Чтение онлайн

Обливаясь потом, мы с Сибирцевым с аппетитом уплетали тройные порции ароматного свиного шашлыка. За минувшее с начала июля время силы у нас практически восстановились, доходягами мы больше не выглядели, однако есть хотелось по-прежнему. (В шашлычную мы зашли уже второй раз за утро.)

Недавно мы с майором вернулись из дальней поездки в холодные края, и генерал Марков выделил нам десятидневный отпуск. Благо командировка Рябова закончилась, отдел вновь функционировал под его чутким руководством, и с меня наконец-то сняли дурацкую приставку «и.о.». Взяв в напарники Костю, жена и дети которого уехали в черноморский санаторий ФСБ, я день-деньской валялся на загородном пляже, плавал в тепловатой воде и объедался шашлыками. Сибирцев занимался тем же. Водобоязнь он преодолел, но купался довольно редко. Когда уж совсем припекало...

Теперь о деле. Эвакуация Коновалова прошла успешно, без сучка без задоринки... По настоянию Виктора Ивановича мы отвезли его в далекий северный город (название не скажу, хоть убейте!), где проживали старинные друзья Коновалова, Андрей и Ольга Решетниковы (имена и фамилия мной сознательно изменены. – Д.К.). Оба специалисты по компьютерным технологиям и, по заверению Коновалова, люди абсолютно надежные. Супружеская чета Решетниковых действительно производила приятное впечатление, но мы с присущей эфэсбэшникам подозрительностью поначалу им не особо доверяли. Враг, как известно, предать не может, на то он и враг. Зато друг... Гм!!!

Наши сомнения неожиданно развеял Андрей – среднего роста, очкастый мужчина с небольшим брюшком. На третий день по приезде он отвел меня в сторону и, заметно волнуясь, сказал:

– Я понимаю, Дмитрий, ваше беспокойство о судьбе Виктора. Его столько раз предавали... Неудивительно, что вы с товарищем видите в нас потенциальную угрозу. (Интересно, как он догадался?! Действительно умный мужик!..)

– Так вот, – продолжал Решетников. – Введите нам с женой специальные препараты, развязывающие язык. Извините, забыл название. И тщательным образом допросите. У вас есть с собой подобные препараты?! С Ольгой я поговорил. Она согласна!

– Е-есть, – остолбенело выдавил я. – Но они... кхе, кхе... достаточно вредны для здоровья. И потом, после допроса вы будете, кхе... кхе, плохо себя чувствовать.

– Ерунда! – беспечно улыбнулся Андрей. – Перетерпим с Божьей помощью! Об одном прошу: давайте осуществим данную процедуру втайне от Виктора. Не хотелось бы его лишний раз нервировать...

Добровольный наркодопрос полностью убедил нас в порядочности Решетниковых. Они являлись по-настоящему верующими православными христианами, ненавидели всей душой слуг и пособников антихриста, отлично понимали всю опасность распространения «числа зверя», искренне хотели помочь Коновалову в создании «Мусорщика» и готовы были умереть в мучениях, но не выдать Компьютерщика. Кроме того, они обладали необходимыми связями, чтобы тихо, без шума приобрести все необходимое для воссоздания тайной лаборатории. В конце допроса, правда, Ольге стало плохо с сердцем, но мы быстро откачали ее при помощи нашатыря и нитроглицерина...

Удостоверившись в надежности друзей Виктора Ивановича, мы вздохнули с облегчением, под чужой фамилией поставили его на учет в местной поликлинике (для получения инсулина). На случай перебоев с поставками закупили на черном рынке «стратегический запас», оставили ему чемодан с деньгами и, договорившись о связи, с чистой совестью отбыли обратно в Н-ск. Там нас ожидали интересные новости. Предатель внутри Конторы (оказавшийся личным шофером и доверенным телохранителем генерала Маркова) «по пьяной лавочке» угодил под электричку. Хотя в жизни не брал в рот спиртного! А в Администрации Президента скоропостижно скончался от сердечного приступа тот самый тип, который инициировал разработку «Красно-коричневого подполья». Конечно, смерть государственного мужа могла наступить по естественной причине, но уж больно хищный и довольный вид был у начальника Управления, сообщившего мне эту новость. Прямо как у кота, придушившего крысу. Или мне показалось? Не знаю... не знаю...

Кроме того, санэпидемстанция закрыла кафе «Имперская баррикада». Соответствующая инстанция лишила регистрации одноименное движение, а налоговая инспекция напрочь перекрыла кислород газете «Великодержавный интернационализм». Пуримович-Лимонадов до сих пор истошно воет по данному поводу и яростно клеймит «антинародный режим». (Что примечательно, затяжную истерику «революционного вождя» исправно тиражируют ультралиберальные СМИ.) Проклятый Клод Ланцман со товарищи по-прежнему остается недосягаем, и в ближайшее время с той стороны следует ожидать новых, глобального рода пакостей. Вот, собственно, все...

– Давай еще по порции, – отдуваясь, предложил Сибирцев.

Я с сомнением погладил вздувшийся живот:

– А не обожремся? Туалет-то на пляже плохой, загаженный до безобразия...

Ответить Костя не успел.

К официанту подошел холеный мужчина в цветастых шортах, смачно рыгнул и с важностью спросил:

– Пластиковые карточки к оплате принимаете?

– Нет, – смущенно развел руками тот. – Только наличные.

– Почему?!

– Специального аппарата нет.

– Дикари! – громогласно возмутился «холеный». – Неандертальцы! И когда вы научитесь жить по стандартам цивилизованного общества?! Не страна, а...

Тут он столкнулся с моим взглядом, напоенным холодной яростью, осекся, стушевался и бочком покинул веранду.

– Н-да уж, – тяжко вздохнул Сибирцев. – «Ползучее наступление» продолжается, и во многом благодаря таким вот «цивилизованным» недоумкам. Не терпится им получить клеймо на лоб или на правую руку. Не терпится стать рабами Зверя! Ур-роды!!!

Я угрюмо промолчал. Праздничное, отпускное настроение было безнадежно испорчено...