Чтение онлайн

Так одна или две девушки? Меня просто разрывало от желания расспросить о Лариске. Именно для этого я и пришла на эту выставку, но нога Дениса крепко прижимала носок моего ботинка к полу. Нужно сказать, что этот аргумент был достаточно весок и мешал мне двигаться, поэтому я сочла более безопасным промолчать. Вместо меня беседу продолжил мой спутник.

– К сожалению, вы не угадали. Мы забрели сюда просто погреться. Но рассказывали вы все равно интересно. Нам понравилось. Правда, малыш? – он нахально обнял меня за плечи и прижался лицом к волосам. Я чуть не задохнулась от возмущения! – И мы бы прослушали еще пару романтических историй, только бы не выходить на улицу.

Он виновато пожал плечами и чмокнул меня в макушку.

– К сожалению, мы закрываемся. Но если вас наша тема заинтересовала, рады видеть вас у нас в гостях в любой день. Наша экспозиция будет продолжаться еще две недели.

– У вас разве не постоянная выставка? – удивилась я.

– О нет, я привез свои экспонаты из Сибири – одними губами улыбнулся наш гид. – Хотел, чтобы киевляне увидели работы своего талантливого земляка.

У него было такое выражение лица, будто он хотел, но не решался добавить что-то еще. Я не знала, как подтолкнуть его к большей откровенности, а Денис, фамильярно обняв меня за талию, медленно двинулся к выходу.

Мы попрощались с двумя энтузиастами своего дела и оказались снова на улице. Бомжик все так же молча подпирал стену рядом с дверью.

– Не там ты, дядя, сидишь, – с сочувствием сказал Денис и бросил в стаканчик монетку. Бомжик молча поклонился и так недобро посмотрел на моего спутника, что я невольно ускорила шаг.

– Взгляд у него… брр.

– Не обращай внимания. Просто у него сегодня недоходный день.

– Почему ты не дал мне спросить о Ларисе и о деле с фотографиями?

– Ничего интересного он тебе все равно не сказал бы. Он говорил намеками, давал понять, что что-то знает. Но на откровенный разговор не пошел бы. Его целью было выведать, что по этому вопросу знаешь ты или я. В то, что мы случайно попали на выставку, он не поверил ни на минуту. Мне показалось, что он сильно чего-то не договаривает и чего-то опасается. А если учесть пропажу Эллы и твоей подруги, лучше проявить большую осмотрительность.

– Ты считаешь, что с ними что-то случилось? Из-за этих фотографий? – я почувствовала, как по спине у меня пробежали мурашки.

– Я этого не говорил. Я не знаю. Но осторожность не помешает.

Все так же обнимая меня за талию, Денис сделал пару шагов и остановился, потом вдруг притянул меня к себе и поцеловал. Я попыталась вырваться, но он просто прижал меня к себе крепче. – Не сопротивляйся, на нас смотрят, – услышала я его шепот. «Если я не буду сопротивляться, то просто упаду», – подумала я, чувствуя, как ноги у меня становятся ватными от его прикосновений. Но в эту минуту дверь выставки отворилась.

Я перестала вырываться и посмотрела через его плечо. Наш недавний гид пытался найти в кармане старой куртки деньги для нищего. А тот смотрел на благодетеля с холодным презрением, как будто в стаканчик не деньги бросали, а гнилую картошку.

– Ты чувствуешь прилив фенилэтиламина в крови? – услышала я снова шепот Дениса, который на мгновение прервал поцелуй. В его глазах промелькнул смех.

– Нет. В моей крови бурлит адреналин. И поверь, это небезопасно для того, кто в этом виноват. Отпусти меня сейчас же! – страшным шепотом ответила я.

– Мы уже на ты. Наконец, – он внезапно резко отпустил меня, и мне стало зябко. – Наш Иван Эдуардович уходит. Хочешь пройтись за ним?

Я молча кивнула. Говорить было исключительно трудно: любой физический контакт с МММ выбивал меня из колеи, что меня невероятно бесило.

Мы еще немного постояли, чтобы не спугнуть нашего гида, и тихо двинулись за ним. Однако сыщики из нас оказались неважные, да и погода была не на нашей стороне: мелкий дождик и сумерки сильно ухудшали видимость. Ровно через два квартала преследуемый остановил такси, и через пару мгновений мы остались на улице только в обществе бомжа, недовольно наблюдающего за нашими передвижениями.

Мы довольно быстро добрались до моего общежития. У дверей Денис подошел ко мне и заглянул в глаза. Сердце мое тотчас же подскочило в район голосовых связок. Испугавшись того, что может сейчас произойти, я резко отпрянула.

– Послушай, я благодарна тебе за сегодняшний вечер и за чудесное спасение, но я не буду с тобой встречаться. – стараясь выглядеть равнодушной, пролепетала я.

– А кто сказал, что я собираюсь тебе это предлагать? – невинным и вполне естественным голосом спросил мой мучитель. – Я просто хотел убедиться, что ты в порядке. Мы пришли?

– Да. Спасибо еще раз. – я взялась за ручку двери.

– Моя визитка у тебя есть. Если нужна будет помощь – не стесняйся. – он помахал мне рукой и быстро скрылся в сумерках.

Я вернулась домой совершенно обессиленная, в растрепанных чувствах и полной сумятицей в голове. Мне было понятно, что надо найти Игоря, спросить, как продвигаются дела, посочувствовать. Он обычно во всем поддерживал меня и практически всегда был рядом. Только исключительные причины могли заставить его вести себя так, как в это вечер. И эти причины были мне известны, вернее одна причина, – он не знал, что происходит с его любимым человеком. Однако в его комнате моего друга не оказалось, поэтому я поплелась в Интернет погребок, излить свои проблемы на жилетку Поэта.

– Ты давно не приходила! – сразу отозвался Поэт на мой Интернет-запрос. – Я тебе надоел?

– Пока нет. Просто была занята.

– У тебя бурная личная жизнь?

– У меня пропала подруга. Она должна была кое-что выяснить по моей просьбе и исчезла.

– Ты считаешь себя виноватой?

– Да. Ее мать говорит, что я должна была больше времени проводить с ней, а не с Игорем. Наверное, она права. Мы с ним начинаем напоминать сиамских близнецов. А когда он по какой-то причине, не хочет меня сопровождать, я расцениваю это чуть ли не как предательство. Глупо.

– Игорь – это твой… э… boy-friend?

– У тебя слишком богатое воображение. Он просто друг.

– Не верю в дружбу между юношей и девушкой. Ты в него влюблена?

– Ты ревнуешь?

– Виртуально.

– Это глупо, даже если виртуально. Мы с Горошком знаем друг друга с раннего детства. Ты мог бы влюбиться в человека, о котором знаешь все: на каком горшке он в детстве сидел и в каких девочек был влюблен в подростковом возрасте?

– Не знаю, возможно. Детство – это одно, а взрослая жизнь – другое. А он в тебя влюблен?