Чтение онлайн

– Едрить-колотить!
– вдруг эмоционально выдал Ди, и я почувствовала, как от него по связи пошла странная такая волна... знакомая. Сучностная!

«Это слияние» - успел еще замогильным тоном пояснить Фил, и после этого нас как в воронку затянуло в ощущение... Швеи.

По стенам гостиной побежали белые блики от сияния моих глаз, поток энергии как пушинку снес потолок гостиной и всю крышу с поместья, кажется...

В этот раз мое сознание не совсем отрубилось и я даже чувствовала Фила и Ди как части себя, но при этом отдельные сознания. Дьенн продолжал ругаться и од-новременно тянуть огромный поток скверны отовсюду - из вещей, из людей и из самой планеты. Эта энергия в его участке сучности превращалась в ослепитель-но белую нить.

Фил кряхтел и подхватывал эту самую нить, а я...

А меня такая злость переполнила! На всех, на всю призму и на то, что ее так не-красиво рвет и лезет снаружи в дырку. Пока Фил с Дьеном гудели от напряжения, готовя пряжу, я со всей силы врезала по сунувшейся в разрыв дряни. Как двину-ла! Непонятно чем, по-моему тканью самой призмы и силами всех оказавшихся поблизости мастеров. Кто-то там за спиной попадал на землю от резкого истоще-ния,но меня это не волновало.

Раздался дикий визг - не звук, а словно ментал пошел волнами. Внешняя гадость мгновенно исчезла в разрыве, обожженная моей яростью, а «иголка и нитка» быстро замелькали перед глазами, штопая разрыв.

Я смотрела на работу частей сучности и злилась, ЗЛИЛАСЬ!

Ух! Всех изничтожить, по чьей вине такая некрасивая дыра!

А потом дыра исчезла и на этом участке пространства все снова стало хорошо. Вот только злость не прошла, а сучность швеи и не подумала отпускать нас.

Я развернулась на месте, взглядом выжигая пространство на километр вокруг и рявкнула:

– Портал! Следующая прореха!

– Да строю, строю уже... какие мы грозные...

Кажется, это Жорка. Жорка - это такой полезный энерго-информационный сгу-сток, который нельзя высасывать, потому что он наш. И открывает порталы туда где неправильно и некрасиво.

– Все остальные с нами!
– без тени сомнения скомандовала я, чувствуя, как за спиной шевелятся энергетические матрицы здешних слабосильных жнецов. Зато их много! Пусть работают!

– Я вот тут посплю, можно?
– Фил упал лицом в обрушившийся тент с какой то лав-ки. Один из последних разрывов открылся над секцией межмирового рынка.
– Мягенько, тут шкуры продавали, - с зевком пояснил он.

– Я сверху, - попытался схохмить такой же насмерть вымотанный Норд.

– Угу, только не буди, - буркнули ему из под белой шкурки какого то животного.

На составные части мы развалились вот только что. До этого сестрова сучность юзала нас и в хвост и в гриву - ей мешала жить даже малейшая дырка в про-странстве в самой дальней жопе самой фиолетовой спирали. Я честно думала, что мы сдохнем, растворимся там внутри сучности и на этом история неведомой древней херни из другого мира для нас закончится.

Вокруг нас суетилось множество Мастеров и Оружий, постоянно мелькали знако-мые лица, которые так же быстро растворялись где то в толпе. Некоторые поры-вались подойти к нам, но натыкаясь на мой уставше-безучастный вид, а затем на упавшего там же, где стоял, Фила с пристроившемся к нему Нордом, и вовсе осо-знавали, что время для разговоров чертовски непреходящее.

Идиллию снова разрушил Жорка:

«Ещё одна... дырка. Но временная и небольшая. Сама заростет,только кусок прстранства съест.» - с перерывами на подзарядку произнёс пимпла. Кто-то из сердобольных Мастеров принёс ему большой кристалл скверны. Нам тоже пред-лагали, но скверны мы как раз наелись до упаду, смотреть на неё теперь не хочет-ся...

– Опяя-ять, - тяжело вздохнула я, но не нашла в себе сил подняться.
– Где?
– слегка собравшись с мыслями уточнила у биоида. У меня все ещё оставалась надежда, что дырка где нибудь там, на задворках фиолетовой спирали... пропустили за не-надобностью... можно и чуть позже закрыть.

– Резиденция Нордов, - абсолютно безэмоционально выдал еж, глядя на меня с пониманием.

– Автоматом в сучность не тянет. Выдохлась?
– спросила я в пространство.

– Значит, ничего срочного!
– торопливо выпалил стоящий рядом мастер, я его, ка-жется, в совете видела.
– Мы не можем вами рисковать. На территории клана Нордов в данный момент нет ни одного мастера. Все мобилизованы для отраже-ния атаки. Там только Оружия, прислуга и прочая шушера. Мне очень жаль, но территориями клана Норд придется пожертвовать.

– Ты охренел!
– рявкнул где-то за спиной отец Дьенна.
– Там моя дочь и беременная вторая жена!

– Новых заведешь, тебе не впервой, - хладнокровно отбил атаку мастер из совета.
– А другой Швеи у нас нет и не будет!

Меня охватила странная апатия, а вот комок шкур, под которыми уже исчезли мои «запчасти», вдруг зашевелился.

– Это ты сейчас новую голову заводить будешь, - с трудом встав с Фила, Дьенн за-махнулся и попытался врезать советчику по роже. Тот нахмурился и просто ото-шёл на пару шагов, - Если ты-Мастер готов бросить свою мать, не удивительно что все мы по уши в дерьме и сами разрушаем свой мир.

– Иногда нужно пожертвовать сотней чтоб спасти тысячи, - тихо сказал ему тот са-мый мастер.
– Думаешь, мне это нравится?! Ну ударь, если тебе легче станет! Только сил на слияние у вас нет, а без него помочь вы ничем не можете!

«Мастер?
– пришла едва слышная мысль от Фила.
– Я понимаю, что мы, скорее всего, сдохнем... точнее не будет больше Филициуса, и Таири, может, Дьенн как местный останется собой... будет только Швея и он-нитка. Но... рискнем? Решать тебе»

«Куда мы денемся, - я так же мысленно пожала плечами и положила руку на пле-чо Ди.
– Не кипиши, мелкий. Мы идем.»

А вслух сказала:

– Швея умереть не может, так что тут вам волноваться не о чем. Мы идем. Жор, от-крывай. Ди, ты должен позаботиться о Тьянке и Вальде, обещай.

До Дьенниса, кажется, только теперь дошло, чем нам грозит еще одно немедлен-ное слияние. Он и так был бледный, а тут вовсе побелел.

– Тай... а как же...

– Заткнись, Норд, - грубо прервал его Филициус, вставая у меня за плечом.
– Это наш выбор.

А мне вдруг стало жалко Ди. Это же он меж двух огней, меж двух выборов. Или мать и сестра, или... мы. Так уж вышло, что тоже не чужие. Очень не чужие. Он сам чувствует, что без нас уже не сможет.