Чтение онлайн

— Кукла изготовлена из рез-пластика. Ее волосы и одежда полностью синтетические. Амберелла обязательно выживет.

— И Дарвина тоже. Она существо дикой природы. Она пережила много штормов.

— Я знаю. — Рэйчел вздрогнула, когда в темноте сверкнула молния, на мгновение осветив окна раскаленным добела светом, который напомнил ей серебряные тени в ауре Гарри. — Но это сильный шторм. Я думаю самый худший за последнее время.

— Почему ты назвала пыльную зайку Дарвиной?

— Не знаю. — Рэйчел откусила еще кусочек сыра и крекера и жевала, обдумывая вопрос. — Возможно, потому, что пушки являются интересным примером эволюции на Хармони.

— Какое отношение имя Дарвина имеет к эволюции?

Она моргнула, а затем улыбнулась. — Иногда я забываю, что не все за пределами Сообщества придерживались того же списка литературы в школе, что и я. Дарвин был ученым Старого Света, который имел непосредственное отношение к разработке концепции эволюции.

— Да? Он писал о парабиоэволюции?

— Ну нет, я не думаю, что он зашел так далеко, но я уверена, что он бы это сделал, если бы прожил достаточно долго. Его теории были настолько элегантны, что они применимы как к паранормальной биологии, так и к нормальной.

— Ты видишь ауру Дарвины?

— Нет, по крайней мере, не так, как я вижу человеческие ауры. Но все живые существа производят энергетические поля, и я могу уловить некоторые вибрации Дарвины, если она поблизости. — Так же, как я всегда буду знать, когда ты рядом, — подумала она, — даже если я не вижу твоей ауры.

Гром прокатился по ночи. Следующая вспышка молнии была настолько мощной, что осветила всю комнату коттеджа. Рэйчел выглянула в окно. В жарком, ярком свете она мельком увидела большой черный внедорожник Гарри, припаркованный на подъездной дороге, и густые деревья, окружавшие коттедж.

В следующее мгновение сцена снова потемнела, но в течение нескольких секунд перед ее глазами смущающе вспыхивали черно-белые остаточные изображения. Она могла бы поклясться, что видела призрачные фигуры, двигавшиеся среди деревьев. Волосы зашевелились у нее на затылке. Она несколько раз моргнула. Когда она снова выглянула в окно, там ничего не было, кроме темноты. Она вздохнула с облегчением.

— Все хорошо? — спросил Гарри.

— Да. Шторм заставляет меня немного нервничать.

— Мне знакомо это чувство. Сегодня в воздухе много энергии.

Она решила не упоминать, что нужно не многого, чтобы довести ее нервы и чувства до предела. Большая часть жителей Шедоу-Бэй уже считала ее пси неуравновешенной из-за потерянной ночи. Она не хотела, чтобы Гарри пришел к такому же выводу. Она сделала пометку заняться глубокой медитацией, когда вернется в свой коттедж.

— Похоже, Дарвина удочерила тебя так же, как Рекс Слэйда, — сказал Гарри. — Или, может быть, лучше сказать пси-связь.

— Я надеюсь. Мне нравится мой коттедж, но временами он кажется немного пустым.

— Я уверен, что с ней все будет в порядке, — сказал Гарри. — Дарвина, вероятно, в этот самый момент отдыхает в какой-нибудь уютной пещерке.

— Вероятно.

Грохнул гром, и дождь яростно барабанил в окна, незваный гость требовал его впустить. Чувства Рэйчел охватило непривычное волнение. — Это все буря, — подумала она. Но это было не совсем так. Именно пребывание здесь наедине с Гарри пронизывало ее искрами осознания и предвкушения. Интимность, царившая в атмосфере между ними, была отвлекающей, интенсивной и невероятно возбуждающей.

Попытается ли он снова поцеловать ее сегодня? Если судить по резкому, сексуальному пылу в его глазах, ответ, вероятно, «да». Но он не стал бы навязываться ей, поэтому более важным вопросом было, позволит ли она ему поцеловать себя? И ответит ли она?

— Ты первая в списке подозреваемых; Это плохая идея, — подумала она. — Переспать с врагом.

Но трудно было думать о Гарри как о враге. Противник, да, соперник, возможно, вызов, однозначно. Но не враг, никак не враг.

Она взяла свой бокал и сделала глоток. Ей нужно выпить. Ее воображение разыгралось.

— Каково было расти в сообществе ГП? — спросил Гарри.

Вздрогнув, она посмотрела на него поверх края бокала. — Что?

— Извини. Это не тактичный вопрос.

— Нет, нет, все в порядке. — Она собрала свои разрозненные мысли воедино. — Там было хорошо. Жизнь такая, какая она есть, когда ты ребенок. Ты берешь то, что имеешь, и справляешься с этим, особенно если не знаешь, что у других по другому. У меня было счастливое детство. Я люблю своих родителей и знаю, что они любят меня. Меня научили использовать свой талант позитивным и приносящим удовлетворение способом.

— Но ты решила покинуть Сообщество.

— Да. — Она сделала еще глоток вина и посмотрела на огонь. — Члены Сообщества призваны жить очень само дисциплинированно в соответствии с Принципами Гармонического Просвещения. Целью является баланс и сосредоточенность во всем.

— У тебя были с этим проблемы?

— К сожалению, да. К счастью, мои родители все поняли еще до меня, что я никогда не обрету истинной внутренней гармонии, если заставлю себя прожить всю свою жизнь в рамках режима Общины. Как сказал мой отец, мне нужно было провести эксперимент — дать шанс внешнему миру и посмотреть, подойдет ли он мне.

— Но и там не срослось.

— Нет. — Она улыбнулась. — Но я также поняла, что не смогу вернуться в Сообщество, по крайней мере, чтобы жить там полноценно. Но на Рейншедоу я чувствую себя хорошо, по крайней мере, на данный момент. А ты? Каково было расти в семье Себастьян?

— Как и тебе, мне не на что жаловаться. Хорошие родители. Мы с братом и сестрой близки. Но я не создан для корпоративного мира.

— Значит, они сделали тебя безопасником?

Он улыбнулся. — После того, как я облажался во всех остальных сферах семейного бизнеса. Между нами говоря, рано или поздно я и тут тоже облажаюсь.