Чтение онлайн

Предполагается (доподлинно это неизвестно), что примерно в этом месте находилась знаменитая Александрийская библиотека, в которой провел большую часть своей жизни древнегреческий ученый Герон.

Там же стоял и всемирно известный Александрийский маяк, сооруженный по приказу самого Александра Македонского и считавшийся в эпоху Античности одним из семи чудес света.

Когда приехали следователи, статуи уже вернулись на место. Это случилось «как по волшебству», утверждал старый рыбак, вышедший в море в четыре утра.

Тот же рыбак рассказал, что, когда все началось, два человека в красных туниках неподвижно стояли на молу, глядя на море; похоже, они не искали что-то конкретное, а просто смотрели па горизонт; вид у них при этом был отрешенный, и что больше всего привлекло внимание старика, на пару мгновений они, как ему показалось, оторвались от земли и поднялись на несколько сантиметров в воздух.

Решив, что незнакомцы что-то потеряли, рыбак медленно подплыл к ним на лодке и предложил помощь. Они посмотрели на него так, словно только что заметили его присутствие, и сказали: «Мы ищем Герона». «Не знаю такого. Какая у него лодка?» — спросил старик Но незнакомцы тут же повернулись к нему спиной и ушли. И опять рыбак изумился тому, что они практически плыли по воздуху, их ноги почти не двигались.

Агент Сальдивар дважды попросила старика через переводчика с арабского повторить рассказ и записала его в электронном блокноте.

Внезапно на причале появились две полицейские машины. Заинтересовавшаяся иностранцами разношерстная толпа зевак, среди которых были старики, юноши и дети, начала лениво рассасываться.

Из машин вышли шесть человек в коричневой форме и черных фуражках; у четверых были одинаково густые черные усы, делавшие их похожими друг на друга, как если бы они были братьями или другими близкими родственниками. Один из них, обладатель мелодичного голоса, решительно выступил вперед и о чем-то спросил.

Однако агенты не ответили, потому что не понимали языка.

— Что надо от нас этому усачу? — поинтересовался Боско, увидев, что их сухощавый переводчик внезапно побледнел. Это было заметно даже сквозь густой загар.

— Он спрашивает вас, на каком основании вы в нашей стране допытываетесь о чем-то у рыбаков.

— Объясни ему, что мы из Международной полицейской организации. МПО. Он наверняка о пас знает. Мы ведем расследование. Мы коллеги. Коллеги… Как там по-вашему? Хабиби. Мы — хабиби. — Агент Сальдивар продемонстрировала самую любезную из своих улыбок усачу, который, даже не дослушав переводчика, принялся отвечать им что-то по-арабски.

— Мисс…

— Ну давай же, Ахмед! Переводи поскорее!

Боско почуял неладное. Интуиция его, как правило, не подводила. Однако сейчас он страстно желал, чтобы она его подвела.

— Капитан хочет посмотреть ваши удостоверения.

Джулия и Виктор повиновались. Документы выглядели весьма убедительно, хотя были подозрительно похожи на удостоверения сотрудников Интерпола.

Впрочем, наши агенты надеялись, что эти нюансы останутся незамеченными.

Не отрывая сурового взора от Джулии, египтянин взял ее документы, поднес к лицу, словно расшифровывал какие-то непонятные письмена. Потом смерил рыжеволосую красотку взглядом с ног до головы и произнес еще несколько слов.

Переводчик поник головой.

— Ахмед, эта ситуация меня нервирует…

— Если я переведу вам слова полицейского, вы еще больше разнервничаетесь, мисс.

В глазах Джулии сверкнули молнии.

— Ну ладно, если вы настаиваете… Он… помимо всего прочего… спрашивает: вы американцы?

Профессор и разведчица переглянулись и кивнули.

И тут, к их удивлению, полицейский, по-прежнему державший удостоверение Джулии у самого лица, как будто его заморозили в этой позе, скривился от отвращения, демонстративно плюнул на документ, швырнул его па землю и принялся топтать ногами, проклиная на ломаном английском лживую империалистическую Америку и посылая ее к черту.

Джулия за словом в карман не полезла и вылила на египтянина поток ответных оскорблений, самых жутких, какие только пришли ей в тот момент на ум.

Боско с переводчиком постарались ее утихомирить, по было уже поздно. Полицейские быстро надавали им пинков и колотушек дубинками, естественно, не забывая и о ругательствах. Затем всех троих затолкали в машины и отправили в путь, который завершился в местном полицейском участке.

Там их с Ахмедом разлучили.

И, невзирая на требования позвать адвоката, заперли вдвоем в камере с облупившимися стенами.

Это было одно из самых убогих мест, в которых агентам доводилось бывать.

— Проклятье! Джулия, ты что, не могла сдержаться?! — возмутился профессор. И, не услышав ответа, продолжил: — А у меня с собой даже крошечного пакетика с арахисом нет! Все отобрали!

— Тебе лишь бы жевать! Странная зависимость.

— Причем тут зависимость? У меня такое развлечение. А чем еще заняться в этой клоаке?

— Чувствуется, что ты в последнее время не смотрелся в зеркало… Тебе, пожалуй, устроят тут бесплатное лечебное голодание.

— Раньше ты такой не была, Джулия. Что с тобой случилось? — Это было не просто наблюдение. Без сомнения, люди с годами меняются, но в Джулии появилось нечто непостижимое для Боско.

Она опустила глаза и села в углу, уткнувшись в ладони. Наверное, не хотела видеть тюремную обстановку.

Виктор собрался было подойти к прутьям решетки и, подражая увиденному в кино, потребовать адвоката на всех языках, на которых он мог сказать хоть пару слов.

Но вспомнил болезненные ощущения от ударов дубинками и воздержался.

Джулия же отгородилась стеной молчания, которое явно нервировало Боско куда сильнее, чем ее саму.

Через час, насчитав двести с лишним кругов, которые Боско истерически наматывал по камере, Джулия прошептала, медленно выговаривая каждый слог:

— Непонятно почему, но эти свиньи не отобрали у меня мобильник Наверное, не хотели меня обыскивать, чтобы не согрешить. А женщины, которой можно было бы поручить обыск, рядом не оказалось. Но О’Коннор предупредил, что в случае опасности об Управлении надо забыть, его не существует.