Чтение онлайн

–  Разберёмся, не разорю, не бойся!
– опять рассмеялся мужчина.

И мы опять какое-то время ехали молча, пока водитель не завел разговор. Но прежде представился:

–  Меня зовут Василий Иванович, можно просто Вася.

–  Вася, а вам сколько лет?
– ехидно осведомилась я.

–  Не важно. Зовите Вася, просто Вася, - вежливо ответил он.

–  Прелестно! А я - просто Мария!

–  Надо же!
– фыркнул «просто Вася».
– Это не про вас сериал бразильский недавно шёл? Там тоже просто Мария была. Как жаль, что я - не Луис-Альберто!

И мы дружно засмеялись. А потом начали болтать обо всем, что приходило в голову. И сорок минут пролетели почти мгновенно.

Я издалека сквозь завесу дождя увидела у входа в аэровокзал долговязую фигуру Ангелины, которая, несмотря на некоторую сутулость, на мой взгляд, выглядела потрясающе элегантно. Увидев, что я вылезла из машины, Ангелина просияла:

–  Жанночка моя!
– и бросилась мне на шею так стремительно, что я едва удержалась на ногах и не плюхнулась обратно на сидение.

Мой неожиданный благодетель как-то странно хрюкнул, видимо, расслышал возглас Ангелины. Однако молча вылез из машины, подхватил два Гелькиных объёмистых чемодана и запихнул в багажник. Мы сели с подругой на заднее сиденье, и Гелька, моя неподражаемая Гелька, небрежно махнув рукой, велела водителю:

–  Ну, поехали!

«Просто Вася» усмехнулся, и мы отправились обратно в город. Он доставил нас к дому Ангелины, помог отнести в квартиру её чемоданищи, потом обратился ко мне:

–  А вас куда доставить?

–  На кудыкину гору!
– неизвестно почему, ответила вызывающе грубо, тем более что никуда не собиралась ехать: мы ещё в пути договорились с Ангелиной, что буду ночевать у неё.

Впрочем, я тут же устыдилась своей грубости: человек, может быть, от доброты душевной помощь мне предлагает, а я хамлю. Вероятно, «просто Вася» заметил в моих глазах проблеск этой стыдливости, широко улыбнулся, помолодев опять лет на двадцать, и сказал:

–  И всё-таки ты - ведьма, - сделал паузу и добавил: - Киевская.

–  Не, - серьёзно возразила Гелька.
– Она - язва, - тоже сделала паузу и добавила, ухмыльнувшись: - Сибирская.

Я не обиделась на ехидное Гелькино уточнение, потому что мы с ней и впрямь родом из Сибири. А на правду разве обижаются?

Мы совершали с Гелькой ежевечерний променад вдвоём, потому что Анне, Валентине и Светочке было недосуг, и в один из вечеров оказались на троллейбусной остановке, уткнувшись носами в витрину киоска и вполголоса обсуждая достоинства импортного парфюма. Да что там уткнулись! Прилипли.

Я давно мечтала купить себе что-нибудь от «Лореаль», разве я этого не достойна? Но не решалась потратить четверть своей зарплаты на полный комплект - от губной помады и крема до шампуня и геля для волос.

Гелька почти что уговорила меня на это безумное расточительство. Сама она всегда пользовалась дешёвой отечественной косметикой, хотя последние пять лет, как вышла замуж за Стаса, могла многое себе позволить. Но как-то незаметно наша добрейшая и щедрая прежде Ангелина стала не то, чтобы полной скупердяйкой, но весьма экономной женщиной. Теперь она уже была не способна вытащить из кошелька последний «стольник» и отправиться на девишник в ресторан. Гелька теперь предпочитала даже мороженое есть на халяву. Правда, справедливости ради, надо сказать, что не старалась кутить за наш счёт, и вкладывала средства в «общее дело» наравне с нами.

И вот когда я была уже готова «тряхнуть» тощей мошной, как за спиной кто-то произнёс:

–  Дэвчонки!

Мы на это не среагировали. Конечно, мы девчонки-разведёнки, так, впрочем, в своей компании и звали друг друга, однако давно уже достигли определённого возраста, когда посторонние мужчины так к нам не обращались. Потому мы продолжали спокойно пялиться в витрину, а за спиной тот же голос поинтересовался:

–  Дэвчонки, а ви каким видом спорта занимаэтесь?

Мы с Гелькой не то, чтобы заинтересовались, кто кого «кадрит», но на всякий случай глянули по сторонам. Гелька - вправо, я - налево. И обнаружили, что на остановке женских особей, КРОМЕ НАС, нет. Мы оглянулись.

Сзади, горделиво приосанившись, стоял черноусый представитель какой-то кавказской национальности.

Его глаза прямо-таки пылали яркими кострами. Признаюсь, что нас с Гелькой со спины и впрямь можно принять за девчонок - фигуры позволяли. Вот он, бедолага, и обмишулился. А когда увидел, прямо скажем, не юные лица, немного прибалдел от неожиданности. Костры в его глазах покрылись пеплом. Однако кавказец был всё-таки настоящий мужик, если, сообразив, что попал впросак, не потерял надежду извлечь выгоду из общения с нами. Мы, конечно, лет десять назад, как выразился один юморист, моложе и получше качеством были. Но и сейчас мы - не коряги и выглядели вполне привлекательно. Так что ничего удивительного, что в глазах незнакомца вдруг стали вспыхивать искры. А из искры, как известно, возгорается пламя.

–  Дэвчонки, хотите, я вам куплю, что ви пожилаити? Я вам чито угодно куплю!

Гелька коварно брякнула:

–  Эйфелеву башню - слабо?

Кавказец стал усиленно соображать, вспоминая, что за предмет такой - Эйфелева башня. Наконец осторожно спросил:

–  Эта … штука… Какой магазин продаётся?

Гелькины глаза чуть из орбит не вылезли от сдерживаемого смеха. Я же из деликатности просто отвернулась. А подруга зашептала мне в ухо:

–  А давай, он тебе чехол для мобилы купит?
– мы с ней как раз сегодня говорили о том, что ради безопасности здоровья свой мобильный телефон я должна носить в чехле.

–  Ты чего?
– застеснялась я.
– Дорого же!

–  Не дорого, если он готов купить Эйфелеву башню!
– отрезала Гелька.
– Чехол для мобилы для него всё равно, что стакан семечек купить.

Гелька, между прочим, и сама могла бы сделать мне такой подарок, но подруженька моя, как я уже говорила, прожив пять лет без всякой нужды, стала скуповатой, подтверждая пословицу - чем богаче, тем - жадней.

Кавказец, почуяв, что мы готовы уступить его настоятельным просьбам осчастливить нас, широко улыбнулся. Я отметила его прекрасные белоснежные зубы: почему это у кавказцев всегда такие великолепные зубы?

–  Дэвочки, пазволите нэболшой прэзэнт! Не обыжайтэ!

Гелька подхватила меня под локоток и повлекла к близлежащему магазину. Кавказец послушно затопал следом.

В магазине мы с Гелькой, не мудрствуя лукаво, устремились к отделу, где продавались мобильные телефоны разных фирм и, естественно, чехлы к ним. Но вот незадача - отдел не работал. Белокурая продавщица с губками бантиком, похожая на куклу Барби, с улыбкой оповестила нас, что отдел закрыт на переучёт. Мы хихикнули: хотели «раскошелить» мужика на триста «рэ», да вот Бог тому воспротивился. Я сказала: