Чтение онлайн

– Вы – главврач?

– Я – главврач, вы совершенно правы, – кивнув, он жестом пригласил ее присесть на кровать, сам же, не желая отпугнуть пациентку вторжением в личное пространство, вежливо скомандовал внести стул. – Виктор Аркадьевич. А как вас зовут?

– Ада, – послушно усаживаясь, тихо ответила девушка.

Черные волосы ниже плеч спутаны, черные глаза глядят исподлобья. Он изучал ее, мягко и непринужденно, как нового собеседника, но в то же время внимательно наблюдал за повадками, готовый мысленно фиксировать любые отклонения от нормы.

– Вы пришли к нам из ада? – спокойно и серьезно уточнил врач.

– Нет, – смутилась девушка. – Моё полноё имя Аделина. Вчера я кричала, что Ада пришла к вам из ада, но на самом деле я так не считаю. Сама не знаю, что это было. Мне очень стыдно.

– Такое с вами впервые?

– Да. Вернее – не совсем. Раньше у меня тоже получалось плохо сдерживать свои эмоции, но чтобы так – впервые.

– Как вы думаете, что послужило причиной такого поведения?

– Люди. Я ненавижу людей.

Он отметил, что фраза была сказана апатично, но краем глаза уловил мимолетные движения рук – будто бы она хотела сжать их в кулаки, но не хватило сил. Глаза ее при этом рассеянно смотрели вдаль, сквозь врача, но нижние веки дернулись, напряглись: она что-то вспомнила.

– Как давно это началось? – мирно поинтересовался врач.

– Это давно стало проблемой. Мне нужна помощь, доктор. Моя ненависть мешает мне, она съедает меня изнутри. Я пытаюсь научиться с ней жить, но без результатов. Вылечите меня, я хочу стать нормальной, временами я чувствую себя безумной, больной.

– Мозг – это такой же орган, как и все остальные, который запросто может захворать, и в этом нет ничего устрашающего или постыдного. Раз вы просите помощи, то обязательно её получите. Вы знаете, где находитесь?

– Это институт психиатрии, – кивнула пациентка.

– Совершенно верно. Вы попали в хорошее место, здесь вам действительно смогут помочь при вашем желании. Нам нужно понять, что с вами, и какой болезнью вы заболели, поэтому будет замечательно, если вы согласитесь на все обследования и анализы, а также будете откровенны и постараетесь рассказать всё, что нас интересует.

– Обследуйте, если надо. Но рассказывать всё, что интересует, я буду только вам.

– Здесь работают лучшие специалисты страны, я лично могу поручиться за профессионализм каждого, в том числе и за профессионализм доктора Одинцова. Он имеет большой опыт в своём деле, за всю свою карьеру помог тысячам людей, его ценят и пациенты, и врачи, и часто с ним советуются по разным вопросам. Он как никто другой сможет понять причины вашего недуга…

– Я не хочу с ним иметь ничего общего, – устало перебила пациентка, и руки снова попытались сжаться в кулаки. – Я его ненавижу.

– Почему?

– Он плохой человек.

– Вы поняли это сразу или, быть может, встречались с ним раньше?

– Сразу. Я вижу его насквозь. И всех остальных тоже. Я согласна откровенничать только с вами. Ни с одним другим доктором в этой больнице я не буду делиться своими мыслями, страхами или фактами биографии. Я знаю, что вы тут один нормальный, и мне не надо пытаться доказывать обратное. Я знаю.

– Ну, раз вы знаете, – пожал плечами доктор и зачем-то оглянулся на дверь. – Только… – он задумчиво постучал обратным концом карандаша о дужку очков, после чего деловито продолжил: – Понимаете, я бы с радостью работал с вами один – обследовал на аппаратах, брал анализы, вёл беседы, чтобы оградить вас от контактов с остальными. Но, вот беда, правила запрещают, а правила мы здесь не нарушаем, понимаете меня?

– Понимаю, – без эмоций отмахнулась пациентка. – Я согласна терпеть всех этих людей, но довериться готова только вам. Я видела вас в новостях несколько лет назад, я знаю, что вы хороший человек, это сразу видно.

– Рад, что мы договорились. Я позабочусь, чтобы этот врач был освобождён от контакта с вами. А сколько вам лет, если не секрет?

– Тридцать два.

– Вы замужем?

– Нет.

– А дети? Есть? – расспрашивал врач.

– Нет, – тяжело вздохнула.

– Не хотите ли позвонить своим близким? Они наверняка переживают о вашем отсутствии.

– Некому переживать, я живу одна.

– Возможно, с вами захотят связаться друзья, будут вас искать.

– Нет у меня никого.

– На работе вас не потеряют?

– Я работаю удалённо.

– А родители?

– Их в моей жизни больше нет.

– Понимаю… Но они живы?

– Не знаю. Я прекратила общение с ними восемь лет назад, когда умерла бабушка. Переехала в другой город. Бабушка была единственным человеком в семье, который меня понимал.

– Наверное, она хотела, чтобы вы получили образование?

– Да, она всегда настаивала на высшем, и благодаря ей я поступила бесплатно на факультет иностранных языков. Сейчас я работаю переводчиком через интернет. Получаю задания и делаю переводы дома. Я стараюсь как можно реже выходить из дома и как можно меньше общаться с людьми.

– Сколько лет вы ведёте такой образ жизни?

– Восемь.

– Как часто вы выходите из дома?

– Два-три раза в месяц днём, иногда выхожу ночью – прогуляться или за продуктами.

– Гулять по ночам не страшно?

– Мне ничего не страшно. Не вижу смысла бояться за свою жизнь, когда в этой жизни нет смысла.

– В вашей жизни нет смысла?

– Нет.

– Как давно вы стали так думать?

– Не знаю.

– Почему вы не любите людей?

– Почти все люди грязные. Они хотят это скрыть, но от меня не скроешь. Я вижу их насквозь, знаю всё, на что они способны, знаю их подлость, лживость, лицемерие, знаю даже то, чего они сами не знают.

– Хм. А каким образом вы получаете эти знания?