Чтение онлайн

Ладно, пора собраться с мыслями и решить, как быть дальше. Контора и Девятый департамент отпадают, другие подходящие варианты на ум не приходят. Что остается? Да ничего практически!

Придётся на поклон к мастеру нательной живописи идти. И даже страшно подумать, какую плату может запросить работающий на потрошителей эскулап. Я уж молчу про то, захочет ли он вообще браться за это дело. Хотя... других вариантов у меня нет; получается — у него тоже. «Априори», — как говорили в таких случаях в Академии.

Повертев головой по сторонам, я без труда углядел торчащую из-за крыш «пятерню» — пять труб центрального корпуса «Плантации», которые едва ли не спорили по высоте с городскими башнями. Валившие только из «мизинца» клубы чёрного дыма почти вертикально уходили вверх и сливались с и без того более тёмной, нежели обычно, Пеленой. Время от времени, когда Хаос напирал особенно яростно, защитное поле опускалось почти к самым трубам, и поэтому их верхушки и пики громоотводов казались слегка искривлёнными. Впрочем, волновало это только недавно прибывших на «Плантацию» новичков. Остальному здешнему контингенту плевать было и на трубы, и на Хаос, не говоря уже про Пелену.

Идти от заведения «доброго доктора» до тату-салона было минут пять-шесть, и накинув на голову капюшон спортивной куртки, я прикинул кратчайший путь, а потом свернул во дворы. И ближе так, и риск нарваться на жандармов меньше. Хоть и нет у лиловых привычки всех встречных проверять, но если Ночные бригады опять чего-нибудь учудят, вполне можно на облаву нарваться. Ни к чему это. А случайного патруля опасаться не стоит, из толпы я теперь совершенно ничем не выделяюсь. Только ботинки от старой жизни и остались.

Как ни странно, «Сломанный паук» находился в достаточно глухом для подобного заведения месте: на перекрёстке двух второстепенных улиц — Складской и Транзитной. Праздношатающихся зевак в этом далеко не самом престижном районе города отродясь не бывало, но учитывая вторую специализацию татуировщика, такое расположение должно приносить ему определённые дивиденды. Да и подрастающий молодняк с «Фабрики» сюда запросто может мотаться, если мастер хороший и цену не ломит.

Минут пять постояв в подворотне одного из выходивших на перекрёсток домов, я не заметил ничего подозрительного и направился к уходившим в полуподвальное помещение ступенькам, над которыми висела вывеска со схематичным изображением железного паука.

Остановившись у пункта приёма волос, я ещё раз огляделся по сторонам, потом спустился к выкрашенной тёмно-синей краской железной двери, в верхнем правом углу которой красовалась криво наклеенная эмблемка охранного предприятия, и утопил клавишу домофона.

— Ну? — достаточно недружелюбно прохрипел динамик.

— По делу, — столь же лаконично отозвался я.

Лязгнула собачка открывшегося замка; толкнув толстенную дверь, я шагнул внутрь, успел поразиться встретившей меня темноте, и тут к горлу приставили какую-то холодную металлическую пластину. Думаю, не ошибусь, если она остро заточена и зовётся ножом.

— Не дёргайся, — прошептали мне в левое ухо и, ухватив за шиворот, развернули лицом к стене. — Руки за голову.

Я подчинился. Молча. Что-то подсказало — открыть сейчас рот было бы большой ошибкой. Вряд ли тут всегда так посетителей встречают, а значит, либо стряслось что-то непредвиденное, либо «добрый доктор» меня конкретно подставил.

— Он один, — сообщил кто-то от двери и тихонько её прикрыл.

— Вот и здорово. — Клинок от шеи убрали, зато принялись довольно ловко охлопывать куртку. И конечно же, моментально отыскали гвардейский нож. А чего там не отыскать? Он же почти в пол-локтя длиной. — Зацени, какая красава!

— Ух ты-ы! Настоящего знатока сразу видно! — Третий голос прозвучал из глубины помещения.

— Ты зачем пожаловал сюда, дурик? — Стоявший за спиной легонько надавил мне на плечо, и, не дожидаясь дальнейших намёков, я опустился на колени.

— Партак набить, — с некоторой долей облегчения сообщил я.

Раз не меня персонально ждут — есть шанс выпутаться.

— Бывал здесь раньше?

— Первый раз.

— Вот как, — хмыкнули у двери. — Мимо проходил или посоветовал кто?

— Могила...

— Ну знаешь, в наше время иметь персональную могилу — непозволительная роскошь...

— Могила — хозяин «Доброго доктора». Стоматологический кабинет на КСГО, — даже не усмехнулся я прозвучавшей шутке.

Знаем мы такие шутки с намёками. Тем более что пахнет в помещении весьма и весьма паскудно. Смертью пахнет, кровью... Как бы не оказалось, что я в бандитские разборки влезть умудрился. Зарежут ни за что ни про что.

— А... — протянули за спиной. — Не повезло тебе, мужик...

Я напрягся, наметил движение в сторону...

— Стой, — остановили удерживавшего меня за воротник парня. — Веди его в комнату, пусть Графа дожидается.

— Правильно, чего добру зря пропадать? — И от этой ни разу не шутки надежды на благополучное разрешение недоразумения изрядно поубавилось. Как бы меня прямо сейчас на запасные части разбирать не начали. Вот ведь! Знал же, куда иду, чего не подготовиться?!

— Шевелись! — скомандовали мне.

Я с трудом поднялся с колен и медленно развернулся. Периферийным зрением успел заметить отступившую в угол комнаты тень — странно, ещё один потрошитель за спиной, где третий? — а потом моим вниманием завладела противоположная стена. Точнее, отпечатавшийся на ней силуэт. Силуэт под стать пластиковым панелям белый, а вокруг — оплавленная кромка. Будто пальнули в кого-то из не шибко мощного разрядника, вот стену и покорёжило. Но трупа не видать.

— Пошли. — И толчок в спину направил меня к ведущей во внутренние помещения двери.

Заметив торчащие из-за стойки администратора ноги в ботинках на толстой подошве, я решил было, что углядел недостающий труп, но, как оказалось, парню просто свернули шею. И, судя по изукрашенным татуировками рукам, он точно местный.

Второй мертвец обнаружился в коридоре. Уронивший голову на грудь бедолага сидел на полу прямо под мигающим светильником. Разорванная майка выставляла напоказ затейливую вязь наколок, так что никаких сомнений в месте работы и этого покойника тоже не возникло. Рядом компактный разрядник, на дальней стене вспученное пятно полопавшихся и оплавленных стеновых панелей. А на самом — ни царапины.