Чтение онлайн

— Ну….Хотела знать, как это — быть с тобой. И еще понять насколько мы подходим друг другу. — Поля догадывалась, что сказала глупость, но примечательно, что Клим так не считал.

— И?

— Что «и»?

— Подходим? — теперь в его взгляде был горячий интерес и эдакое мужское любопытство.

— Мне не с чем сравнить, Клим. Со мной никогда не было такого. «Подходим» — не то слово. Я не понимаю, как я так долго жила без тебя, — нервно сглотнула, ожидая его ответа.

— Скажи еще раз, — голос его стал глухим, хриплым.

Он властно, но и аккуратно, подмял под себя Полину, оказавшись сверху и требовательно уставился на нее, ожидая тех слов.

— Я не понимаю, как жила без тебя, Кwим.

— Я понял. До того, чтобы услышать от тебя — люблю, совсем немного осталось. Поль, ты соблазнила, точно говорю. Теперь моя очередь. Знаешь, я хотел приехать к тебе ночью с той же самой целью. Ночь, собственно, уже наступила, а потому, имею полное право составить свое мнение.

После этих слов Полина получила жаркий поцелуй и Клима.

Его любовь сводила с ума, не давала ей ни малейшего шанса войти в разум, подумать или просто отвлечься от Клима. Женщины поймут….

Это нельзя назвать сексом, это больше и сложнее. Полина вовсе не была невинной девушкой, но в ее интимной жизни случалось и такое, что в постели она думала совсем не о мужчине и том, что происходит. Бывало, что изучала обои и потолок, размышляя — не пора ли делать ремонт? Не всегда, разумеется, но случалось. А Клим…. Тут не до мыслей, вообще ни до чего! Потому и отвечала жарко, любила крепко, ловила счастливые моменты, и не стыдилась показать ему, как ей хорошо. Он чувствовал и брал так, как хотел сам и заводился, волновался не меньше, чем Полина.

Они так и не оторвались друг от друга, не разомкнули объятий, лежа на белых смятых простынях. Невероятно счастливые, близкие друг другу и влюбленные.

— Ты можешь остаться тут на несколько дней со мной, Полина?

— Зачем ты спрашиваешь? Я останусь. Буду с тобой, пока ты сам не выгонишь.

— Не говори так. Никогда не говори. Я с ума с тобой сойду, — шептал, и целовал, и снова любил.

Полечка уснула, когда рассвет окрасил небо над морем в молочный цвет, а Клим прижимал к своей груди ее головку и отпустить боялся.

Клим сделал — Клим уснул? С Паулиной Мельцаж это не работало. С ней все было не так, но все то, чего он ждал так долго. Клим сам себе напоминал сейчас сторожевого пса, который следит за своей костью рьяно и никого к ней не подпускает. Он точно знал, что теперь у него появилась своя личная «кость» и тяжко придется тому, кто вздумает отнять ее.

Утро для Полечки наступило около полудня. Проснулась в объятиях Клима и долго разглядывала его, поражаясь выражению его лица — спокойному и счастливому во сне. Тихонько поцеловала его шею, невесомо провела пальчиками по его бровям и улыбнулась, когда поняла — ему это нравится, даже когда он спит. Улыбка, что промелькнула на его губах, показала это совершенно отчетливо.

Поля тихо выпуталась из его рук и соскользнула с постели. Она бы и не ушла вовсе, но очень хотела сделать ему приятное и приготовить завтрак. Вероятно, чисто женская черта — благодарить за любовь заботой.

Она прошлась по дому неспешно, разглядела все внимательно, изучила, и улыбнулась тому, что накануне вечером так и не увидела, где она и что за дом такой.

Большие окна, две террасы, перед дачей небольшой садик, а на заднем дворике метрах в пятидесяти начинался пляж. Кусочек собственного моря — так подумала Полечка, увидев мелкую гальку и волны. Восхитилась белыми занавесями, что раздувались, и подумала, что именно они создают ощущение легкости и воздуха.

Приняла душ, стараясь не шуметь и не разбудить Клима, потом отыскала свою сумку на террасе и надела легкий сарафанчик, надеясь, что Климу понравится. Немножко покрутилась перед зеркалом напоминая восторженную школьницу и не узнавая себя самоё в отражении. Подумала, что слишком счастлива.

Прошлась мимо спальни, посмотрела на Клима, точнее проверила, на месте ли он и отправилась в кухню. Почти пустой холодильник совсем не обескуражил Полину — хозяйка из нее была неплохая. А потому, сотворила недурной завтрак из четырех яиц, кусочка сыра, огрызка колбасы и половины булки белого хлеба. Обрадовалась пучку зелени, нескольким огурчикам, помидорчикам и горсти спелой черешни. Сварила кофе, благо была баночка, и уселась ждать пробуждения Клима. Все улыбалась, светилась от счастья.

Несколько раз ходила в спальню и снова проверяла, не исчез ли красивый мужчина, который любит ее. Выйти из дома к морю не решилась, а все потому, что не хотела пропустить его пробуждения. Старалась ждать смирно, вдумчиво, а все одно, упустила момент, когда Клим появился в кухне.

Он вошел как раз тогда, когда Полечка отвернулась к холодильнику чтобы достать пакет с соком и налить в стакан. Удачно, что она успела поставить его на стол, иначе, просто уронила бы, когда увидела Клима. Вздрогнула, попятилась и покраснела. Даже не так — полыхнула ярким румянцем, не зная, как смотреть на него, что думать и говорить.

Клим нахмурился и двинулся к ней, догадываясь, вероятно, что пугает ее своим серьезным видом, но ничего не мог поделать с собой. Он сильно напугался, когда проснулся в постели один, подумав, что Полина сбежала, а потому вскочил, заметался в поисках шорт, и уже натянув их на голое тело, осознал, что она в доме. Успокоился вмиг, но сердиться не перестал. И сейчас хмурился, оглядывая девушку с ног до головы, стараясь не скулить, не слепнуть от ее красоты.

Пушистые волосы небрежно свернутые в узел, открывали шею, демонстрировали тот самый изумительный изгиб, который Клим так страстно целовал ночью. Припухшие губы манили к поцелуям. Грудь Поли под легкой тканью сарафана, не стиснутая бельем, взволновано дрожала и тем сбивала Клима с мысли…со всех мыслей.

— Паулина, доброго утра. Вижу, ты нашла себе занятие поинтереснее, чем сон рядом со мной. — Голос сердитый, глаза отчаянные и надвигается, как неизбежность.

Он взял со стола стакан с соком, не отрывая взгляда от девушки, опрокинул в себя холодный напиток, и продолжил свое наступление.

— Я не хотела тебя будить, Кwим. — Она пятилась и оправдывалась.

От Полиного «Кwим» он, как обычно, ввалился в состояние легчайшей эйфории и мгновенно утратил свою сердитость! И теперь двигался к Поле уже с совсем иными ощущениями. Подошел к ней, сдерживая себя, волнуясь, и выдал речь, очень сумбурную и эмоциональную.