Потерянная империя
Шрифт:
Реми спустилась по якорному канату еще ниже и с силой дернула мужа за правое запястье.
Повинуясь инстинкту, Сэм двинулся вверх.
Спустя десять минут он уже полулежал в шезлонге — глаза закрыты, голова запрокинута назад. Реми тем временем, сидя на планшире, ждала, когда муж придет в себя. Едва Сэм, заморгав, приподнял голову, она протянула ему бутылку воды и ласково спросила:
— Ну как, лучше?
— Еще бы! Только мизинец отбил. Болит жутко. — Он глянул на распухший палец. Осторожно согнул, но тут же скривился. — Кости целы. Обмотаю спортивным тейпом — буду как новенький.
— Других жалоб нет?
Сэм отрицательно качнул головой.
— Ну и замечательно. Рада за тебя, — отозвалась жена. — Сэм Фарго, ты болван!
— Что?
— О чем ты думал, когда кинулся за той железякой?
— Это был естественный порыв. До меня слишком поздно дошло, что я творю. — Он развел руками. — Ну… куда деваться: назвался груздем, полезай…
— С концами на дно океана, — сердито бросила Реми, тряхнув волосами. — Голову даю на отсечение…
— Прости, — извинился Сэм. — Спасибо, что бросилась на помощь.
— Болва-а-ан, — повторила она и, неторопливо поднявшись, чмокнула мужа в щеку. — Но любимый… Не нужно благодарностей… А впрочем, не возражаю!
— Так мы его удержали? — Он огляделся. Голова еще немного кружилась. — Удержали?
Реми указала за корму — натянутый, как струна, канат дугой уходил под воду.
— Пока ты дрых, я затащила колокол обратно. Теперь он в пяти футах от края обрыва.
— Умница!
— Не слишком радуйся. Его еще поднимать.
Сэм улыбнулся.
— Не волнуйся. Наш лучший друг — физика!
Однако для воплощения задумки требовалась недюжинная сила. Оберегая обвязанный скотчем мизинец, Сэм осторожно выбирал на корме провисшую часть каната. Под руководством мужа Реми медленно сдала назад, пока катер не оказался над колоколом. Сэм размотал канат, закрепленный на кормовых утках, втянул его на палубу, свернул и опять зафиксировал.
— Самый малый вперед! — скомандовал он. — Только полегоньку.
— Да пожалуйста!
Реми медленно, дюйм за дюймом, подавала вперед ручку дросселя. Фарго, свесившись за корму, наблюдал через маску, как медленно, бороздя песок, ползет колокол. Когда артефакт оказался в двадцати футах от края пропасти, он крикнул:
— Стоп машина!
Реми сбросила скорость.
Сэм поправил маску и нырнул, чтобы как следует рассмотреть колокол.
— Хорошо сохранился! — объявил он, всплыв на поверхность. — Только немного оброс ракушками — похоже, давненько тут лежит.
Жена помогла ему подняться на борт.
— Есть повреждения? — спросила она.
— Не заметил. Стенки-то толстенные. Весит, наверное, фунтов восемьдесят.
Реми тихонько присвистнула.
— Великан! Ладно… Тогда водоизмещение корабля… сколько? Тысяча тонн?
— Ну, где-то между тысячей и тысячей двести. Намного больше, чем «Спикер». Выходит, монета Аделизы и колокол оказались рядом совершенно случайно…
Так как колоколу больше не грозило сверзиться с обрыва, Фарго отцепили канат и двинулись на север. Миновав узкий пролив у «лодыжки» острова, катер вошел в образованную «каблуком» небольшую лагуну, полмили длиной, полмили шириной.
На самом деле лагуна представляла собой мангровое болото с парой дюжин плавучих островков, образованных обнажившимися изогнутыми корнями мангровых деревьев, которые покрывал слой земли. На одних едва удержался бы человек, на других уместилась бы и пара автомобилей. Опутанные водорослями островки были увенчаны особо охраняемыми государством миниатюрными рощицами низкорослых деревьев и кустов. Вдоль южной стороны болота тянулась узкая полоска пляжа, за ней зеленели кокосовые пальмы. Над лагуной стояла зловещая тишина; даже ветер улегся.
— Да-а, не каждый день такое увидишь, — пробормотала Реми.
— Неужто засекла Безумного Шляпника или Алису?
— Да ну тебя! Сплюнь.
— Давай, не притормаживай. Солнце жуть как печет, — утирая со лба пот, сказал Сэм.
Пробравшись между плавучими островками, у самого пляжа они бросили якорь и вброд вышли на берег.
— Сколько нам понадобится? — поинтересовалась Реми.
Одной рукой она ловко подобрала свои каштановые волосы и аккуратно закрепила их резинкой на макушке.
Сэм улыбнулся.
— Как ты это делаешь? Прямо чудеса!
— Мы с тобой вообще удивительные создания, — весело согласилась Реми, выжимая низ рубашки. — Так сколько?
— Шесть. Нет, пять.
— Ты уверен, что из Каменного города нужные материалы незаметно не перевезти?
— Хочешь рискнуть? Что-то мне подсказывает, капитан сторожевого катера арестует нас с бо-о-ольшим удовольствием. Если он заподозрил вранье…
— Не спорю. Ладно, Гиллиган, займемся твоим плотом.
Отыскать поваленные деревья оказалось нетрудно, а вот с подбором стволов по размеру пришлось помучиться. В конце концов Сэм отложил пять восьмифутовых бревен толщиной с телефонный столб и с помощью Реми переволок их на пляж.
Закипела работа.
— Конструкция очень проста, — Фарго палочкой изобразил на песке «чертеж».
— Да уж, не «Куин Мэри»… — с улыбкой заметила Реми.
— Для такого судна, — парировал Сэм, — мне понадобились бы по крайней мере еще четыре бревна.