Чтение онлайн

Остановился у алтаря, посмотрел на клиента.

Мужчина. Лет тридцать-тридцать пять. Кожа белая. Волосы черные. Худой. Высокий. Выше меня. Одет в дорогой карнавальный костюм. Похож на благородного разбойника или обедневшего вельможу, какими их часто рисуют на обложках женских романов. Кожаная куртка распахнута, желтая рубашка разорвана и вымазана в крови. На груди – царапины. Возможно, они складывались в какое-то слово или в символ, но кровь мешала рассмотреть. Да мне и не хотелось рассматривать. От десятка царапин клиент все равно не умрет, ему потребуется моя помощь.

Пленник задергался, но освободиться не мог. Его ноги были связаны нейлоновым шнуром. Еще два шнура – на шее и поясе – не давали жертве скатиться с алтаря. К чему крепились эти шнуры, меня мало интересовало. Как не заинтересовали свободные руки пленника. Помешать они мне не смогут.

Я улыбнулся и облизал губы. «Вельможа» смотрел на меня огромными глазами. И я вдруг понял, что мне мало его убить. Захотелось попробовать на вкус. Один мой знакомый предпочитал печенку врага, другой – мозги, а мне понадобилось укусить сердце, что стучит громче барабана.

Пленник дергался, бормотал непонятное. Пришлось прижать его свободной рукой, чтобы бессмысленные трепыхания не испортили удар. Мои пальцы устроились поверх царапин, как паук в центре паутины.

И тут «граф» заорал так, будто моя ладонь обожгла его. Я невольно отдернул руку.

Пальцы стали скользкими от крови, и мне опять захотелось облизать их. На этот раз я не стал сдерживаться.

Неправда, что только вампирам нравится чужая кровь. Мне она тоже понравилась.

А потом со мной что-то стало происходить. Я еще успел удивиться, куда это делись равнодушие и спокойствие начала вечеринки, и тут нечто растворилось во мне окончательно.

Я снова стал самим собой. Крисом Тангером – выездным «консультантом» Компании.

Зовущая из клана Кугаров

Запахи стали резче. Звуки громче. Даже писк луукти доносился от Длинного озера. Слышно, как растет трава и распускаются цветы куавы. Тело удивительно легкое и сильное. Будто я стала луйрой и крылья только и ждут, когда я взмахну ими, поднимусь над лесом, долечу до Мий.

Зеленая Мать улыбается мне.

Все мы ее дети. Все, кто смотрит на нее, кто помнит. И кто забыл. Только отцы у нас разные. Мий любит своих детей, но чаще приходит к дочерям. Пришла она и ко мне. И лучший воин клана услышал мой Зов. Никто не стал мешать нам. Никто не остановил. Пришло мое время.

Мы бежали знакомыми местами, потом теми, где охотники бывают редко. Я легко замечала их следы.

Старые, еще с прошлого сезона. И уводила Адри все дальше и дальше.

За Мутным ручьем начинается Старый лес. Запретное место. Там ходят только чарутти. Но для Зовущей нет запрета. Я прыгаю через ручей. Адри прыгает за мной. И настороженно принюхивается. Что-то тревожит воина. А я ничего не чувствую. Будь рядом враги, я бы учуяла их первой. Нам некого бояться. А в лесу можно охотиться. И жить. Столько, сколько позволит Зеленая Мать. Не хочу, чтобы нас быстро нашли и заставили вернуться. Я слишком долго ждала. Я и черная Тон. Четырехлапая волнуется. Ей кружит голову запах самца. Она спешит, а я не пускаю ее. Тон злится. Не понимает, чего я жду. Не знает, что, разреши я ей, и все закончится очень быстро. И Адри убежит. Мы сами прогоним его. Потом он, конечно, придет и останется, как оставался с теми, кто звал его до меня. Но это будет к концу сезона. И мне станет не до игр. Мий дала мне несколько дней, и я не хочу терять их.

Адри заворчал и сразу же смолк. А я поняла, что в лесу слишком тихо. Тихо и пусто. Куда-то подевались бабочки и светящиеся жуки. Ночные птицы и звери не подают голоса. Трава не шуршит. Листья не шелестят. Все замерло. Притаилось. Затихло, как перед дождем. Плохая примета. Очень плохая. И место неудачное. Высокие деревья, колючие кусты – они укроют от врага, но от дождя спасти не смогут.

В воздухе уже пахнет водой. Как возле реки или озера. Но озера в Старом лесу нет. Только ручьи. Редкие и мелкие. И они не пахнут смертью.

Адри посмотрел на меня. Молча. А чего говорить? И так все ясно: нам нужно укрытие. Пещера. Или большое дупло. Или старая куава. Ее листья спасут от любого дождя. Это знают все. Даже сосунки, еще не принятые в клан.

Рядом укрытия нет, и Адри забрался на дерево. Быстро и красиво, как умеет только он. А я стою внизу и смотрю. Мне нравится смотреть на него. Когда он не видит, не хвастается. Под черной шкурой бугрятся мускулы, и тело летит с ветки на ветку. Все выше и выше. Кажется, что сама Мий позвала его и Адри спешит к ней, забыв обо мне.

Нет, не забыл!

Остановился на верхних ветках. Они гнутся, но держат. Осмотрелся. Потом быстро спустился, и мы побежали. Адри впереди, я за ним. Я не спрашивала, куда мы бежим. Адри нашел укрытие, и мы помчались к нему со всех ног. Ног и лап. А дождь шелестит по листьям. Все громче и ближе.

Мы не успели.

Крис Тангер. Выездной консультант

Какой-то человек дергался и кричал, вцепившись в мою руку. В правую. Ну, это я еще мог понять: в ней я держу нож. Но с левой рукой происходит что-то странное. С той, что я прижал к груди незнакомца.

Кожу ладони слегка покалывает, а от запястья до плеча поднимается волна тепла. Приятно, хоть и непривычно. Да еще волоски на левой шевелятся и потрескивают. Как перед грозой.

А невнятно бубнящий голос, что чудился мне весь вечер, стал громким и отчетливым. Словно телевизор за стеной включили на полную мощность.

«...шишь меня? Крис, ты слышишь меня? Крис...»

– Слышу, – ответил я почему-то вслух. И руку с незнакомца убрал. Ну, это ясно почему.

«Тогда беги, пока можешь! Гостей здесь едят. Но сначала они развлекают хозяев...»

– Знаю.

Сам понял. Без подсказки Хранителя. Так что ничего нового он мне не сообщил. Спасибо, хоть разбудил раньше, чем я стал десертом для веселых хозяев.

Теперь я не только слышал, но и видел. За огненной границей располагались зрители. Несколько десятков. Мужчины, женщины, дети. Или карлики. Одежда и раскраска соответствуют моменту. Как у тощего барабанщика, что лупит по натянутой коже. Нет на него учителя музыки! Все зрители что-то пьют, болтают, переходят с места на место или лежат. Обычные люди, каких полно в любом городе, если не думать, что они жуют. И скольких уже сжевали.