Полиспаст

Новая деталь классного интерьера появилась в середине последней четверти. Обнаружилась она в понедельник – видимо, установили в воскресенье. Но прямо с утра, войдя в класс, на неё почти никто из учеников девятого «А» внимания не обратил.

Заметили нововведение двое, первый хулиган класса Коршун и первый отличник К'aрма. А задумался, что это и зачем, только отличник.

Коршуна зовут больше Вовой или Вовкой, Коршуном он сам называется при знакомстве, и мысленно сам о себе думает так. Но другие называют так его очень редко – только приятели, если хотят сделать ему приятное. Если их можно назвать приятелями – тех, кто в классе. У него есть какая-то своя компания, вне школы, но там он пока никто и звать никак. Новую вещь он заметил сразу, так как привык внимательно относиться ко всему вокруг, находясь в не очень хороших отношениях с обществом. Взаимно.

Но, заметив, принял за нечто для показа физических опытов и пока забил на детали. Спрашивать препов? Ещё чего! Они любой вопрос могут превратить в нравоучение. Да и зачем, если можно подтолкнуть на это кого-нибудь другого? Вот хотя бы Мускула. Никаких пакостей Коршун Мускулу никогда не подстраивал, во избежание, так что Мускул относится к нему снисходительно. Впрочем, он ко всем так относится. Имеет основания. А может, не придётся и его раскручивать насчёт поинтересоваться новой штукой, само как-то выяснится.

Тут он был прав, кстати. Но и инстинкт, заставивший его обратить внимание на эту вещь, тоже был прав. С чего бы это ботан Иванов, поглядев на эту штуку, перевёл испуганный взгляд на него, Коршуна? Какой-то ботанский геморрой или что-то серьёзное?.. Пока что плюнул и пошёл к своему месту – последней парте в правом ряду.

Карму на самом деле зовут Карамадур Иванов. В этом классе и вообще в этой школе он первый год. Родители переехали в другой район. Институт отца слили с другим, и его место работы неожиданно переехало. А тратить время и деньги на дорогу он посчитал неправильным. Мать у Кармы работает больше на домашнем компе, а к прежней школе Карма не был очень привязан, мягко говоря, так что вовсе не возражал (да, его мнения спросили). Ботанов не очень любят в младших классах, когда экзамены и контрольные ещё не принимаются всерьёз. А потом инерция работает. Одним из самых безобидных развлечений классных остряков было придумывание Карамадуру новых кличек, из которых Мойдодыр или Каракурт были ещё терпимы. За что он, понятно, обижался на родителей. А уже за это, само собой, на одноклассников.

А тут ему понравилось. Сидит за первой партой в левом ряду – первые парты не очень популярны, а ему нравится. Сходу никто не прикапывается, что ботан, сразу навострились списывать, кличку придумали даже где-то лестную… Придумала, кстати, вредная Лайма. А он предпочёл бы, чтобы красивая и умненькая (хоть и блондинка) Несси. Впрочем, кто бы не предпочёл. А Лайма наверняка страдает по этому поводу.

Но с Несси, наоборот, нечаянно получилось что-то вроде соревнования, похоже, до его появления в классе она была по оценкам вне конкуренции… Однако ничего подобного хогвартовским страстям не намечается. В конце концов, это обычная российская школа, а не закрытый интернат для детей из высшего общества Великобритании, самой судьбой предназначенных для правления ею, и оттачивающих коготки на конкурентах, настоящих и будущих.

Карма, как и Коршун, не ожидает от общества пряников. Этому его и отношение одноклассников в прежней школе научило, и родители при нём допускают, так сказать, критику происходящего в обществе, и даже без предупреждения нигде про это не болтать. Он любит математику и физику, но понимает, что, когда в стране неустойчивая ситуация (а по мнению многих, уже не неустойчивая, а катастрофическая) больше пользы от гуманитарных наук, вроде истории и литературы. И он уже знает, что если на стене висит ружьё, оно должно выстрелить.

Это, правда, не ружьё – то, что висит в углу между окном и доской. И не на стене, а на потолке. Он сразу заметил его, войдя в класс, и разглядывал всё время, пока шёл на место, и когда сел, тоже, благо, ничто не мешало: сооружение было прямо перед ним. Впрочем, его было отлично видно всем – на потолке-то!

Хотя и на стене что-то есть, но это – обычная шведская стенка, чтобы на неё забираться. Правда, у неё ещё что-то вроде прозрачных дверец, превращающих её в плоский шкаф с перекладинами вместо полок. Три, нет, четыре дверцы, закрывающие всё сверху донизу.

Стеклянные? Нет, чуть-чуть кривоваты для стекла, наверное, плексиглас. Чтобы не разбили. И замочки висят. Чтобы не лазили под потолок зря. А только чтобы что-то делать с основной штукой. Которая на потолке. И которая, видать, не для баловства.

По виду это что-то вроде каната, тоже как в спортивном зале, но много и отличий. Спортивный снаряд (смешно – снаряд. Канатом разве можно выстрелить из пушки? впрочем, кажется, цепью стреляли, вернее, ядрами, соединённым цепью) подвешен как-то просто, скорее всего, на анкере с крюком или кольцом, а здесь – аж четыре кольца на потолке. Три близко друг к другу, и одинаковые, а четвёртое, большего размера и с замочком, в стороне от них, у самой стенки.

На трёх кольцах висит куча тросиков в разноцветной прозрачной оболочке и три блока – крюки с колёсиками диаметром примерно как у скейта.

Карма знает такое устройство из нескольких блоков и тросов. Оно называется полиспаст и придумано ещё древними греками.

Тросики, правда, не древнегреческие. Тонкие, а как не канат в спортзале, блестят металлом через прозрачный пластик. Как велосипедный противоугонный тросик с замочком, но тоньше. С другой стороны, потолще того, что тянет ручной тормоз велосипеда. Оболочка разных цветов, наверное, чтобы не запутаться при сборке сложного устройства.

Один из блоков неподвижный. Он своим крюком зацеплен за потолочное кольцо, и висит колёсиком вниз. Через него пропущен бесцветный тросик. Один конец этого тросика свободный, наверное, за него нужно тянуть. Второй прикреплён ко второму потолочному крюку, образуя петлю, пропущенную через колёсико первого подвижного блока, висящего колёсиком вверх. С крюка этого блока свисает голубой тросик. Второй конец которого прикреплён к потолочному кольцу, образуя петлю, пропущенную через колёсико второго подвижного блока. С крюка которого свисает красный тросик. Который должен поднимать груз.

В данном варианте, называемом степенным, или потенциальным полиспастом, или полиспастом второго рода, можно поднять груз вчетверо больший приложенного усилия.

Неподвижный блок никакого выигрыша в силе не даёт, только изменяет направление, чтобы тянуть вниз, а поднимать вверх. А два подвижных блока усиливают каждый вдвое, притом замедляя подъём груза (или, что то же самое, но физически ближе к причине происходящего, уменьшая высоту подъема) груза тоже вдвое.

Конечно, груз именно на красном тросике, а тянуть надо за бесцветный, если это силовой полиспаст, а не скоростной.