Полтергейст

КАК-ТО УТРОМ МНЕ ПАРОВОЗ ПРИСНИЛСЯ. ЕДЕТ И СВИСТИТ, ДА так, что уши закладывает. Хочешь не хочешь, а проснешься. Открыл я глаза— что за чертовщина? И вправду свистит, да не где-нибудь, а у меня в квартире.

Вскочил я с постели и на кухню. А там, на газовой плите чайник со свистком надрывается, вскипел, значит.

Жутковато мне от вида этого чайника стало. Я, между прочим, живу один, дверь изнутри на задвижку закрывается. Окна и выход на балкон по причине холодной погоды насмерть заделаны — ни одному домушнику не забраться.

Выключил я конфорку и от греха подальше задним ходом из кухни выбрался. А когда в контору прибежал, первым делом старшего юрисконсульта Саныча, дружка своего, в сторонку оттащил.

— Так и так, Саныч, — говорю, — у меня дома сенсация произошла, полтергейст поселился. Чайники по утрам на огонь ставит.

— Ой, Вова, — засомневался Саныч, — а ты случаем не ошибся? Может, лишнего вчера перебрал?

— Я, Саныч, уже неделю ни-ни во причине алкогольной дороговизны, — обиделся я. — Так что бегом камне — давай сегодня вечером вместе аномальное явление изучать.

Заинтересовался Саныч, согласие на совместные научные изыскания дал. Мы с ним после работы ко мне и завернули.

Сели в комнате на диван, за кухней в открытую дверь наблюдаем. Минут пять понаблюдали — вроде ничего. А потом глядим: чайник над влитой поднимается, будто инопланетная тарелка какая. Подлетел к водопроводному крану, старую воду вылил, свежей из самостоятельно открывшегося крана заправился, и обратно на плиту приземлился. И конфорка сама зажглась.

— Ну и дела! — Саныч удивляется. — Верно, полтергейст.

— Ага, он самый, — шепчу. — Может, милицию вызвать?

— Рано пока милицию вызывать, — отвечает Саныч. — Состава преступления нет. Вот если бы полтергейст скалкой тебя по лбу треснул, как в статье из популярного журнала «Пожары и кошмары», тогда другое дело.

— Может, специалистов позвать! — не унимаюсь я. — Есть такие экстры-сенсы по нечистой силе и полтергейсту. Про них тоже в одном популярном журнале писали, «Жуть и муть» называется.

— На черта тебе эти специалисты, — Саныч отмахивается. — Только натопчут в квартире, да сожрут все подчистую из холодильника.

— Что же делать, Саныч? — начал нервничать я. — Слышь, а чайник-то закипает! А Саныч помолчал немного, почесал затылок и выдает:

— Ты, Вовка, не суетись. Полтергейст у тебя мирный, драться не собирается, наоборот, в хозяйстве помогает. Иди, спасибо ему скажи, а потом чайку попьем.

Зашел я на кухню и говорю:

— Здорово это у вас, гражданин полтергейст, с чайником получается. А если бы Вы еще посуду помыли, полы подмели и вообще на кухне прибрали, вам бы просто цены не было.

Сказал это и быстрее обратно в комнату. А полтергейст и вправду, оказывается, не только чайники ставить может. Глядим с Санычем: на кухне тарелки возле раковины, как птички, порхают, и самодвижущиеся тряпки со стола рыбьи кости в летающее мусорное ведро сгребают.

— Ну и дела! — Саныч восхищается. — Повезло тебе, Вовка.

— А как же, — отвечаю. — Полтергейст — друг человека.

От радости, что так подфартило с аномальным явлением, мы с Санычем тут же отправились в ближайшую забегаловку и по сто пятьдесят смирновской на последние деньги шарахнули. За потусторонние силы. А когда я домой, вернулся, полтергейсту еще одно спасибо за образцовый порядок на кухне сказал, и на утро заказ сделал:

— Буду вам бесконечно благодарен, господин полтергейст, если вы часам к семи в квартире уборку сделаете и бутербродики к чаю соорудите.

Тот и верно, не подвел, все, что было заказано, выполнил. Проснулся я утром: квартира блестит, а на кухонном столе в тарелочке бутерброды с тертым сыром и булочки с маком дожидаются.

— Ну, спасибо, ну выручил, — поблагодарил я. — Не подозревал, что такие интересные бутерброды бывают. Чай нашей чаеразвесочной фабрики с ними пить — только позориться. Тут бы «Эрл Грей» подошел, что в супермаркете за углом продается.

Понравились, видать, мои похвалы полтергейсту, целая пачка вкусного чая в форточку залетела. Посмотрел я на пачку, и загрустил.

— Эх, к такому бы чаю, — вздыхаю, — еще бы шоколад самарский да колбасу твердокопченую. Достань к ужину, а? А то мне, сам понимаешь, некогда, на работу опаздываю-

На работе первым делом все Санычу выложил.

— Вот такие дела, — информирую. — Есть вполне реальная возможность значительно улучшить свое питание.

— Хорошие дела, — Саныч соглашается. — Только бы я на твоем месте серьезно подумал, как в целом личное благосостояние поднять на недосягаемую высоту.

Согласился я с ним и домой двинул — колбаску твердокопченую с шоколадом рубать.

— Ну, молодец, полтергейст, ну, помощник! — сказал я аномалии после ужина. — Теперь, раз такое дело, я тебе списочек составлю, какая мне еще помощь нужна, а ты пока, чтоб не скучно было, бельишко постирай.

Список у меня, ясное дело, немалый получился — на двадцати тетрадных листах и одном газетном обрывке. Но полтергейст смиренно списочек принял, и все заказанное исправно доставил. Подъездные старушки этот факт отметили.

— У тебя, Вова, феномен какой-то в квартире творится, — говорят. — Постоянно не то гуси, не то вороны в форточку залетают. А один раз на балконе вроде летающий пингвин приземлился, очень крутой компьютер Р-4 напоминает.

В субботу я решил у себя праздник устроить. Саныча, как самого близкого друга, пригласил. Усадил его в кресло и даю команду полтергейсту:

— Давай-ка, Пол, стол накрывай. Пошикарней, да побыстрее!

Полтергейст к моим вкусам уже приученный, знает, какие деликатесы к банкету требуются. Котлеток киевских в судке ресторанном доставил, коньячок «Арарат» открыл, бутербродики с черной икрой в тарелочках разбросал. Правда, без особого умения разбросал, все вкривь и вкось получилось, не как в парижских ресторанах с приличным обслуживанием. Пришлось ему замечание сделать.