Чтение онлайн

— Скорую вызвать? — спросил Степан.

— Не надо, вроде цел. Подкинешь куда-нибудь? — пробурчал бандит. Сразу было видно, что просить о помощи он не привык.

— Конечно, подкину, не бросать же тебя здесь.

Пока мужчины обсуждали пробитое колесо и крепкий кузов немецкой легковушки, шустрая Ксюша помогла пострадавшему снять испорченный пиджак, быстро нашла аптечку, вытерла кровь и обработала раны. Водителю повезло, серьёзных травм вроде не было, только разбитые подушкой безопасности нос и губы. Опираясь на Степана и крепко держа увесистую спортивную сумку в руке, мужчина осторожно выбрался из оврага. Увидев свадебный лимузин он попытался усмехнуться, но только поморщился от боли. Вообще, вид у него был не очень: нос распух, губы кровоточат, а от переносицы начали расползаться синяки, но больше всего Степана смущала залитая кровью рубашка.

— Извини, приятель, но в таком виде я тебя в машину не посажу, у меня салон белый, — он задумался, а потом залез в бардачок и достал пакет. — На вот, может, фасон и не очень, но зато целая и чистая.

Ксюша распотрошила упаковку и с улыбкой продемонстрировала потерпевшему сувенирный комплект: белая футболка с намертво пришитой наискосок красной лентой на которой золотыми буквами было написано: "Свидетель". От такой несерьёзной одёжки мужчина был явно не в восторге, и тут всё время молчавший дед ехидно хмыкнул:

— Одевай, одевай, ишь, привередничает. Скажи спасибо, что написано "Свидетель", а не "Подозреваемый", — но, получив тяжёлый взгляд, прошмыгнул в машину и вцепился в свой чемодан.

Удивительно, но за всё время, что они провели у разбитой БМВ, мимо не проехало ни одной машины. Честно говоря, Степан был этому только рад, чего уж говорить о подобранном мужчине. Новый пассажир представился Андреем и, прижимая к себе сумку, устроился на сидении за водителем. В салоне сразу стало как-то неуютно, разговор не клеился, дед дулся и опасливо косился на новенького, а Ксюша, слушая музыку одним наушником, смотрела в окно. Молчание явно затянулось, ещё и погода стала портиться: сначала из-за леса набежали тяжёлые тучи и повеяло свежестью, а через пару минут по лобовому стеклу крупными каплями забарабанил дождь.

— Эх, только бы в ливень не попасть, — расстроился Степан, крепче сжимая руль, и тут же чертыхнулся. Впереди показался хвост приличной пробки, а вскоре, сверкая лампочками, возник знак "Дорожные работы". Решив пока не пристраиваться за медленно ползущими машинами, а посмотреть, что там за "работы", Степан выскочил под моросящий дождь и сразу понял, что правильно сделал, что остановился: всё перегородили, экскаватор бойко отколупывал асфальт, а движение запустили по встречной полосе, изогнув временную дорогу такой змеёй, что было ясно: лимузин здесь не проедет. Промокшие рабочие, сочувственно поглядывая на крайслер, только качали головами и махали руками в сторону съезда на старую двухполосную дорогу.

— Придётся в объезд, — сообщил встревоженным пассажирам Степан и повернул направо, стараясь не попасть в глубокие выбоины. Первый километр дорога была ужасная, и взмокший Степан, казалось, даже не дышал, пока пытался маневрировать на ухабах. Стоило только представить лицо начальника и сколько стоит ремонт подвески, как волосы вставали дыбом. За бедный лимузин действительно было страшно и поэтому все молчали и терпеливо держались за диваны, пока машина еле переползала очередную яму.

— И всё-таки трактор на свадьбе понадёжнее будет, — подпрыгивая на очередной кочке, заворчал дед, и сейчас с ним были все согласны.

Дождь всё не унимался, однако радовало то, что дорога стала намного лучше. Подъезжая к указателю с выгоревшей надписью: "Санаторий "Полянка"", Степан снова притормозил. Да и разве можно было проехать мимо автобусной остановки, на которой прятались от дождя женщина с девочкой лет шести. Ветер трепал зонт и загонял холодные капли под и без того дырявую крышу, а закутанный в лёгкую шаль ребёнок уже готов был заплакать.

— Запрыгивайте скорее! Вам куда ехать? — спросил Степан, вылезая из кабины и помогая открыть дверь в салон.

— Ой, спасибо! — обрадовалась женщина, сложила зонт и, подхватив ребёнка, залезла в машину. — Мы на автобус опоздали, а следующий через сорок минут. Нам до "Рабочего", тут не далеко, по пути. Правда, Юленька?

Новые пассажирки устроились на самом большом диване. Женщина очень тепло всем улыбнулась и поздоровалась, а вот девочка смотрела на всех букой.

— Имейте в виду, это не моя мама. Это соседка наша, тётя Люся, — отчеканила Юленька и скрестила руки на груди. — Наконец-то как нормальная принцесса на карете до дома доеду, а то всё на автобусе да на автобусе.

Ворчливая девчушка заставила всех улыбнуться и немного разрядила обстановку, а тётей Люсей сразу заинтересовался Кузьмич. Такие дамы всегда вызывали у него восхищение: немного за тридцать, статная, зеленоглазая шатенка в цветастом платье с глубоким вырезом, кровь с молоком, а не женщина, Андрей и тот втихаря посматривал на новую спутницу. Кузьмичу это сразу не понравилось, и он решил приструнить конкурента:

— А что это ты, Андрюша, всё сумку к себе жмёшь? У тебя там что, мильон, что ли?

Все с интересом уставились на бандита, даже Степан глянул в салон и прислушался к разговору. Андрей сурово посмотрел на болтливого деда и буркнул:

— А если три. Тебе-то что?

— Ого! — удивилась Ксюша вытягивая шею и рассматривая объёмную сумку. — Правда, что ли?

— Да на кой тебе столько? — Кузьмич аж подпрыгнул. — Послушай меня, от денег одна беда! Вот был у нас в посёлке Пашка Малёк, хороший парень, безотказный. Так вот, выиграл он в лотерею сто пятьдесят тысяч и всё, спился человек. За пять месяцев сгорел. Ни жены, ни детишек после себя не оставил, только "Запорожец" старый.