Чтение онлайн

— Неужели самих «Гневных Клоунов»? — судя по всему Гуэнь проникся словами усача. — Наёмников Бергуча? Грозы Роулиндейла?

О каком таком боевом Шапито они говорят — я естественно не знал. Воображение как не пыталось изобразить мне нечто адекватное окружающему меня фэнтезийному антуражу — постоянно рисовало мне участников телепередачи «Аншлаг» во главе с ведущей, вооружённых алюминиевыми битами, арматурой и ржавыми цепями. Маститые старички и примкнувшая к ним маргинальная «молодёжь» среднего возраста со зверскими рожами вышагивали по тёмной улице выкрикивая в сторону жмущихся к стенам домов случайных прохожих унылые и не смешные анекдоты.

— Капитан Леанусье, — вывел меня из мрачных фантазий тяжёлый грудной голос принадлежавший парню в латах. — Я очень сожалею о своей просьбе многоуважаемый монсеньёр, но не изволили бы вы иметь милость смочь, позволить себе посвятить меня, что бы я недостойный узнал…

— Бруно! Мать твою! — взорвался усачь, чем сильно напугал своего спутника, который пытаясь выговорить витьеватую фразу даже закрыл глаза от усердия. — Не позорь меня перед людьми! Какой я тебе «монсеньёр»! Да и вообще — я тебе сколько раз приказывал предстать пользоваться этим быдлячим штилем! Нормально говори: Что ты хочешь? Связался с му… с аристократом на нашу голову.

— Ну… я это! Дядь Лех… — смутился и даже покраснел парень в голосе которого тутже прорезалось что-то простое и деревенское, — а кто такие «Гневные Кроуны»?

— Клоуны Бруно. Клоуны! Клоуны, это что-то типа шутов.

— Э…

— Мать… Скоморохов. Ты их в родном селе на ярмарке должен был видеть…

— А!! — в протяжном как будто пришедшем из бочки звуке чувствовалось узнавание. — А чё? Дядь Жако хотел плясульки устроить? Это я люблю! Я б Маришку тогда пригласил бы…

— Уй болван… — с тяжёлым вздохом прошептал капитан Лех и провёл ладонью по своему лицу сверху вниз, дёрнув под конец самого себя за усы, — Бруно, мальчик мой. Даже если бы Жако устроил праздник, к Баронессе Мари тебя не подпустили бы и на пушечный выстрел!

— А чё так! — искренне удивился парень хлопая глазами. — У нас в деревне на танцульках даже жонка священника, Баба Муся со мной отплясывала. Не брезговала да и на сеновал потом сама меня позвала!

Парень смутился сказанным и отведя глаза залепетал.

— Ну это… Крыша у неё на сеновале видать прохудилась. Вот она и… а я пока за инструментами ходил, Отец Евген из ратуши вернулся. Разозлился почему-то. Сказал что им моя помощь не нужна и прогнал со двора. Но я не вру! Баба Муся со мной танцевала! Так принято! Это по-правилам! Так почему же Маришка то не…

— Бруно… — терпение усача похоже было на исходе и только наше присутствие не позволяло ему перейти на крик, а вот сопровождающая эту парочку тройка бойцов с топориками уже откровенно ржали. — Послушай Бруно. Сколько лет ты уже живёшь в этом замке?

— Ну… Раз… Два, три, шесть… — принялся загибать пальцы парень.

— Четыре, пять! — поправил его капитан. — Пять лет. И ты до сих пор не понял, что ты не в своей деревне?

— Но правила! — возмутился латник. — Есть же правила! Танцуют все…

— Идиот… А! Не важно, — отмахнулся от него мужчина. — В любом случае — никакого праздника Жако не планировал.

— Как это не планировал! — возмущению парня не было предела. — Так ведь скоморохи то!

— Бруно… — почти прорычал капитан, зло глядя на подрагивающие плечи эльфа, прислонившегося лбом к круглому боку флегматичного гобика и сам еле сдерживая рвущийся наружу смех.

В сложившейся ситуации похоже не веселился только мутант, Юна да я. Первому вообще было наплевать на то, что происходит вокруг него, ламия в силу своего возраста похоже не понимала о чём говорят эти люди, а я как то не привык смеяться над откровенно слабоумными. Еле сдерживая на лице суровую маску капитан повторил.

— Бруно. «Гневные Клоуны» только притворяются скоморохами. Да они красят свои лица белой краской — но не для того, чтобы смешить селян, а чтобы пугать врагов. Именуя себя клоунами они носят пёстрые одежды и бубенцы, отвлекающие их врагов. Мальчик мой — это суровые люди. Настоящие убийцы берущиеся за любые, даже не совсем законные дела. Именно поэтому Жако хотел нанять их для рейдов на территорию Святой Земли…

— Незаконные это плохо! — стукнув себя по нагрудной пластине прорычал парень. — Неправильно это, не по порядку…

— Знаешь, что Бруно, — произнёс капитан.

— Что? — удивлённо спросил парень.

— Заткнись. Просто заткнись.

— Но я же не… — начал было тот.

— Каждое следующее слово будет стоить тебе пяти палок.

— Я же рыцарь! — удивлённо произнёс парень хлопая честными, наивными глазами. — А рыцарей палками не наказывают.

— Ты не рыцарь Бруно… — ответил ему капитан, показательно загибая пальцы. — Ты всего лишь оруженосец.

— Но…

— Сорок пять палок мой мальчик. Ты наговорил уже на…

— Молчу! — Бруно, в рокочущем голосе читался испуг, быстро заткнул своими лапищами рот.

— …уже на пятьдесят палок, — улыбнулся сквозь усы капитан. — У тебя сегодня будет не самая приятная ночь. А вы чё ржоте салаги! А ну сми-и-ирно!

Рявкнув на своих совсем уже распоясавшихся подчинённых, капитан вновь обратил внимание на нас. А точнее на меня.

— А что-ж это вы молодой человек не веселитесь? — то ли с упрёком, то ли с уважением спросил усачь, переводя взгляд с меня, на трясущегося от беззвучного смеха Гуэня и обратно.

— У меня дома не принято смеяться над убогими, — ляпнул я первое, что пришло в голову. — Плохой вкус знаете ли.

— О! — капитан поднял в верх указательный палец и сказал. — Народная мудрость. Откуда ты, сынок?

— Я… — ответить я не успел, так как отсмеявшийся Гуэнь перебил меня.

— Он из Руксзкхемии, — вытирая слёзы сообщил эльф. — Баронство такое…

— Губерня, — ехидно поправил я ушастого приколиста, похоже совершенно забывшего то, что было изображено на моей карточке.