Чтение онлайн

Глаза драконихи заволокло белой пленкой, по телу пробегали залпы сладострастной истомы.

– Скажите, пожалуйста, – спросила Кора у десципона, – а если бы дракон смог убежать отсюда, куда бы он делся?

– Убежать нельзя!

– Но если…

– Если бы убежал, – сказал кормилец, отбрасывая в сторону вилы, – то в Древний Волшебный лес, который начинается за Хребтом Независимости, в трех спареках от города.

– И бывали такие случаи? – спросила Кора.

– Исключено! – воскликнул десципон.

Ласка наконец проглотила мясо и тихонько, совсем по-собачьи завыла.

– Она же голодная! – вырвалось у Коры.

– Вы с ума сошли! – возразил десципон с бородой, явно готовый к такому обвинению. – Мы с вами сейчас пройдем в мой кабинет, и вы увидите все документы. Мы ведем строжайший учет всех продуктов и витаминов, которые выдаются нашим дорогим крошкам. Там есть все – от гороха до печени трески. Ни один дракон не засыпает голодным – вот наш лозунг!

– Лицемерит она, – сообщил толстый кормилец. – На жалость вас берет. Видит, приехал кто-то из Галактического центра, проверка, комиссия, можно поживиться! Вы не представляете, насколько они коварны!

– Но ведь вы только что утверждали, что драконы – безмозглые пресмыкающиеся!

– Это тоже правильно! – ответил кормилец. – Они и такие бывают, и такие. Как им выгодно! У, ублюдки!

В ответ на этот возглас сзади отозвался рычанием мучимый поносом Смирный, взвизгнула с ненавистью Ласка, и из дальней пещеры донесся рык старожила.

– Пошли дальше? – спросила Кора, чем повергла в смущение всех своих хозяев.

– Но зачем? – спросил десципон с бородой. – Разве вы чего-нибудь еще не видели? Обед уже остыл.

– Остался всего один дракон, – разумно возразила Кора. – Дракон-долгожитель. Должна же я увидеть дракона-долгожителя!

И она направилась к следующему, пятому загону, потому что была уверена, что долгожитель слышит ее и подсматривает за тем, что происходит у загона с Лаской.

Долгожитель сразу вылез из пещеры, как только Кора к ней приблизилась. Не надо было даже читать табличку, чтобы понять: и в самом деле дракон прожил большую и сложную жизнь. Одно крыло было надорвано, глаз вытек, кое-где зеленая и серая чешуя осыпалась, как изразцы с печки, обнаружив бурую пупырчатую кожу. Шел старик неуверенно, пошатывался, прямиком добрался до решетки и стал лизать ее, давая понять, что и он не прочь бы полакомиться мясом, как молодая соседка.

– Его не надо покормить? – спросила Кора.

В голосе ее звучало искреннее сочувствие, и, услышав его, дракон взвыл. Ему вторили Ласка и Смирный.

– Ну-ну, паршивец, – прикрикнул на него кормилец, а десципон погрозил дракону серебряным посохом.

Кора кинула взгляд на табличку. Дракона звали Небесным Оком. Так и было написано: «Небесный Ок». Кора решила, что надо будет обязательно спросить, что это означает – только ли опечатку в слове «Око» либо какой-то местный термин.

– Теперь мы можем пойти пообедать? – раздраженно спросил десципон.

– Да, – сказала Кора. – Только скажите мне, пожалуйста, когда вы кормите драконов?

– Два раза в неделю, – быстро ответил десципон. – Но до отвала. В природе драконы ведут такой же образ жизни: сначала нажираются до отвала, а потом спят до следующей охоты.

– Да, кстати, когда состоится следующая кормежка?

– Когда? Когда? – Все смотрели друг на друга, а ответил толстый кормилец:

– Завтра состоится. Завтра мясо привезут. Они и нервничают, потому что подходит их срок.

– Вот видите! – укоризненно сказал первый десципон. – А теперь можно идти обедать?

– Пошли, пошли, – ответил за всех переводчик Мери.

Кора подчинилась столь настойчивому желанию большинства.

Обед был подан в обширной бухгалтерии Загона – общий стол был сдвинут из канцелярских столов, а шкафы с многочисленными ящиками и ящичками высились вдоль стен, как официанты. Коре еще не приходилось участвовать в таких бедных совместных пирушках, потому что на Земле, как известно, не принято питаться на службе – для этого есть кафе и рестораны. Да и как можно пировать без чистых салфеток и приборов? Разумеется, на пикнике за городом обстановка иная, но и туда нормальные люди берут с собой одноразовые пластиковые тарелки и вилки, одноразовые скатерти и иные полезные одноразовые вещи. За этим стоит простая философия: еда – это уничтожение питательных продуктов, то есть действие одноразовое, ибо нельзя дважды прожевать один бифштекс. Следовательно, то, что прилагается к пище и способствует ее ликвидации, должно быть одноразовым. Этот принцип Ананды Раджкумара разделяется далеко не всеми жителями Земли, ибо среди них есть немало гурманов, получающих наслаждение от еды на севрском фарфоре тяжелыми серебряными вилками и ножами.

Канцелярские столы, сдвинутые вместе, образовали один длинный разновысокий стол, покрытый большими листами белой бумаги и салфетками, так как, видно, одной большой скатерти в Загоне не нашлось. На столе в ряд расположились разномастные блюда и тарелки с нарезанными овощами, редькой, принявшей здесь розовый цвет картошкой, салатом и иными простыми закусками, центральное место среди которых занимала колбаса. Между тарелок и блюд перед каждым из гостей стояла небольшая тарелка и ложка с заостренным краем, которую, как Кора знала, в простых домах использовали как вилку и ножик.

На столе также стояли бутылки. Четыре бутылки с прозрачной белой жидкостью – очевидно, спиртом или водкой. Именно к этим бутылкам были прикованы восторженные, тревожные, напряженные взгляды присутствующих. Кора поняла, что стремление как можно скорее закончить экскурсию по Загону с драконами объяснялось просто: их ждало угощение, здесь, видно, нечастое, связанное с ее приездом.

Чтобы проверить свое предположение, Кора обернулась к улыбающемуся сладострастной улыбкой переводчику Мери.

– Скажите, это… пиршество, за чей счет оно?

– Ах, оставьте, – прошептал переводчик. – Разве это пиршество? Мы так пируем каждый день…

– Мери!

– Конечно же, на этот обед десципон выбил деньги в министерстве, – сразу признался переводчик. – Вы знаете, мы – небогатая, но гордая страна, и водка у нас очень дорога.

– Все ясно, – сказала Кора. – Тогда пошли за стол.

Служители Загона двинулись к столу, делая вид, что не спешат.

Но глазки у всех горели, и ноги неслись к тем местам за столами, где, скромно поблескивая, стояли литровые бутылки. Кора мысленно произвела подсчет: четыре бутылки, девять человек, она сама не в счет, потому что полицейский никогда не пьет на задании. Видно, здесь мастера пить! Или водка в бутылках не водка, а легкий напиток.