Посредник
Шрифт:
– Сию минуту, месье, только отдам распоряжения!
Когда Этьен вышел из дома, русский уже стоял на пристани. К своему обычному наряду – белым коротким шортам и сандалиям – он добавил белую свободную рубашку с короткими рукавами. Внезапный порыв ветра облепил его мощный торс тонкой тканью.
– Эге-гей! Этьен! – крикнул он издали. – У вас тут бывают сильные шторма?
– Конечно, месье, в сезон дождей. Но в это время здесь никто не живет. Я переселяюсь на Ротатао. У меня там дом.
– Чего это вы снова заладили свое «месье»? Мы же договорились! Зовите меня просто по имени, хоть у вас это и плохо получается!
– Простите, Жорж, – Этьен осторожно выводил катер из бухты, – но вы так быстро меняетесь, что я не могу уследить. Вот только что вы были для меня Жоржем, а через минуту – уже «месье Жорж».
Русский довольно захохотал и жестом попросил Этьена передать ему управление катером.
– Нет, нет, нет, Жорж, это опасно!
Толстые циновки ручного плетения покрывали пол. Резко пахло пряностями и цветами. Мадам Питу, черноволосая малайзийка с необъятными бедрами, пригласила гостей в дом. Она два раза хлопнула в ладоши, и на низком столике появились стаканы, мисочки со сладостями и кувшин ледяного питья. Этьен обменялся с мадам несколькими фразами на местном диалекте. Это было похоже не на речь, а на какие-то птичьи звуки. Женщина удовлетворенно кивнула и снова хлопнула в ладоши.
Приподнимая висящую циновку, одна за другой в гостиную стали заходить девушки. Скорей всего порядок выхода здесь определен заранее. Хитрая сводня устроила так, что, когда девушки выстроились перед гостями, каждая следующая была светлей предыдущей. Первой посверкивала ослепительными зубами негритянка с ожерельем из красных кораллов на шее. Последней вошла совсем светлая мулатка с белыми волосами.
– Глядите-ка, Этьен! Это же шоколадная радуга! – восхищенно воскликнул русский. Глаза его горели. – Забираем всех семерых! Я так понимаю, кредитные карты здесь не в ходу? Расплатитесь и включите в мой счет. Как вы думаете, у нас хватит шампанского?
– Конечно, Жорж, мои запасы вполне позволяют устроить небольшой бассейн из шампанского!
– Хм, Этьен, а это мысль! Вполне возможно, что вечером мы именно так и поступим!
Где-то за деревьями небо уже начинало светлеть. Жорж равнодушно наблюдал за двумя мулатками, плававшими в бассейне. Видно было, что девушки чертовски устали. Остальные пять мирно спали – кто в доме, а кто и просто свернувшись калачиком в шезлонге. Месье Понтиви жестоко мучился головной болью.
– Не желаете тряхнуть стариной, Этьен? – поинтересовался русский, указывая на девушек в бассейне.
– Что вы, Жорж, в моем возрасте, после бессонной ночи – это небезопасно. Я, пожалуй, все-таки выпью старого доброго аспирина. Не верю в эту новую сверххимию…
– Перестаньте прикидываться старой развалиной, я несколько раз замечал вашу волосатую лапу на шоколадной попке. Вам, кажется, понравилась самая темненькая?
– Да, мой друг, вы правы, – вынужден был согласиться Этьен. Он чувствовал себя неловко. Русский явно остался недоволен вечеринкой.
– Утро, Этьен, это всегда грустно. Даже если ему предшествовала веселая ночь. – Жорж одобряюще улыбнулся хозяину. – Не переживайте, вашей вины здесь нет. Все было очень славно.
– Но вам не понравилось.
– У меня сейчас ощущение, как будто я скупил кондитерскую лавку и объелся конфетами. Вкусно, но приторно.
– Да-да-да, я вас понимаю…
– В таких случаях хорошо помогает соленый огурец или кусок селедки.
– Как-как?
– Шучу. Русская шутка. У нас так говорят на флоте. – Жорж потянулся за стаканом, но обнаружил, что тот пуст. – Кстати, Этьен, знаете, как легко угадать в собеседнике настоящего француза? Вы очень быстро произносите «да-да-да» или «нет-нет-нет», именно три раза.
– Признаюсь вам, месье Жорж, за все время вы – мой самый интересный постоялец.
– Наверное, и самый тяжелый?
– Нет-нет-нет, я так вовсе не думаю.
– Думаете, потому что снова только что назвали меня «месье»!
Этьен, смеясь, поднял руки вверх:
– Сдаюсь. – Потом озабоченно глянул в бассейн: – Может быть, мы все-таки вытащим девочек?
– Валяйте, вытаскивайте, а то у них уже, кажется, хвосты выросли вместо ног.
Этьен растер падающих от усталости девушек мохнатым полотенцем и отвел в дом. Оттуда он вернулся с охапкой одеял и стал накрывать спящих на террасе.
– Вы хотите еще посидеть? Вам принести чего-нибудь выпить? – спросил он, подавая одеяло и Жоржу.
– Пожалуй. Тоник. Без льда.
Этьен водрузил на столик бутылку и стакан. Немного постоял около шезлонга, затем сел рядом и нерешительно пробормотал:
– Жорж, я не знаю, как начать…
– Начните с начала. Какие-то проблемы, дружище?
– Нет-нет-нет. Я… наверное, я поступлю неправильно… но…
– Старина Этьен, я не узнаю вас. Вы устали? Можете идти спать, я не обижусь. Вы вовсе не обязаны развлекать меня всю ночь.
– Ах нет, друг мой. Дело в том, что я знаю одну тайну. То есть даже не знаю, просто догадываюсь, что на моем острове существует какая-то загадка.
– Клад? Сокровища?
– Не смейтесь, это не Остров Сокровищ. Просто… просто вы мне очень симпатичны, и я считаю себя обязанным доставить вам максимум удовольствий. Пока, похоже, это неважно получается…
– Э нет, Этьен, не пойдет, таким вы мне совершенно не нравитесь. У меня нет причин быть вами недовольным. Я плачу деньги и получаю за них товар. Моя скука – это мои проблемы.
Вместо ответа хозяин поднялся и пошел в дом. Через несколько минут он вернулся, неся в руке небольшой пакет.
– Вот. Берите, но считайте, что я вас предупредил.
– Пока нет.
– Что – нет? – опешил Этьен.
– Вы не успели меня ни о чем предупредить. Садитесь, дружище, и рассказывайте, мне уже интересно.
– Я начну издалека. Среди моих постояльцев иногда попадаются совершенно удивительные чудаки… Вы читали книгу «Дети капитана Гранта», Жорж?
– В детстве – конечно. Насколько я помню, главным чудаком там был Паганель.