Чтение онлайн

– Что в школе скажем?

– Не переживай, что-нибудь придумаем. Только маме ничего не говори пока.

– Я и не собирался.
– с ещё большей радостью ответил он.

Если я правильно начал понимать свои безумные сны и видения ,то сегодня весь порох на этой Земле превратиться в пыль, а может я узко мыслю и сон был не про порох, а про всё оружие придуманное за последние несколько сот лет для облегчения уменьшения популяции людей? Если это так,то уже завтра вокруг наступит хаос, а в одиночку в хаосе не выжить. Мы, своей дружной компанией, соберёмся только завтра, но действовать надо уже сейчас.

После того, как я всех обзвонил, легче совсем не стало. Свободные были только двое, Саня Буран и Баламут, этому вообще было похеру на всё, двадцать восемь лет, живёт с родителями и на их деньги, ни забот, ни хлопот. Главное, чтобы с плохой компанией не связался, как говорит его мать.

– Видите, что творится? спросил я парней.

– А как не видеть то! Сегодня ночью под балконом какие-то дебилы ППСников запинали и сколько мы не звонили в полицию, там всё занято.
– ответил Баламут.

– Баламут , я так понимаю, Кузнец не совсем о том спрашивал. Глобальнее посмотри. — сказал ему Саня Буран.

Я удивился, не ожидал, что Буран тоже так быстро понял , что Мир рушится.

– Не думал Саня что ты так глубоко задумался, о том что происходит, а происходит действительно какая-то непонятная ерунда, но пока об этом размышлять не стоит, нужно задаться другим вопросом, самым простым, а именно - нужны запасы всего необходимого, а главное продукты. — озвучил я им свои планы.

Баламут рассмеялся:

– Ты что к войне готовишься? — улыбаясь спросил Баламут.

– Если честно да. — серьёзно ответил я.

– Ну это ты конечно немного перегнул. — произнёс он, глядя на реакцию Бурана.

– Где я перегнул то? Вам что нужно, чтобы лягушки с неба посыпались, для понимания происходящего? Этим всем звоню, а они: «мы на работе», а в понедельник уже и работы их не будет, идти некуда будет, а если бы сегодня все взялись - на год бы запаслись. — продолжил я, не обращая внимания на его недоверие.

– Да с чего ты взял то, что запасы вообще нужно делать? — спросил Баламут.

– Ты раньше видел, чтобы пластмасса в труху за ночь превращалась, чтобы средь бела дня ментов пинали? – переспросил его я.

– Да ты связываешь две совсем разные вещи в одно. – ответил он.

– Почему разные? По ночам в магазинах вываливаются окна, туда лезут люди, чтобы достать то, что не могут купить. Потом они поймут, что никто их остановить не сможет и главное - не захочет, что тогда начнется?

– Хватит спорить, мне пофигу что и с чем связано, ты позвал помочь я помогу. Баламут, если ты тут для того, чтобы помочь, давай поможем этому параноику молча, а потом посмотрим кто прав. Говори чем помочь? — спросил Саня.

– Баламут , вы с сыном, остаетесь дома. Дом на военном положении, ждете нас и принимаете то, что мы привозим, ещё твоя задача поискать телефоны тех, кто продает уголь, мне нужно, чтобы к вечеру сюда привезли десять тонн угля и пару машин дров, денег на это, я тебе оставлю. Ещё - все чистые ёмкости, какие сможете найти, нужно наполнить питьевой водой. Вот собственно и всё. — раздал я указания.

– Лето на носу, зачем тебе уголь, дрова зачем? — продолжал спрашивать Баламут.

– Надо. Потом поймёшь. Слава, ты поступаешь под командование вот этого дяденьки. — обратился я к сыну.

– Это не дяденька, это Баламут и хватит со мной так разговаривать, если у нас война, тогда и я тоже воин! — поправил меня сын.

– Хорошо, Воин. Задача ясна?

Если бы Жена увидела, что я делаю, она бы меня убила. Я взял с нашей заначки девяносто тысяч, и мы поехал их тратить.

Половина магазинов, где можно было купить оптом или же, мелкооптовых баз, были закрыты. С трудом нашли открытую. Отстояв приличную очередь, нам всё же удалось дважды заполнить машину до отказа.

Многие мешки просто рассыпались в руках грузчиков, которые пытались их подтащить к машинам. Хорошо хоть я заранее предвидя это, взял тряпичные мешки. В основном мы брали крупы, макароны, соль, сахар ... в общем всё что может храниться долго. Я понимал, что не смогу купить всё необходимое, в нужном нам объёме, но хоть что-то. После третьего рейса, когда уже кончились деньги, Буран созрел:

– У меня полтинник на карте, может тканей натуральных, обувь, сапоги кирзовые или берцы купим? А то если все твои догадки верны. — предложил Буран.

– Это не догадки. — поправил его я.

– Сейчас неважно, если верны, то вся одежда из искусственных материалов развалится.

– Верно мыслишь. — согласился я с его словами.

Быстро потратив его деньги вернулись домой, баламут не подвел - уголь большой кучей был высыпал в углу ограды, возле углярки.

– Пока вы ездили, мы тут решили телевизор посмотреть, там видимо цензуру совсем отменили. В общем рассказывают, что за последние сутки двадцать девять самолётов упали, какая-то ерунда с электростанциями творится, атомные станции в принудительном порядке глушат - вообще полный пиздец кругом! Ментов по всей стране громят, кругом грабежи и разбои, сказали, что в города войска вводить будут. — всё ещё не понимая, что происходит, рассказал нам Баламут.

– А потом, пап, наш телевизор рассыпался на мелкие цветные кусочки, такой спецэффект прикольный был.
– добавил с радостью сын.

– И вы всё ещё мне не верите? – спросил их я.

Баламут с непонимающим видом сказал:

– Нужно всех наших обзвонить, ещё раз, пока всё работает и еще можно свободно перемещаться по городу, нужно хорошо затариться. Я, кстати, вам пытался позвонить, но сеть всё время занята.

– Если опять я буду им звонить, то подумают, что в конец ёбнулся, а если вы позвоните, может и поверят, всё-таки втроём за раз, мы не могли свихнуться.

Занеся всё все в гараж, парни начали обзванивать наших недоверчивых друзей. Двоих из них, к тому времени, отпустили с работы, ввиду невозможности ее выполнения по техническим причинам. Костя Палец сам бросил столярку, станки встали колом. Иван сказал, что у него есть важные дела и приедет он ко мне, с семьей, завтра утром.

Позвонили и новенькому, Сереге, обещал подумать, но как мне показалось, он посчитал, что я свихнулся. На всякий случай адрес я ему говорить не стал. Остальные пока не хотели понимать, что происходит, хоть и отнеслись к нашим звонкам довольно серьезно.