Полина
Шрифт:
Тиран намеренно коверкает слова,
холопов учит жить беднее и тупее,
идти по линии, натоптанным следам.
Он чтит толпу, что проще и темнее.
Вот так чабан ведёт своих овец,
стрижёт их вовремя. И шерсти этой тонны.
Как сытый вождь и выспавшийся чтец,
в них сивый бред внедряет упоённо.
Их кормит травами, что выданы землёй,
и греет солнышком, что небо подарило,
и поит водами, что встали под горой,
хваля назначенность свою с улыбкой милой.
Твердит, что враг – коровы и ослы.
Строй уверяет, что родня, но в чине,
что с ними он шагает все версты,
и демонстрирует папаху, плащ овчинный.
Пугает хищником умы и потроха.
Но от волков он защитит хоть сталью.
И стадо ратует за чудо-пастуха.
Но он и пёс прожорливее стаи…
Новая звероферма
Всеобщий навоз и подножная жижа,
как общий раствор для скрепления масс.
Сетями завешаны небо и крыши.
У вольностаральцев отняли их глаз.
Вокруг рогачи и обрюзгшие морды.
Свинячьи бока нарастили козлы.
Шагают бараны так тупо, но гордо.
Быки отдыхают и греют мослы.
А все петухи облачились в величье,
павлиньи наряды геройски надев,
все утки и куры в дворянских обличьях.
А псы стали нагло, по-волчьи глядеть.
Сменились порядки под новым Уставом.
Отрезали крылья белейшим гусям.
Напухшие рожи украли тут право
средь корма и ярок, котят, поросят.
Однажды придёт за безумье расплата!
Цыплята, телята сметут этот бред,
а старых собак растерзают щенята!
Тогда воцарятся свобода и свет!
Любовная нега
В зашторенной тиши
два влажных, спелых тела,
в блаженстве и глуши
свершили общность дела.
Их акт любви венчал.
Их акты чувств спаяли.
Их акты двух начал
скульптурно изваяли.
А позже их союз
судьба раскрыть решила,
нагую связку уз,
как книгу разложила…
Теперь, как два птенца
в гнезде пуховом, взбитом.
В лучах пыли пыльца.
Они довольны, сыты.
Сердца их бьются в такт.
Почти взахлёб дыханья.
Немного взят антракт
для неги и касаний…
Web night
Мне кажется, в жизни все счастья случайны,
хотя не случайна возникшая жизнь!
И вот среди ночи, довольно печальной,
мазок совершила алмазная кисть.
И мех колонковый повёл свои краски,
даря описанье и речи лицу,
что сразу окутало чарами, лаской,
что вжилось в сознание, дух мудрецу.
И так полотно, что белело, молчало,
красивою женщиной вдруг ожило!
Луна среди мрака и звёзд обвенчала
союзность поэта и чтицы живой.
Ласкаемый слух, удивлённые очи
в тот миг, будто пили словесный нектар,
который вещал, улыбал и пророчил,
вносил оживление, бриз и пожар.
Вот так вот нежданно встречаются люди,
чтоб выискать, выточить общий итог!
Вот так вот является дальнее чудо,
застигнув лиричное сердце врасплох…
Елене Тукаловой
Sound
Тобою озвучен мой дар написанья.
Ты голосом жизнь подарила стихам.
За это хочу дать ответ прикасаньем
к рукам и объятьям, желанным устам.
Вдохнула в них суть серебристо и мягко,
как будто толкнула кораблик в ручье,
что в море направился маленькой яхтой.
И, кажется, стал он смелей и прочней.
Иль будто бы шару добавила мощи,
чтоб смог обогнуть всю окружность земли,
чтоб люди, какие нуждаются больше,
мои сотворенья увидеть смогли.