Чтение онлайн

— Не верю в происходящее. Надеюсь, что Дима опоздал или летел другим рейсом. Хоть мозгами и понимаю, что это ложная надежда. Больше всего боюсь за Алиску. Она ведь росла на моих глазах. И эта хрупкая девчонка не готова к такому.

— К такому никто не готов.

— Да, наверное…

Алиса с головой ушла в решение проблем. Все делает сама: разговоры с авиакомпанией, с работодателем Димы. Даже похороны полностью организовывает самостоятельно. Нигде не дает помочь. Меня это пугает. Передо мной будто не девушка, а робот.

— Она так отвлекает себя, чтобы не думать о брате, — пришел я поговорить к Егору. Может он, как врач, сможет мне объяснить поведение Алиски.

— Да у нее вообще нет эмоций! Я боюсь за нее.

— Ты думаешь, она начала употреблять?

— Нет, это вряд ли. Я бы заметил, — зная историю Кэт, я стараюсь быть максимально внимательным. — На работах взял отпуск, поэтому почти все время нахожусь рядом с ней. Даже ночую у нее.

— Тогда пусть пока все так и остается. Продолжай быть рядом.

И до похорон, и после, и последующие два месяца передо мной был все такой же робот.

Позже она начала иногда улыбаться и разговаривать со мной на любые темы, кроме Димона:

— Как у тебя дела с Кэт? Все также не можешь ее забыть?

— Нормально все, общаемся. Видеться пока не удается, у всех много дел.

— Избегаешь ее? Значит, все еще не забыл.

— Не знаю, — признался честно. Не до любовных проблем сейчас. — Я давно уже не думал о ней в таком ключе.

— Чем она тебя так зацепила? Тем, что ты любишь всех спасать, а она нуждалась в помощи?

— Нет. Она зацепила меня самоотверженностью. Как она относится к своим друзьям. Как сначала думает о близких, а потом уже о себе. Кэт не эгоистка, а это в наше время редкость, — в памяти всплыл тот день, когда я изображал ее любовника. Кэт было невыносимо больно от ухода Егора, но она не хотела лишать его мечты. И ведь уже знала о беременности. Сколько я не думал о ее мотивах тогда, больше склоняюсь к тому, что ей было страшно родить больного ребенка и обременить им любимого человека. Ведь такие риски есть и у обычных людей, что уж говорить о бывших наркоманах. — И я не люблю всех спасать.

Алису рассмешили мои последние слова:

— Ты живешь у меня больше двух месяцев, чтобы я не натворила глупостей. И все это время почти не ходишь на работу, чтобы не оставлять меня одну надолго.

— Это не доказывает твою правоту.

— Понял, что влюбился в Кэт, когда она прогнала своего мужика, будучи беременной и в растерянности. А твоя первая пассия была изнасилована отчимом и выгнана из дома родной матерью. Ты правда считаешь, что у тебя нет синдрома спасателя? Ты ведь даже по моему брату толком не скорбел, потому что был занят переживаниями обо мне. А ведь я тебе никто. Просто младшая сестра покойного друга.

Может у меня и был синдром спасателя, но сейчас его уже точно нет. А ей помогаю, потому что друзей не бросают в беде.

— Димон не просто покойный друг. Мы были почти братьями. Я не помню тех времен, когда мы не были друзьями. И ты для меня не просто его младшая сестра. Я знаю тебя почти с пеленок.

— Значит, я тебе навроде младшей сестры?

— Примерно так, — ответил я с улыбкой.

— Жаль. Я в пятнадцать мечтала выйти за тебя замуж, — она игриво надула губы, а я аж поперхнулся кофе, который пил.

Никогда не смотрел на Алиску, как на девушку.

Она очень похожа на брата. Те же светлые волосы, серые глаза, но менее заостренные черты лица. Единственное их различие, у Алиски от рождения внешность более нежная. Наверное, потому что она все-таки девочка.

Хоть Лиска и очень симпатичная, она всегда оставалась для меня младшей сестрой друга. И теперь я должен заменить ей брата, а не становиться любовником. Ведь чувства я вряд ли смогу ей предложить.

— Расслабься. Повторяю, мне было тогда пятнадцать. Я была молода и глупа. Верила в любовь до гроба и романтику. Часто подслушивала, как ты рассказывал Диме о Кэт. Я влюбилась скорее даже не в тебя, а в твое отношение к ней. Мне тоже хотелось, чтобы ко мне так относились.

— Сейчас уже не веришь в любовь до гроба и романтику?

— Нет. Много счастья тебе принесла любовь к Кэт?

— Достаточно. И я ни о чем не жалею, — ответил сразу же. В свое время я много об этом думал. И хоть я не добился от Кэт взаимности, все равно не стал бы ничего менять. — А твои рассуждения показывают, что тебе уже успели разбить сердце.

— Всем, хоть раз, но разбивали сердце.

— Да, но не все потом перестают верит в любовь. А это значит, что тебя сильно обидели. Расскажешь?

— Нечего рассказывать. Банальная история. Встречались год, он был моим первым мужчиной. Позже узнала, что весь год он спал с моей лучшей подругой. Вот так, в один день рухнули все иллюзии о женской дружбе и любви.

По ней и не скажешь, что она в чем-то разочарована. Получается, я совсем ее не знаю. Она не такая капризная девчонка, привыкшая жить в радужном мире, как мне казалась.

— Твой бывший просто идиот. А подруга стерва. Но не все такие. Кэт с мужем, Влад и Леша, они все отличные друзья. Я вас обязательно познакомлю. Уверен, ты поладишь с Кэт. Вы обе своенравные.

— Не уверена, что из этого выйдет что-то хорошее, но не против познакомиться с ними.

Вот смотрю на нее, и не верится, что она два месяца назад похоронила брата. Так хорошо справляется с потерей или все еще впереди?

— Можно вопрос? — решился наконец поговорить об этом.

— Конечно.

— Я ожидал, что у тебя будут истерики или еще чего хуже. Но Димон погиб уже больше двух месяцев назад, а ты до сих пор спокойна, будто ничего не случилось. Только в первый вечер плакала, и то, как-то спокойно. И я не понимаю, впереди меня ждет какой-то эмоциональный взрыв или чего вообще ожидать?