Порезы
Шрифт:
Еще никогда в жизни он не видел ничего подобного. Но ему всегда этого хотелось.
Сквозь нижний проем дверцы шкафа он увидел, что в комнате зажегся свет.
Что за черт? Это же комната для гостей! Что они здесь делают?
Долгое время в комнате стояла тишина. А затем послышался голос женщины:
– Ты ведь не возражаешь?
– Спросила она.
– Нет, нет, все в порядке, - ответил мужчина.
– Для чего тогда вообще нужны все эти комнаты?
– Возможно, здесь будет и не так комфортно, но зато мне будет гораздо спокойнее.
– Даже не переживай на этот счет. Мне абсолютно все равно, какова кровать, главное для меня, какова женщина.
И снова в комнате нависла тишина. Альберт решил, что они целуются.
– Ты моя первая бойскаутская вдова, - сказал мужчина. Они оба рассмеялись.
– Чшшш.
Снова тишина.
– Я сейчас вернусь, - сказала женщина.
– Хочешь переодеться во что-то поудобнее?
Она хихикнула.
– Как ты догадался?
– Я экстрасенс.
– Скоро буду.
– Я жду.
Альберт услышал, как она вышла из комнаты. Затем мужчина прошелся по ковру.
Он шел к шкафу.
На всякий случай, Альберт вытащил из-за пояса нож.
Ближе.
Что он хочет сделать, повесить одежду?
Дверь открылась, заполняя пространство шкафа светом.
Альберт присел, прячась в тени мужчины, который держал в одной руке синее спортивное пальто. Как только он потянулся с ним к вешалке, Альберт испустил тихий вздох.
С шокированным видом мужчина уставился на Альберта.
Альберт взмахнул ножом.
Мужчина отшатнулся, и, тяжело дыша, отступил назад, держась рукой за раненое бедро. Сквозь его пальцы сочилась кровь. Он упал на пол. Тяжело дыша и извиваясь, он схватился за рану обеими руками.
Крепко сжимая Плейбой под левой подмышкой, Альберт склонился над ним и перерезал горло.
– Чарльз, что происходит...?
– Раздался из коридора голос миссис Брокстон. Остановившись в дверном проеме, она посмотрела сначала на распростертое на полу тело, а затем на Альберта..
– Ты!
– Выдохнула она. Затем ее спина выгнулась. Она развернулась и побежала прочь.
Альберт выронил журнал и помчался за ней.
На полпути по коридору он настиг ее и ударил ножом в спину. Лезвие распороло ткань ночнушки в районе талии и вонзилось под кожу. Крича, она упала.
Альберт сжал нож зубами. А затем схватил женщину за лодыжки и перевернул на спину.
Когда он срывал с нее трусы, она застонала и вытянула руки, пытаясь удержать их.
– Убери руки.
– Нет, - выдохнула она.
– Пожалуйста.
– Убери руки, или я тебя убью.
Она покачала головой, но руками не пошевелила.
Альберт вытащил изо рта нож.
– Думаешь, я шучу?
– Спросил он.
Прежде чем она успела ответить или убрать руки, Альберт глубоко вонзил лезвие в ее живот.
Она хмыкнула, попыталась сесть, и упала.
Альберт вытащил лезвие и ударил снова, попав в то же отверстие, только гораздо глубже.
Тело женщины забилось в судорогах.
Он вытащил нож.
Чуть ниже ее пупка зияла глубокая, вертикальная рана около трех дюймов в длину, из которой, пульсируя, била кровь.
Она больше не сопротивлялась, а просто лежала, всхлипывая и постанывая.
Альберт присел над ней и распорол ножом переднюю часть ночной рубашки. Затем откинул края в стороны и обнажил груди. Они были меньше, чем у Бетти.
Больше похожи на груди Мисс Сентябрь.
– А у вас хорошие сиськи, миссис Брокстон, - сказал он.
Он смотрел, как они приподнимаются и опускаются от ее рыданий и стонов.
Обхватив одну из грудей окровавленной ладонью, он почувствовал под ней бугорок соска. Он сжал грудь. От крови та стала скользкой.
Его член напрягся и буквально вырывался из джинсов, создавая болевые ощущения.
Зажав нож между зубами, он расстегнул молнию и освободил его.
8. Просьба
Когда Ян вошел в свой темный дом, в его ушах все еще стоял рев Ягуара. Он осторожно прошел через кухню. Оказавшись возле застекленной двери гостиной, он взглянул на задний двор и бассейн.
На какой-то миг он подумал выйти на улицу и немного посидеть там, в дымке ночного тумана.
Нет, для этого он найдет время как-нибудь в другой раз.
Он вошел в кабинет и зажег свет. Для того, чтобы глаза привыкли к яркости, потребовалось несколько секунд. Он медленно прошелся взглядом по письменному столу, выдвижным ящикам, столику для игры в покер, двум тумбочкам под телевизор и настольной лампе в углу.
– Она должна лежать где-то здесь, - пробормотал он.
Было бы довольно глупо провести остаток ночи, роясь во всем этом беспорядке.
Нужно просто хорошенько подумать.
Он подошел к мягкому креслу, расчистил себе место, убрав с него три толстые папки и сел.
Ну а теперь вспоминай. Когда ты звонил ему последний раз? Кажется, в понедельник, прямо с факультета. Хотя, нет, он звонил мне позже. Но когда? В среду? Нет, в среду я звонил ему сам. Отсюда. Откуда именно? Скорее всего, я стоял тогда возле стола.
Ян подошел к столу. Вроде бы телефон должен был лежать где-то на нем. Он отодвинул кресло на колесиках к стене. И увидел, что телефон лежит на полу. Точнее не совсем на полу.