Чтение онлайн

Кендар схватил свою подругу за шиворот и втащил ее во внутреннюю комнату. Обернулся, захлопнул дверь, накинул засов.

– Что ж, – сказала Джейм, – вот мы и пришли.

Святая святых храма осталась прежней – высокой, темной, сырой. Скамьи, затянутые плесенью стены, громадная статуя Горго, казавшегося еще печальнее, чем прежде, пергаментный свиток в его руках. Прекрасно, пусть теперь взбешенная толпа ломится в двери… Но что это? Длина свитка, цвет бумаги…

– Марк, поищи какой-нибудь выход. Что-то здесь не так.

Пока гигант-стражник медленно обходил комнату, Джейм вынула пергамент из каменных ладоней и осторожно развернула его.

– ЧИТАЮЩИЕ ГЛАЗА, БЕРЕГИТЕСЬ, – негромко начала она, с усилием разбирая руны, – МОЛЧИ, ЯЗЫК…

Она отпрянула, клацнув зубами. Слова Забытого взбаламутили мысли и память. Джейм вновь осторожно взглянула на свиток в своих руках, уже не пытаясь прочесть, знаки на нем стали просто линиями, смертельная сила застыла в них. Джейм стояла, кусая губы, потом огляделась в поисках своего товарища. Его не было видно.

– Марк, ты где?

Из-за статуи послышались скрежет и приглушенное ворчание.

– Что ты там делаешь?

– Тут какой-то рычаг. Может, это ручка потайной двери. Мне кажется, я могу…

Раздался резкий треск, затем бульканье. Джейм отпрыгнула, когда стеклянные глаза идола вывалились из своих впадин и оттуда забили тонкие сильные струйки воды.

Марк робко выступил из тени. В руках он держал металлический стержень.

– Сломалось, – виновато произнес он.

– Неважно, посмотри лучше сюда. – Она протянула ему пергамент.

Он глядел на него, пытаясь сосредоточиться. Как многие кендары, он всегда доверял своей памяти и никогда не учился читать.

– Это Свиток Закона?

– Вряд ли он был бы написан Словами Мастеров и Высшими Рунами. Нет, это что-то другое, оно древнее всех храмовых копий и гораздо смертоноснее. Смотри, вначале буквы были ровными и разборчивыми, а вот тут, посередине, начали спотыкаться. Писец стал понимать выползающие из-под его пера слова и начал торопиться, чтобы закончить строку. Он спешит, чернила брызжут, строчки разъезжаются… а здесь просто все обрывается на полуслове. Как тебе это? – Джейм пристально посмотрела на Марка, не обращая внимания ни на воду, бурлящую уже вокруг их коленей, ни на глухие удары в двери, тяжелые и мерные, – судя по всему, разъяренные прихожане приволокли таран.

– Теперь скажи, что это выдумка бродячего певца! Скажи, что история Кенцирата кишит такими сказками. Скажи, что это не свиток Антробара, единственная неполная копия Книги в Бледном Переплете! Ну же, скажи!

Марк, как сова, выпучил глаза на пергамент:

– И как это попало сюда?

– Бог знает! – Нет, она с ним все-таки потеряет всякое терпение. Они столкнулись лицом к лицу с реальной опасностью, а этот кивающий гигант с повязкой, сползшей на один глаз, никак не может проснуться! – Потом разберемся, если – я говорю ЕСЛИ – выберемся отсюда, но неужели ты не понимаешь, в каком положении мы оказались сейчас? Отрывок из самой Книги, самого опасного документа, когда-либо попадавшего к Троим. Созидание, сохранение, разрушение – это ключ к силе, скрытой в нас, доброй или злой. Сколько раз мудрейшие жрецы и благороднейшие лорды едва не гробили всех и вся во имя высшей цели, используя эти письмена? И кто теперь хочет наложить на это лапы? Иштар! Этот человек никогда не мог использовать данную ему силу во благо. Марк, я не могу отдать ему это.

– Это не Свиток Закона. – Марк снова начал медленно покачиваться. – Ты и не должна.

– Но я поклялась принести ему свиток – любой свиток, который будет в руках идола! Я связана словом чести!

Марк свирепо встряхнулся:

– Рррррауууу! Слушай, если бы это был свежеукраденный Свиток Закона, ты была вправе вернуть его. А теперь… Сколько лет эта вещь считалась пропавшей? Больше двух тысяч? Так для любой, даже самой драгоценной вещи период риска истек столетия назад. Было ли это когда-то собственностью кенциров или нет – теперь оно принадлежит Балдану, и если ты его похитишь, то я буду обязан отвести тебя к Пятерым…

– …которые с удовольствием посадят меня на Трон Милости. Они же говорят, что если ты вор, то не держись слишком крепко за свою кожу. Хорошую ловушку подстроил мне жрец и ведь не сказал ни слова лжи! Если я отнесу ему свиток, он приобретет невиданную силу; если меня убьют, у него будет оправдание; если откажусь, то нарушу слово и он объявит меня предателем. Может, это то, на что рассчитывал Отрава, он ведь согласился стать почтальоном Иштара? Замечательный у меня выбор – бесчестие или смерть. Прелестно! Единственное утешение, что хуже уже некуда.

В эту секунду три вещи случились почти что одновременно – у бога отвалилось лицо, и поток воды хлынул в и так уже полузатопленную комнату; петли, удерживающие дверной засов, прогнулись от ударов и с одной стороны отскочили; и Марк внезапно уснул стоя.

Джейм недоуменно оглядела комнату, потом свиток в своих руках. С одной трудностью можно справиться, две – это уже беда, три – совсем смешно, но четыре? Самое время сжечь манускрипт и утопиться, но здесь был Марк, и он не заслужил смерти. Она потянулась и стукнула шатающегося гиганта.

– Лучше присмотри за дверью, а то у нас скоро будет веселая компания.

– Уаааа-ах! – зевнул Марк и, моргая, поглядел на нее. Затем развернулся и побрел по пояс в воде к противоположной стене.

Пока Джейм старалась найти убежище на правом колене статуи, кендар водрузил засов на место и принялся прибивать петли своей дубиной. Внезапно он замер, обескураженный, потом развернулся и с плеском и брызгами зашагал обратно через комнату.

– Женщина! – прокричал он сквозь шум воды. – Я нашел выход! Ты не можешь украсть свиток, но я-то могу!

Джейм уголком глаза видела, как его руки протянулись к ней. Она толком не расслышала, что говорит ее друг, и автоматически увернулась от объятий – этот жест у кенциров всегда расценивался как угрожающий. Камень у ее ног сорвался и плюхнулся в воду, а она вместе со свитком полетела туда же со своего насеста.

Марк выловил ее и поставил, отплевывающуюся, на ноги.

Она откинула прилипшие ко лбу волосы, встряхнулась – и застыла.

– ЧТО ты сказал?

Казалось, он готов смущенно шаркнуть ногой, если б не было столько воды.