Чтение онлайн

Как и планировалось, выступление из города было назначено на следующий день после нашего возвращения в Вольгород. Для сохранения хоть какого-то мира в моей стране, я приказал оставить ларингийцев за крепостными стенами. Их лояльность не была мне ещё до конца понятна, а потому стоило быть с ними осторожнее.

Для высадки были выбраны струги. Пусть они не были столь приспособленными для движения в прибрежных водах, но за счёт многочисленных рядов гребцов были достаточно быстроходны, чтобы в сжатые сроки была возможность достигнуть обозначенного острова. Помимо моих воинов, на борт своих кораблей я взял и большую часть командиров церковников. Да, большая часть из них прошла далеко не один бой и в сжатые сроки можно было бы выбрать новых командиров, но сейчас я предпочитал лишить потенциального противника в лице воинов Церкви офицерского состава. Быть может, что они до сих пор хотят атаковать нас, а потому я предпочитал перестраховываться.

Мы выплыли с рассветом. В море вышло десять стругов, каждый из которых держал на своём борту по восемь десятков воинов, которые сейчас были на вёслах. Этого было не так много, но в случае неудачи я не хотел терять много обученных воинов, да и крепость со слов рыцаря была не такой мощной, чтобы подвозить туда больше пехоты.

Гребли мы весь день напролёт и только к ночи смогли достичь назначенного острова, которому так и не нашлось имена за те долгие года, которые я провёл на этих землях. Нашим преимуществом стала ночь. Суры были искусными мореплавателями, а потому для них не было проблемой пристать на незнакомых берегах даже ночью. Я сам был свидетелем того, как один из сурских капитанов смог пришвартовать струг на берегу бурно текущей реки Инн, причём тьма была настолько плотной, что сложно было увидеть даже кончик собственного носа. Такому мастерству можно было только восхищаться и на этот раз суры нисколько не сплоховали. Все десять кораблей без особых проблем смогли пристать к каменистому побережью острова.

Сам остров представлял из себя клочок земли посреди воды, по центру которого было возвышенное каменистое плато. Выращивать хоть что-то здесь было бессмысленно, но оборонять эту землю намного проще за счёт того, что к островной природной гавани был всего лишь один крутой спуск, который было крайне легко оборонять. Получалось, что единственным вариантом на взятие этого острова было в том, чтобы прорваться на верх через узкий проём, который было возможно без особых проблем оборонять группкой из десяти алебардистов и нескольких грамотных стрелков. Не такой уж большой отряд и у оставшихся на плато церковников точно найдётся достаточное количество людей.

Единственным вариантом взять остров, который я мог предположить, был обычный прорыв на верх, но такой удар точно будет сопровождаться неприличными потерями, которые я никак не мог себе позволить в преддверии будущей войны. Выход предложил один из моих воинов, который происходил из лагриканцев, живших в предгорных районах реки Инн. Они с самого детства ползали по отвесным скалам, а потому для них не было проблем в том, чтобы подняться на плато и навести наверху шума. Вот только оставалось сделать так, чтобы немногочисленные охраняющие остров отвлекли всё своё внимание, дабы операция осталась скрытной.

Я высадился в темноте одним из первых. Операция была очень сложной, но я верил в то, что она завершиться успехом. Сейчас для нас было главным то, чтобы захватить экипажи кораблей, которые сейчас мерно раскачивались в гавани на лёгких волнах. Без них не получится высадиться в Ларингии с теми силами, которых мне может хватить для свержения церковной власти в королевстве. Да, у меня были там гипотетические союзники, но на них надеяться не стоит, ведь в любой момент они могут изменить своим планам и тогда я с войском окажусь не в самой приятной ситуации.

Промокнув до нитки, я всё же выбрался на берег и положил наконец на пол пропитанный жиром свёрток, внутри которого лежало несколько единиц огнестрельного оружия со всеми сопутствующими принадлежностями. На этот раз решено было не вооружаться аркебузами, а остановиться на пистолях, ведь тяжёлые бандуры были значительным весом, который точно был излишен для скалолазов.

Разместив оружие в кобурах на поясе, я взглянул на скалу. В темноте не было практически ничего не было видно, но вместе с тем я прекрасно понимал, что стена практически отвесная, а потому забраться на плато будет практически непостижимой задачей. Впрочем, не зря в отрочестве я оббегал все городские заброшки и покорил вершину каждого гаража, чтобы спасовать перед этой вершиной.

Первый из моих покорителей вершин, подошёл к стене плато и оценивающим взглядом окинул его до вершины. Впрочем, его сложность нашего последующего маршрута нисколько не поразила, а потому стал сразу же подниматься, выискивая всеми четырьмя конечностями уступы, за которые была возможность зацепиться. Удивительно, но подниматься он стал очень споро, быстро перебирая руками и ногами. Даже вес надетого снаряжения его нисколько не стеснял в движениях. Пусть одеты мы были и достаточно легко, а у каждого из оружия был только пистоли и длинные сурские ножи, так полюбившиеся лагриканским воинам. До вершины плато было всего метров тридцать и сил на подъём требовалось множество, но лагриканские начали подниматься, даже не обсохнув и не отдохнув после долгого путешествия на кораблях.

Я, последовав примеру своих бойцов, тоже начал медленно подниматься вверх, понимая, что подняться наверх нужно как можно быстрее. Остальная часть нашего воинства должна будет нанести отвлекающий удар по единственному пути наверх. Мы же ударим в спину оттуда, откуда никто не ожидал.

Положив на небольшой выступ ладонь, я подтянулся, поставил носок сапога на другой выступ, затем повторил ещё раз и ещё. Пускай у меня не было способностей человека-паука, но даже так процесс шёл достаточно хорошо. Мне удавалось выискивать щербинки, выступы и всё остальное, что могло бы послужить упором. Но сил уходило изрядно. Одно дело идти пешком, пусть и в полном облачении, а другое подниматься вверх на плато, буквально на ощупь выискивая куда положить руку или ногу. Конечно, я безбожно отставал от своих товарищей, который уже были почти у самой вершины и просто дожидались начала боя от второй группы. Удивительно, но эти выносливые лагриканцы будто бы совсем не уставали, удерживаясь на отвесной скале одними только кончиками своих конечностей. Не будь этих одарённых бойцов в моём войске, то наверняка бы пришлось идти через единственный подъём, оставляя за собой целые горы трупов. Либо же придётся брать остров в осаду, которая являлась слишком длительным мероприятием. Это было мне отнюдь не на руку, ведь придётся откладывать вторжение в Ларингию.

Наконец, со стороны входа послышались звуки горячего боя. Похоже, что началось всё с взаимного обстрела. Воины не скупились на запасы, а потому свист пуль не прекращался ни на секунду. Это было для нас сигналом к действию. Использовав свои последние силы, мы с новым рвением продолжили взбираться к вершине. Наконец, этот долгий путь был закончен, и мы оказались на плато.

Я был готов прямо сейчас выплюнуть свои лёгкие, но адреналин подгонял всё тело вперёд. Разлёживаться было просто некогда, ведь чем дольше мы медлим, тем большие потери понесёт мои воинство.

На вершине плато был расположен лагерь. Церковники расположились с большим комфортом, даже позабыв о патрулях, ведь сложно было представить, что кто-то взберётся по склону. Шатров было много, уж точно не меньше пятидесяти и у каждого стояло по большому костру, обогревающему находящихся внутри.

Я побежал вперёд, надеясь пробиться там к стрелкам, накрывающих огнём моих воинов, которые активно пытались прорываться наверх. Вот только некоторые воины Церкви были определённо против этого.