Чтение онлайн

"Каким образом у него могла появиться такая странная идея? И почему его не схватили и не остановили?"

Скандер смотрел на обнажённые юные тела, пока его подопечные гуськом шли через туннель, направляясь к душам и в спальни.

"Так мыслят одни лишь варвары!"

Неужели Конфедерация догадывалась, чем он занимается на Далгонии? Неужели за невинным студентом, каким все считали Варнетта, прячется секретный агент? И что он пытается выведать?

Ему вдруг стало холодно, хотя температура в палатке не изменилась.

"Предположим, что все они существовали…"

Прошло три месяца. Скандер изучал электронную микрофотографию клетчатки, добытой две недели назад с помощью колонкового бурения.

На соседнем экране находилось изображение точно такого же образца, полученного во время прежних исследований, – та же самая изумительная клеточная структура, бесконечно более сложная, чем любая клетка человека или животного, и столь же бесконечно чужая. К тому же клетка имела гексагональную форму. Профессор часто размышлял над тем, почему даже их клетки были гексагональны, но так ни к чему и не пришёл.

Он смотрел и смотрел на образец. Наконец дал максимальное увеличение и вставил в микроскоп специальные фильтры, усовершенствованием которых занимался все девять с лишним лет, проведённых на этой пустынной планете.

Неожиданно изображение на экране ожило. В клетке заметались крошечные искры и возникла микроскопическая электрическая буря. Как всегда, Скандера зачаровало зрелище, которое было дано видеть только ему одному.

Клетка оказалась живой.

Открытие это произошло совершенно случайно, вспоминал Скандер, три года назад. Какой-то беззаботный студент баловался с экраном, стараясь добиться каких-то интересных эффектов, и оставил его включённым. На следующий день Скандер выключил его, не заметив ничего необычного, затем ввёл для очередного скучного просмотра рутинную программу обнаружения энергии.

Это была всего лишь мгновенная вспышка, но он заметил её – и по собственной инициативе тайно стал разрабатывать систему специальных фильтров, с помощью которой можно было бы сфотографировать проявление этой загадочной энергии.

Он экспериментировал с классическими образцами других грунтов, в том числе даже с образцом, присланным ему на корабле с припасами. Все они были мертвы.

Но этот…

Значит, в глубине Далгонии, примерно в сорока километрах под ним, марковианский мозг по-прежнему жив.

– Что это такое, профессор? – раздался у него за спиной голос Варнетта. Скандер мгновенно выключил экран и в смятении обернулся.

Мальчишеское лицо студента, как всегда, выражало полнейшую невинность.

– Ничего особенного, – смущённо забормотал Скандер, понимая, что врать он совершенно не умеет. – Просто подключил развлекательную программу. Хотел посмотреть, на что похожи в клетке электрические заряды. Варнетт не поверил.

– Это не похоже на развлекательную программу, – сказал он упрямо. – Если вы сделали важное открытие, вы обязаны сообщить об этом. Я считаю…

– Я же сказал, ничего особенного, – сердито перебил его Скандер и, с трудом взяв себя в руки, властно добавил:

– Это всё, гражданин Варнетт! А теперь оставьте меня.

Пожав плечами, Варнетт удалился.

Несколько минут Скандер сидел неподвижно. Его била дрожь, и прошло немало времени, прежде чем приступ миновал. Медленно, с тревогой на лице, он повернулся к микроскопу. Руки профессора так тряслись, что он чуть не выронил фильтр, пока укладывал его в крошечную коробочку, которую засунул в широкий пояс с инструментами и предметами личного обихода. Это была единственная одежда, которую они носили на базе.

Вернувшись в свою комнату в спальном отсеке, он лёг на кровать и уставился в потолок.

"Варнетт, – думал он. – Опять Варнетт: Три месяца прошло с тех пор, как группа прибыла на базу, и все эти три месяца мальчишка суёт свой нос решительно во все". Остальные в свободное от занятий время играли во всевозможные игры, вытворяли обычные студенческие глупости. Этот был не таков. Серьёзный, необычайно усердный, без устали читающий отчёты о выполненных проектах и прослушивающий старые записи.

Внезапно Скандер ощутил, как все это ему мешает. А заветная цель ещё так далека!

Теперь Варнетт все знает. Только что он собственными глазами видел, что мозг Далгонии жив.

Мальчик достаточно умён, чтобы сделать следующий шаг – догадаться, что Скандер почти расшифровал код и что скоро, может быть, даже в следующем году, он окажется в состоянии отправить мозгу послание и восстановить его активность.

И станет богом.

Ему, возможно, суждено спасти человеческую расу с помощью тех самых инструментов, которые должны были уничтожить её создателя.

Внезапно, подчиняясь какому-то внутреннему импульсу, Скандер вскочил и бросился бежать по коридору. Он словно всей кожей чувствовал надвигающуюся опасность. Ему казалось, что сейчас, в данную минуту, происходит нечто страшное, непоправимое…

Дверь в лабораторию была распахнута.

Варнетт сидел у включённого телевизора, рассматривая чёткое изображение той самой клетки, которую исследовал Скандер, со всеми её энергетическими связями'.

Скандер остановился как вкопанный. Его рука скользнула к поясу, и дрожащие пальцы нащупали коробочку с фильтром. Да, все на месте.

Но как же тогда мальчишка получил это изображение?

Варнетт между тем занимался вычислениями, сверяясь с данными на втором экране, то и дело поворачиваясь к лабораторному компьютеру. Скандер стоял не шелохнувшись и отчётливо слышал, как студент что-то весело напевал себе под нос.

Скандер взглянул на хронометр. Девять часов! Прошло уже девять часов! Предаваясь мрачным размышлениям, он, оказывается, заснул, и мальчишка, воспользовавшись этим, беспрепятственно проник в лабораторию!