Чтение онлайн

Морган, поначалу говоривший тихо и не очень уверенно, постепенно обретал смелость. Предвесники, молчаливые слушатели, только медленно шевелили усиками, не сводя с него взгляда. История боцмана начиналась на далеком английском берегу, в рыбацкой деревеньке, где жил маленький мальчик по имени Джек. Он очень любил сладкое, но семья его была слишком бедна, чтобы позволить себе что-то слаще пары кореньев. Видя, как мучается Джек, заглядываясь на медовые горшочки и яблочные пироги, продаваемые на ярмарках, мать его, добрая Шарлотта, в отчаянии ушла в лес. Там она повстречала духа. Не доброго и не злого. Он предложил ей сделку: мать Джека приносит ему раз в день перламутровую ракушку с берега, а дух взамен отдает ей яблоко на палочке, сваренное в карамели. Шарлотта легко согласилась. С этого времени она ночами, пока семья ее спала, уходила на побережье, разыскивая необходимую ракушку, чтобы наутро порадовать Джека карамельным яблоком. Шарлотта потеряла счет дням и уже забыла, когда в последний раз нормально спала. Но эти неудобства стоили того, чтобы видеть, как улыбается по утрам Джек, беря в руки очередную сладость. Вот только постепенно одного яблока ему было уже мало. Джек хотел большего. Он подкараулил мать, разыскивающую ракушку, и хитростью разузнал о ее договоре с духом. Тогда Джек решил, что он найдет много-много перламутровых ракушек, чтобы отнести их духу и обменять на целый мешок карамельных яблок. Он весь день и всю ночь провел на берегу, но так и не нашел ни одной. Тогда Джек в отчаянии прыгнул в море, желая отыскать ракушки на дней. Но влекомый жаждой большего все глубже погружаясь под воду, он так и не смог выплыть обратно.

– Какая-то херовая сказка у тебя, Морган, – Худой Том махнул рукой.

– Почему же?

– А че он потерпеть не мог что ли? Нахер в воду полез. Мать то ему все приносила на блюде, – рулевой, не обращая внимание на недовольство временного боцмана, распалялся все больше.

– Ну так это ж поучительно! – влез в разговор Джодок.

– Что уж там поучительного? – Келпи принял сторону Тощего Тома. – Как быть идиотом?

– Что страсти до добра не доведут! Голову терять нельзя, – Морган потряс руками, привлекая к себе всеобщее внимание.

Пираты живо и яростно спорили, словно Джек и яблоко были не выдуманной историей, а проблемой, стоящей перед ними здесь и сейчас. Они настолько увлеклись отстаиванием своей истины, что даже не заметили, как предвестники бури исчезли в морских волнах, становящихся все более беспокойными.

– Кажется, они нашли свое яблоко. Верно, Малёк? – Фанатик, стоящий рядом с юнгой, хитро усмехался.

– Похоже на то, капитан, – мальчишка заулыбался в ответ.

За столько дней плавания, он уже не испытывал всепоглощающий страх, находясь рядом с одним из самым жестоких и кровожадных пиратов здешних вод. Юнгу невольно тянуло к Фанатику. Он восхищался им и желал узнать больше. Желал быть таким же, как он, способным во что бы то ни стало постоять за себя и свои убеждения.

– Капитан, – Малёк смущенно шмыгнул носом: – а как вы стали пиратом?

Фанатик опустил на него скептический взгляд, но не стал отталкивать. Малёк напоминал одного близкого человека, будучи словно призраком, восставшим из пепла прошлого.

– Возможно, когда-нибудь ты об этом и узнаешь. А пока, нам нужно подготовиться к надвигающейся бури.

Капитан, все еще благодаря Отверженному, ощущающий присутствие Нгава-Явх, которые указывали путь, направился к штурвалу.

– Закрыли рты, висельники! – рявкнул Фанатик. – Полный парус!

Отверженному и его команде предстояло пройти через шторм, надвигающийся вместе с огромной грозовой тучей, уже рокочущей на горизонте.

Лучи солнца, особенно разгоряченные в это время дня, ослепительным покрывалом накрыли город, придавливая к земле и отбирая остатки силы воли, не позволяя подняться. Близость Средиземного моря, чьи волны, отражая свет подобно тысяче зеркал, не приносила облегчения. Жители города прятались в домах или укрывались в тени раскидистых деревьев. Улицы оказались практически пусты. Можно было подумать, что Валенсия обезлюдела, в одно мгновение превратившись в город-призрак.

Не стала исключением и усадьба маркиза де Ньето. Но пустынность зал и комнат была подобна миражу. Ныне хозяин ее расположился в обширном саду, находящемся с западной стороны. Узорная беседка терялась среди старых гранатовых деревьев, окруженная насыщенно-розовыми цветками пеларгонии и белоснежным олеандром. Маркиз де Ньето, мужчина преклонного возраста с крючковатым носом и злыми глазами, вальяжно гладил маленькую белую собачку, сидевшую на скамье рядом с ним.

– Я рад, что вернулся на родину, Васко, – Ньето улыбнулся, оглядывая сад.

– Мне казалось, ты более честолюбив, – с легкой иронией ответил собеседник.

Гостем был давний друг, также носивший титул маркиза. Васко де Мора выглядел не сильно моложе хозяина усадьбы, но обладал более крепкой формой и густой копной черных волос, едва-едва подернутых сединой. Если бы не глубокие морщины вокруг глаз и на лбу, то Васко вряд ли бы кто-то дал больше сорока пяти.

– Ох, пустое… Быть губернатором где-то в карибском бассейне – только звучит хорошо. На деле же это совсем не то, что мне бы хотелось получить на старости лет.

– Неужели ты готов запереться в этих стенах и постепенно превращаться в пыль? – Васко покачал головой, не разделяя позиции друга.

– Ну почему же пыль?

Ньето улыбнулся, беря в руки тяжелый хрустальный графин с небольшого столика на колесиках. Разливая по бокалам рубиновую жидкость, что при свете солнца переливалась и играла, он продолжил:

– После проигрыша Габсбургов Валенсии потребуется много времени, чтобы вновь заслужить доверие короля. У меня уже не те силы, чтобы принимать активное участие в чем-то подобном. – Ньето передал Васко бокал. – Но я могу обратить взор и свои средства на то, что действительно важно. И результат чего я успею застать.

– О чем ты говоришь, Гаспар? Ммм, этот гранатовый сок прекрасен.

– Спасибо. Еще одна прелесть находится дома – я могу пить сок из собственного сада, а не прожигать взглядом ненавистные кокосы!

Мужчины посмеялись, разбудив задремавшего пса.

– Я хочу больше времени проводить с внуком, Васко, – произнес Гаспар, перестав смеяться. – Ты же знаешь, как я обожал малютку Ксимену. Рикардо – это все, что мне осталось после нее…

Васко сочувственно положил ладонь другу на плечо. Они оба потеряли слишком многое за последние несколько лет. Младшая дочь Гаспара, тихая и нежная, но проницательная и смелая Ксимена, была для Васко невесткой, подарив чудесных внуков. Он оплакивал ее гибель вместе с сыном четыре года назад.

– И я хочу отомстить за ее смерть, – голос Гаспара больше не был печальным. Теперь в нем слышалась твердость и решительность.

– Начнешь бороться с пиратством? – Васко, напротив, был полон сомнений.

– Уже начал. Но там мало кто способен оказать им серьезное сопротивление. Нужны капитаны Испании. Опытные, хитрые, способные вырезать подчистую гнилой нарыв этих вод! – чем дольше говорил Ньето, тем яростнее он становился, чуть ли не брызгая слюной от ненависти, пылающей в груди.