Последний самодержец
Шрифт:
Император задумался; было видно, что он колеблется.
— А что ты скажешь, Иван Фёдорович? — обратился он к Паскевичу, которого считал высшим военным авторитетом.
— Считаю, что план светлейшего князя Воронцова смел и правилен, — решительно сказал Паскевич. — Могу дополнить, то если удастся заманить вражеские войска вглубь Крыма, то можно будет, укрепив Дунайскую армию, совершить быстрый марш через Балканы, как Вы Государь, первоначально и предлагали. Это позволит сходу взять Константинополь и перекрыть проливы, полностью изолировав врага в Крыму и прервав его снабжение. Ему ничего не останется, как сдаться!
Вновь все замолчали, обдумывая столь смелые предложения.
— Я всеподданнейше прошу меня извинить, Ваше Императорское Величество, — блестя круглыми очками, вступил в разговор министр финансов, — но осуществление этих планов потребует значительных средств, а в казне в настоящее время совершенно нет денег. Дефицит бюджета составляет почти восемьсот миллионов рублей, у нас нет денег даже на выплаты…
— Вот что, Брок, — прервал его Николай. Было видно, что он уже принял решение, — найди деньги где хочешь — на то ты и министр финансов. Объяви внутренний заем, выпусти облигации. Объясни купцам и заводчикам, что если англичане победят, то потребуют отменить ввозные пошлины на их товары, и они разорятся. Займи деньги за границей.
— Но… — попробовал вставить министр.
— Не дают в Европе, займи в Североамериканских Штатах, — прервал его император.
— Ваше Императорское Величество, от них недавно поступило предложение продать Аляску за очень приличную сумму.
— Что?! Продать Аляску?! Вы только подумайте, господа! Похоже, эти торгаши превзошли в наглости своих наставников, англичан! Запомни, Брок, и передай этим лавочникам: там, где когда-то поднялся русский флаг, он уже никогда не опуститься! Вновь возбудившись, император ударил кулаком по столу. Брок побледнел; всем стало ясно, что дни его в министерской должности сочтены. Также было понятно, что император принял основные решения.
Не прошло и года, как принятые на совещании планы были осуществлены. 14 декабря 1855 года Николай короновался в Софийском Соборе захваченного русскими войсками Константинополя, приняв титул Всеславянского Царя вместо Самодержца Всероссийского.
Одиннадцатого января 1855 года Балашова проснулась в Зимнем Дворце, в кровати Нелидовой. Свою миссию она считала законченной. Заговор был раскрыт, здоровью императора ничего не угрожало. Дальше всё должно было идти естественным путём. Она с сомнением посмотрела на кольцо и подёргала его, попробовав снять. Кольцо сидело как влитое и даже не пошевелилось. Тогда она повернула его в левую сторону. Перед глазами пошли круги, и наступила тьма.