обращая на сладости абсолютно никакого внимания.
— Конечно, — рассмеялась Ирада-ранэ, — после того, как мой сын битые два часа рассказывал о твоей черной неблагодарности, неприятии неизбежного… — пронзительный взгляд полоснул по внуку, — и спрашивал моего совета о том, как заставить тебя принять Дар, я думала, ты прибежишь ко мне раньше. Но ты почему-то не торопился.
— Прости… Но мне действительно нужна твоя помощь. Я тут кое что придумал.
Женщина отложила книгу и заинтересованно посмотрела на внука.
— Рассказывай.
* * *
Так. Начертить в воздухе вот такого размера круг.
Хихикнула. Размер, как обычно, имеет значение.
Затем добавить в него символы рода, окончания жизненного пути и произнести заклинание, открывающее вход в Круг Мертвых. Звучит просто, но на деле, оказалось, что с произношением-то у меня как раз и проблема… Вот уж никогда б не подумала.