Чтение онлайн

— Когда из твоей пасти вытащат кляп, а ты заорешь, то я сломаю тебе вторую ногу. Если ты будешь лгать, то будешь наказан болью, по сравнению с которой сломанное колено покажется тебе щекоткой. Если ты меня понял, то кивни.

Пленный, прекратив мычать, так яростно закивал головой, что мне показалось, что ещё чуть-чуть и у него переломится шея.

— Если твои ответы мне будут полезны, то сегодняшний рассвет для тебя будет не последним, — с той же интонацией пообещал ему.

Перейдя на эллинский, я обратился к Нестору:

— Вынь кляп, но если начнет орать, то сразу заткни его.

Десятник кивнул и с силой вырвал кляп, немного порвав пленному рот. Пастушок вновь замычал, но крик все же сдержал.

— Знаком ли тебе Ситалк, сын Искара?

Пленный испуганно сглотнул и, скривив окровавленный рот, с хрипотцой произнес:

— Да, это мой господин.

— Я не узнаю эти места. В какой стороне находится его жилище?

Пастушок, с изумлением таращась на меня, похоже он только сейчас обратил внимание на непривычный вид моей брони и шлема, кивнув подбородком куда-то влево, неуверенно ответил:

— В ту сторону нужно пройти по тропе с пол-лиги.

Кивнув, я показал, что ответ принял. Тем более мой дар не почувствовал лжи в его словах.

— Сейчас ты перечислишь мне всех домочадцев, слуг и рабов, что живут во владениях Ситалка.

Пленный, немного запинаясь и ненадолго задумываясь, принялся называть имена всей дядиной семьи, а также прозвища и клички прислуги, стражи и рабов.

Но имени моей сестры в его словах так и не прозвучало. Когти страха сжали моё сердце. Неужели Громовержец солгал и моя сестра находится незнамо где?

— Знакомо ли тебе кто-нибудь с именем Арета? — затаив дыхание, спросил его.

— Плененный на мгновение задумался и неуверенно ответил:

— Вроде одну старуху в соседнем селении так звали…

— Не то, — я резко оборвал его на полуслове.

— Опиши внешность всех женщин, — я несколько раз щёлкнул пальцами, подбирая нужные слова. — Я имею в виду служанок и рабынь.

Люпус радостно бегал вокруг отары, время от времени тявкая на овец.

И вновь пленный принялся перечислять внешность многих женщин, молодых и старых. Но ни одно описание не подходило под мою сестру. До тех пор, пока не начал описывать внешность одной из рабынь, которую он назвал Уродиной.

— Волосы у неё наполовину седые, с проплешинами. Хотя раньше вроде были рыжими. Совсем как у моего господина Ситалка и его детей.

Сердце как будто пропустила удар, защемило в груди. Я практически без раздумий наложил на себя исцеление.

Пленный с изумлением вытаращился на сияние, что окутало мою руку. И как только боль отступила, я вновь приступил к допросу:

— Расскажи про «Уродину», — спросил я, со злостью процедив прозвище сквозь зубы. — Как можно подробней.

— Да что там рассказывать, — пленный скривился от боли. — Сидит безвылазно в сарае с шерстью и пряжу прядёт постоянно. А Уродина она потому что правый глаз у неё выжжен, язык подрезан и зубы выбиты.

До зубовного скрежета сжал челюсть. А пленный от страха умолк.

— Дальше, — зло прошипел я одними губами.

Весной она разродилась мертвым ребенком.

— Кто отец был? — медленно выдавил я из себя.

Пленный заёрзал, явно не решаясь ответить.

— Если не ответишь, яйца отрежу и заставлю сожрать! — голос мой сочился угрозой.

— Хозяин иногда к ней наведывается.

Чувство лжи кольнуло, дав понять, что что-то он не договаривает.

Призвал ромфею и кончиком меча ткнул в правую ляжку, чуть пустив ему кровь.

— Всю правду, сука! Иначе сейчас закусишь своим маленьким дружком! — выкрикнул я, чуть шевильнув меч в ране.

— Да почти все мужики ей за щеку заправляли. Если не могли договориться с кем ещё.

Я зло сплюнул. Какой же урод мой дядя! Даже не верится, что у нас с ним течет одна кровь в венах.

— Ты тоже?

Пленный дрожащим голосом проблеял:

— Нет.

Однако чувство лжи дало понять, что и на этот раз он соврал.

— Я же предупреждал. Не ври мне! — бросил я, и обращаясь к Нестору, приказал:

— Заткни ему пасть!

Придерживая за волосы, десятник споро затолкал кляп в рот пленника.

Я же медленно отозвал меч. И призвав вместо него кинжал, тщательно обмотал рукоятку лоскутом кожи.

Сквозь кляп доносились неразборчивое мычание:

— Я н……ел. Н. о…ц… мн. тр…ть вс. в…я

(Я не хотел, не овец же мне трахать всё время) — как-то так перевел его мычание сквозь кляп.

Откинув левой рукой набедренную повязку пленника, с силой вонзил кинжал ему в пах.

Пастушок выгнулся дугой и через мгновение свалился на землю. Я осторожно вынул кинжал, чтобы случайно не коснуться лезвия, и, замотав тканью, спрятал в кольцо.

Нестор кашлянул и спросил:

— Господин Фламмифер? Вы узнали все, что требовалось?

Я еще несколько мгновений рассматривал труп, после чего пнул его и утвердительно кивнул.

— В той стороне, — произнес я, махнув рукой в ту сторону, куда указал пленный, — находится поместье, в котором живёт мой кровник. У него в плену моя сестра. И нам нужно будет самое главное — спасти пленницу и добыть моего дядю живьем, так как смерть — слишком легкая участь для него.

Нестор кивнул и отправил наёмника за воинами, что стояли в дозоре.

Через десяток минут воины собрались возле меня.

— Вам вновь предстоит немного побыть в торбе. Как только вас извлеку, то ваша задача будет найти одноглазую рабыню и по возможности пленить рыжего мужика. Всех остальных можно будет прикончить.

Воины кивнули и один за другим растворились в воздухе.

— Люпус рядом, — я подозвал питомца, и вдвоём мы побежали в сторону селения.

Месть

Размеренно и неустанно бежали мы с питомцем по каменистой тропе в сторону поместья, с каждым шагом приближаясь к нему. Наконец-то я осуществлю свою месть! Передо мной мелькнуло воспоминание, как лежал в луже крови отец, а нас с сестрой вязали люди моего презренного Ситалка.