Чтение онлайн

Джонни вгляделся в корабль. Поблизости с ним никого. Посмотрел на лежавшего рядом: судя по знакам отличия, офицер. Держась от корабля на порядочном расстоянии, Джонни связал его. Первые выстрелы из автомата просто отскочили от толнепов. Джонни хотел было оттащить связанного, однако – бог мой! – тот был неподъемным! Неудивительно, что АК47 оказался бесполезным. Джонни чувствовал, что владеет ситуацией. Три самолета сопровождения еще не успели отреагировать – так стремительно развивались события. Они все еще кружили над головой. Джонни не спеша огляделся: толпа продолжала стоять без движения. Смешно… Джонни посмотрел в кабину своего самолета: немец как сидел, так и сидит – не шевелясь, уставившись вперед. Джонни схватил рацию и обратился к патрулирующим: – На посадку не заходить!

Что с этим космическим кораблем? Короткими перебежками, петляя, приблизился. Да, спрятан неплохо. Корабль, кажется, втолкнули в расщелину задним ходом. Джонни осторожно приблизился. Спереди лучевая пушка. Сам аппарат в виде серебряного ромба. Навес откинут. Три кресла. Сзади небольшой багажный отсек. На вытянутой руке Джонни ткнул винтовкой: аппарат не взорвался, но легко откатился. Странно: такие неправдоподобно тяжелые пассажиры – и такая легкая машина… Схватился руками за борт, намереваясь взобраться. Машина вибрировала. Внутри что-то продолжало действовать. Джонни пригляделся к панели управления. Мигало несколько ламп. Он не имел понятия, что означают эти то ли буквы, то ли значки и на какой энергии все это работает. Если верить общим положениям психлосского справочника, то, должно быть, на солнечной. Пожалуй, лучше ни до чего не дотрагиваться, дабы ненароком не взлететь. Толпа все стояла, не двигаясь. В какое-то время Джонни показалось, что и он словно застывает. Может, это реакция на незнакомую технику? В машине что-то продолжало работать. Руками Джонни улавливал легкую вибрацию. То, что прежде принял за обыкновенную пушку, оказалось чем-то большим. Ствола было два, один над другим, в жерле верхнего что-то постоянно вспыхивало. Джонни чувствовал, что летаргия усиливается. Если что-то внутри работает, значит, так или иначе снабжается энергией. Где питающий кабель? Отыскал на дне толстый провод, как раз под пультом. Кабель шел к выступающему аккумулятору. В багажном отсеке валялась связка проводов. Джонни привязал один к кабелю, в месте соединения с аккумулятором. Отошел, припал к земле и сильно рванул на себя. Кабель удалось вырвать из гнезда. В воздух полетели искры. После этого сразу произошло три вещи: машина перестала вибрировать, летаргия отступила, и… вся толпа вышла из оцепенения. Люди попадали на землю, кто где стоял. Джонни оттащил кабель подальше и побежал к людям. Когда пробегал мимо своего самолета, увидел, что второй пилот спешно выбирается из кабины и беззвучно шевелит губами. Джонни его совсем не слышал!

Приблизившись к толпе, он увидел, что один из координаторов пытается встать на колени, остальные одурело раскачивались над самой землей. Повсюду валялись знамена, музыкальные инструменты – атрибуты несостоявшегося чествования. Губы координатора шевелились, но Джонни ничего не слышал и решил было, что парень с испугу потерял голос. Оглянулся: самолеты сопровождения уже приземлились. Как же он их не услышал? Что это с ним? Но тут, наконец, до него дошло, что все дело в шлеме. Джонни развязал тесемку и отогнул наушники.

– …вы сюда попали? – говорил координатор.

– Прилетел! – несколько резковато ответил Джонни. – Вот же мой самолет!

– А это что за существо? – спросил координатор, показывая на толнепа. – Как оно здесь оказалось?

Минуту-другую Джонни приходил в себя. Вся эта беготня, стрельба утомили его, а эти так ничего, выходит, и не поняли. Народ был в смятении. Подошли вожди племен, озадаченные, смущенные, какие-то потерянные: они ведь подготовили замечательную встречу, с подарками, с музыкой, а он уже здесь… Они принялись извиняться. Координатор отвечал на расспросы Джонни. Нет, ничего странного они не заметили. Собрались с рассветом и ждали, потом вдруг он появился так неожиданно. Видно, они сбились во времени. Должно быть, уже часов девять? Что-о? Два часа дня?! Нет, этого не может быть!

Однако, так и не поняв, что к чему, они, пусть с опозданием, решили все же начать торжество. Джонни предложил всем пока успокоиться и направился к рации. Предупредил пилотов самолетов сопровождения быть бдительными и не спускать глаз с кораблей на орбите, затем переключился на планетарную линию. Он понимал, что пришельцам все слышно, а поэтому решил по возможности засекретить содержание разговора. Кода еще не было, а значит, придется выкручиваться по-другому. Он вызвал сэра Роберта в Африке.

– Маленькая птичка пыталась тут чирикать, – начал он. – Но уже все окей. Нашему другу Ивану в новой норе нужен новый потолок. Понимаешь меня?

Роберт Лиса все прекрасно понял: Джонни просил прикрытия русской базы с воздуха.

– Твой оркестр разучивал элегию Свенсона? – продолжал Джонни. Такой мелодии у шотландцев не существовало. Значит: полная тишина в эфире. Ведь если пришельцы узнали о его посещении Тибета, следовательно, имели возможность прослушивать секретную линию. – Я могу сыграть две-три ноты, а все остальные – только элегию Свенсона.

Он отключил связь. Ситуация оказалась намного опаснее, чем он мог предположить. Для всех людей на планете. Он один оставался глухим, и поэтому только он один смог противостоять. Значит, пушка с двойным стволом способна парализовать! Именно таким образом толнепы завладевают пленниками, которыми потом торгуют.

Пилот только что приземлившегося самолета сопровождения не понимал, что происходит. Это он и пытался объяснить координатору, не говорившему по-немецки. Джонни поинтересовался у него, сделал ли он запись событий. Тот ответил, что сделал. Тогда Джонни объяснил обоим: координатору – на английском, а пилоту – на психлосском, что корабль пришельцев оборудован специальным излучателем и что неплохо бы увести собравшихся во дворец и прокрутить им запись, дабы люди не думали, что здесь не обошлось без дьявола. Пусть успокоятся. А потом можно будет и торжествовать. Народ отправился за координатором в помещение, а Джонни склонился над толнепом. Тот уже очнулся. Глаза без маски подслеповатые, растерянно-злые. Очевидно, толнепы приспособлены к другому световому диапазону и нуждаются в корректирующих фильтрах. Джонни поискал кругом и нашел осколок лицевой пластины. Держась как можно дальше от хищной пасти, приложил осколок к глазам связанного. Тот попытался было цапнуть, но Джонни, отдернув руку, нагнулся и сказал:

– А теперь я выслушаю твое повествование. Наверное, длинную и печальную историю о тяжелом детстве и условиях, доведших тебя до преступления. Так как же ты дошел до такой жизни?

– Ты издеваешься надо мной! – взбесился толнеп.

– О, да мы говорим по-психлосски… – улыбнулся Джонни. – Отлично! Ну, я тебя внимательно слушаю.

– Я тебе ничего не скажу!

Джонни нарочно огляделся по сторонам. Совсем недалеко от вершины высокого дворца он очень тщательно выбрал одну из площадок и, показав на нее, произнес:

– Мы собираемся оттащить тебя вон туда, к фонтану, и сбросить вниз.

Толнеп расхохотался:

– У меня даже царапины не останется! Джонни поразмышлял.

– И то верно. Мы не враги тебе. Пойду-ка я отвяжу провод, прилажу дистанционный контроллер и отпущу тебя на твоем корабле на орбиту.

Толнеп тревожно примолк.

– Некогда, говорю, возиться с тобой, пойду займусь контроллером, – повторил Джонни и направился было к кораблю.

– Подожди! – не выдержал пришелец. – Ты и вправду собираешься… ну, вернуть мое судно?

– Разумеется! Так поступило бы любое цивилизованно мыслящее существо.

Толнеп пронзительно завопил:

– Ты, гнилой, грязный психлос! Ты ничего не сделаешь! Ничего! Нет предела вашему низкому садизму!

– С чего ты это взял? Чего ты боишься?

– Меня пристрелят, и ты прекрасно знаешь об этом. Я буду шипеть и гореть от воздушного трения!

– Они не хотят твоего возвращения? – удивился Джонни.

– Нечего играть со мной! – неистовствовал толнеп. – Ты считаешь меня тупым? Ты считаешь их тупыми? Ведь я заметил, как ты стрелял парализующими лучами, наверняка облил меня вирусом, чтобы погубить весь экипаж! Это ты-то друг? Как бы не так… Спокойно стоял и смотрел, как я отхаркиваю легкие, корчусь в агонии, медленно, раз за разом добивая трением воздуха!