Потерянная богиня
Шрифт:
Но для этого мне необходимо, как в детской задачке, добраться из пункта А в пункт Б — казалось бы, всего-то. И встретиться с одной дамой, которая ни с кем не хочет встречаться. Причем, настолько не хочет, что дала обет молчания, который верой и правдой хранит уже несколько десятков лет… И мне надо не просто с ней встретиться, а как-то убедить ее мне помочь. А вот как это сделать, я даже близко не представляю. В общем, классический квест — пойди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что… И еще не попасться на глаза господину Гаронду — как я поняла, он тут что-то вроде полпреда мирового зла. Темный Властелин или что-то похоже. Нет, сражаться с ним, слава богу, не надо, я ж не Конан-варвар, в самом-то деле, — надо просто не попасться на ему на глаза и всё. А глаза у него везде. Как, впрочем, и уши тоже. Так что дорога обещает быть веселой….
А в дороге случиться может всякое… А что нужно на борьбу с этим «всяким»? Правильно, деньги.
Осознание этой простой истины и сподвигло меня на… Впрочем, на что? Ничего противозаконного я не делала — отправила своего коня на скачки, всего-то.
Это произошло в первом же городе, возникшем на нашем пути. Кто виноват, что там проводились скачки? Уж явно не мы. А кто виноват в том, что мы победили? Хм, ну тут сомнений быть просто не могло — мой конь-огонь всегда побеждал, скачки были его любимым развлечением, так что — простите, господа хорошие, но я умываю руки. Не видели, что ли, против кого ставите?
Но после того как мы со Зверем несколько обогатились, у моего красавца, разумеется, тут же появились поклонники. Причем, ладно бы они им просто восхищались, так нет, они все разом страстно возжелали его купить. Вообще, по большому счету прекрасно их понимаю. Да и покупатели были серьезные.
Особенно господин Брок — хозяин самых лучших лошадок. Это мне рассказал какой-то пылкий юноша, приблудившийся к нам со Зверем, как только мы вошли в город. Он выразил нам свое восхищение и самоназначился экскурсоводом. Мы не сопротивлялись — вид у мальчика был бесхитростный, глаза влюбленные, а брать с нас было на тот момент нечего. Кто из нас больше очаровал юного любителя скачек, мы выяснять не стали, но услугами не преминули воспользоваться, тем более что денег он с нас за это брать не стал, гордо назвав себя учеником ювелира. Ну ладно, решили мы, не хочет — не надо, заставлять не стали, что мы, изверги какие?
Итак, господин Брок, по рассказам нашего юного проводника, был человеком очень… неприятным. Нет, ну не то чтобы он был плохим, вовсе нет. Он был очень… целеустремленным, что ли. Не останавливался не перед чем. С одной стороны, вроде бы неплохое качество, так ведь? Ну, вот, например, мой второй муж тоже был не подарок и тоже не любил, когда ему отказывают. Меня вместе с сыном он вообще похитил после первого же знакомства. И увез в другую страну. И его не остановило даже то, что я была женой (правда, к тому времени уже вдовой) его покойного брата. Да и вообще все вопросы он решал довольно жестким способом. Эффективным, но жестким. Но мы с ним, тем не менее, поладили.
А вот с господином Броком я ладить не собиралась. Никак и никогда. Поэтому, послушав рассказы о том, какие он обычно находит способы для достижения своей цели, я решила, что он человек не просто неприятный. Неприятный — это сильно мягко сказано. Я подобрала для его определения другое слово и сказала об этом нашему гиду. Мальчик, услышав это, почему-то покраснел, уставился в пол и потом еще полчаса молчал, не рискуя поднять на меня глаза. Наверное, зря я с ним так… Ну что поделать, я не Белоснежка, не Царевна-лебедь, так что уж извините, какая есть…
В общем, господин Брок нам не понравился. И мы ему тоже. Что вполне можно понять. Его лошадки до нашего появления считались самыми лучшими. А тут мы! Как человек, не любящий проигрывать, он сразу же нашел нас и предложил сделку. Но как человек неприятный, он сделал это слишком грубо — зачем-то начал нам угрожать. И, как человек не очень умный, не прекратил этого делать, когда мы предупредили его, что лучше ему попытаться решить этот вопрос по-хорошему. Но он нас не понял. Знала же, что не поладим! Ну что ж, дядька, сам напросился.
Мой Зверь был продан. Задорого. Нет, за о-о-очень дорого. Ну, еще бы!
А потом… как только я покинула город, мое вороное чудо ко мне вернулось. Не скажу, что меня это сильно удивило — Зверь у меня очень умный и… очень верный конь. Хозяйку он никогда не оставит. А вот дать ей заработать — это пожалуйста.
Дело оказалось прибыльным. Нам со Зверем это понравилось. Настолько понравилось, что по дороге в Шелинар, куда мы отправились на большие скачки, он был продан еще три раза. Проблем с местной властью мы не боялись, поскольку обманывали мы преимущественно мошенников, здраво рассудив, что эти ребята уж точно не будут обращаться за помощью к органам охраны правопорядка. И были правы. Как мы это вычислили? Жизненный опыт помог — я уже говорила, что не Белоснежка?
И все бы ничего, но… масть у него была слишком уж приметная… Хотя — нормальная масть, вороная… Только вот здесь как раз именно такая масть — редкость, вороных коней днем с огнем не сыщешь.
Поэтому мне и пришлось пойти на это издевательство над благородным животным — это я о перекрашивании. А что еще оставалось делать? Вдруг кто-нибудь из его «хозяев» заявится? Особенно господин Брок — а он тут будет точно, большие скачки как-никак…
Но я отвлеклась, а этого сейчас делать не следует, так как времени у меня нет. Коня надо красить. Конюшня-то не моя персональная, с минуты на минуту кто-нибудь заглянет, тем более что скачки скоро. За скачки я не переживала — мой конь-огонь любую Сивку-Бурку обойдет… если нас раньше времени с дистанции не снимут. За мошенничество. Если господину Броку на глаза покажемся.
Зверь нервно дернул ухом, но я принципиально его проигнорировала — я не сильна в языке жестов, а мой красавец в последнее время ведет себя несколько неадекватно, так что если буду на это обращать внимание — сама скоро ушами задергаю. Хотя его понять можно. Со съемочной площадки — в невесть какой мир, населенный магами, ведьмаками, гномами и… эльфами! Эльфами? Прости, Зверь, что не обратила внимания на твои знаки.
Перед нами стоял эльф. Настоящий. Вполне классический. Даже можно сказать — обычный. Если только к эльфам вообще применимо это слово. Волосы цвета спелой пшеницы, огромные, чуть раскосые, изумрудно-зеленые глаза, замечательные ушки той причудливой формы, которая так дорога сердцу каждого уважающего себя толкиениста…
— Вам помочь?
Скажите, пожалуйста, какой сердобольный! Представитель гордого, надменного и неотразимо прекрасного народа даже не пытался изобразить общеизвестную эльфийскую невозмутимость и, не скрывая удивления, смотрел… да нет, что там смотрел, он просто пялился во всю ширину своих невероятных миндалевидных глаз.
— Нет, спасибо.
Накрылись наши скачки! Я выразительно посмотрела на Зверя. Он кивнул. Правильно. Сматываться надо. Как можно быстрее.
— Простите, а… что вы делаете?