Чтение онлайн

Не знаю, что творилось со мной, как долго я был безумным, но, когда соплеменник Медведя зарычал, я опять стал собой. Незнакомка исчезла, едва я обернулся. Остались только дремлющий Мерантос и вожак, медленно переступающий по его спине.

«Меня не должны отвлекать», – вспомнились слова наставника, и я бросился раненому поперек пути.

«Постарайся не убивать». – Я будто услышал еще один приказ, и жало копья остановилось у горла воина.

Тот замер, так и не поднявшись, только рычание стало глуше. Вслушавшись в него, я понял, что у меня появился еще один враг.

Мерантос повернул голову к соплеменнику, что-то сказал на тайном наречии, и раненый медленно и неохотно лег. Я опустил копье, и он повернулся спиной, притворяясь, что меня рядом нет. Раненый лежал и не двигался, но не спал, спящие так не дышат. Воин будто приготовился к битве, но с кем он хотел сражаться, непонятно. Может, со мной или с вожаком? Но ведь Старший отказался от его помощи, зачем же тогда злиться и готовиться к битве?.. Непонятные они, эти Медведи.

Плясунья исчезла и больше не появлялась. Спасибо ей, что была, и спасибо, что ушла и перестала мешать мне. Жаль, если я больше не увижу ее, но водяные цветы живут только одно утро. Внутри меня что-то пело и болело. Никогда такого еще не было со мной.

За одно утро я стал старше на несколько сезонов.

Когда вожак закончил исцелять Мерантоса, тот смог подняться и ходить. Он шел медленно и осторожно, но шел сам!

Потом мы еще немного посидели, смотрели, как бледнеют полосы на плитах убежища. Только возле двери-стены оставались еще яркие пятна.

Мы вошли в тот ход, что выбрала Зовущая. Вошли все четверо. Плиты, по которым мы ступали, светились слабее, чем древняя Дорога. Темнота впереди неохотно уползала с нашего пути.

Мерантос. Воин из клана Медведей

Игратос был живой. Он шел рядом со мной, но словно не замечал меня, а о чем он думал, только Медведь-прародитель знает. Я ничего не слышал сквозь Дверь Тишины, будто Игратос совсем разучился думать. А все из-за того, что он увидел возле двери, которая почти убила меня. Вожак назвал это место приемное помещение. Дальше был коридор, не такой узкий и низкий, как в крепости хостов. Я так и не достал до потолка, а когда махнул руками, то даже выпущенными когтями не зацепился за стены. Я еще и еще раз тянулся то к стенам, то к потолку, и не потому, что очень хотел достать, – мне было приятно махать руками.

Коридор тянулся прямо и вниз, а по бокам темнели еще входы, поменьше. В один из них вожак заглянул, и я тоже зашел посмотреть. Вход был высоким, мне не пришлось нагибаться, но узким – я вошел боком. Маленькая каморка, с каменными лежанками вдоль стен, а над ними узкие полки. Мы все могли бы поместиться в этой каморке, но Игратос остановился перед входом, и молодой Кот не смог войти. Еще в каморке, как и в коридоре, светились плиты пола, когда по ним шли. И я радовался, что могу идти, что ноги опять несут меня. Но радовался я недолго – Игратос будто отгородился от меня ледяной стеной, и мои мысли замерзали, натыкаясь на нее.

Я не надеялся уже увидеть Игратоса, когда вожак пошел за ним; не надеялся дожить до их возвращения дверь могла убить меня раньше и почти убила. Когда вожак привел Игратоса, я уже не видел их. Удерживать дверь стало так тяжело, что моя кожа начала истекать кровью. И вдруг тяжесть исчезла. А вместо нее появились боль и запах вернувшихся. Я понял, что дождался, и вместе с болью ушел в темноту. Но темнота почему-то отпустила меня, не оставила в мире мертвых. Или это Медведь-прародитель захотел помочь мне? Не знаю, знают чарутти, а я могу только надеяться.

В мир живых я вернулся больным и слабым. Боли я не боюсь, каждый воин умеет терпеть ее. Не боюсь я и слабости, ведь она всегда рядом с силой. Уходит сила, приходят слабость и усталость, но приходят не навсегда, потом они тоже уходят, а сила возвращается. Но когда сила сгорает вся без остатка, то приходят бессилие и беспомощность и остаются до самой смерти.

Слышать о таком мне приходилось, но я никогда не думал, что сам могу стать бессильным и беспомощным.

Жизнь показалась мне ненужной и бесполезной, и я хотел просить вожака о быстрой смерти. Но он предложил мне другое, даже не надежду, только тень ее, и я согласился. И принял помощь из-за моей неисполненной клятвы. А еще я хотел увидеть, каким чарутти станет Игратос. Не знаю, принял бы я помощь, будь Крисс-Танн-Танн не вожаком, а воином, охотником или бродягой-ущербным?..

Вопросы, вопросы... За последние дни я задал их больше, чем за последний сезон. Много вопросов я задавал сам себе, и никто их не слышал, кроме меня, но все равно они были. Может, с этого и начинается старость, когда вместо силы приходят вопросы.

Вожак вернул силу моему телу, но не избавил от вопросов. И самым трудным вопросом было, что делать с Игратосом. Я хотел поговорить с ним, объяснить, как помог мне вожак, но Игратос притворился глухим. Не знаю, услышал он хоть что-то из того, что я без слов рассказал ему. Поговорить с ним словами я не мог, не хотелось при чужих ушах и не нашлось укромного места, решать свои тихие дела при всех я не привык.

– Ничего себе! Это же настоящий подземный город!

Голос вожака разогнал мои мрачные мысли.

Длинный коридор вывел нас к огромной пещере. Мы стояли в начале каменной лестницы, которая вилась до самого низа. Воин-Кот сказал, что она похожа на змею, свернувшуюся в большой перевернутой миске. Не знаю, может, и похожа, никогда не видел змею в миске. Одна сторона ступени прижималась к стене, а вторая обрывалась в пустоту. Издали лестница казалась очень узкой и ненадежной. Я скорее доверился бы ледяному карнизу, чем ей. Но под ногой она выглядела надежнее: широкие ровные ступени, на такой воин из клана Котов мог бы вытянуться во весь рост. Но если бы я предложил ему такое, то он решил бы, что Карающая наказала меня глупостью.

Сверху хорошо были видны стены без крыши, колонны, арки, и все это разделялось узкими проходами или широкими дорогами, такими же широкими, как та – заброшенная и проклятая. Подземная река делила пещеру на две части. Меньшая часть была совсем пустой. Несколько мостов соединяли ее с подземным городом.

– Зачем это все?

Воин из клана Котов спросил то, что и мне было интересно. И спрашивал он не у меня, а у вожака, будто тот мог знать.

Когда вожак заговорил, я понял, что напрасно сомневался. Этот вожак знает многое.