Чтение онлайн

– Тебя тревожит что-то еще?
– спросил наблюдавший за ним Вернигор.

– Только одна маленькая безделица, - Эзельгер опять взглянул гроссмейстеру в глаза и беззаботно улыбнулся, - Если не ошибаюсь, посылая меня с важной миссией в королевство Оларда Разнолесского, ты должен дать мне какой-то знак моих полномочий? Гонцы ведь должны что-то предъявить, передавая послание?

– Конечно, - Вернигор отложил перо, встал из-за стола, снял с шеи цепочку с маленьким золотым ключом и открыл им дверцу одного из шкафов, - Вот, знак того, что ты представляешь мои интересы.

Он вложил в руку эльфа золотую фигурку крылатой львицы, закрепленную на цепочке.

– Теперь ты мой личный курьер, - сказал Вернигор, снова садясь за стол, - Не думаю, что это зазорно для эльфа. Было время, когда дочь самого Эгмара Ильраанского служила курьером у царицы чародеев.

– Я слышал об этом, - безразличным тоном отозвался Эзельгер, - И где же она теперь?

– Давно я не видел Тарилор, - вздохнул гроссмейстер, - То, что кажется вам, эльфам, минутами, долгие годы для людей.

Эзельгер ничего не ответил на грустные слова Вернигора. Он молча убрал золотую львицу в кожаный чехол, который ему подал гроссмейстер, и прицепил его к поясу.

– Пойду спать, раз завтра в дорогу, - сказал он затем, - Утром возвращайся к своим заботам и не провожай меня. Простимся здесь и сейчас. Чтобы ни случилось, я извещу тебя, как обстоят дела, а ты дай знать, какое еще поручение ты захочешь дать мне.

– Благодарю, - прощаясь, Вернигор поднялся из-за стола, - Да сопутствует тебе удача.

– Да не погаснет над тобой светлый Альвиан, - ответил Эзельгер обычным эльфийским пожеланием, потом помедлил и протянул Вернигору руку через стол.

Гроссмейстер с готовностью тепло пожал поданную ему ладонь. Поступок Эзельгера не был характерен для сына Чудного Народа, но Вернигор почему-то ожидал от эльфа чего-то подобного.

Изображение в шаре помутнело и исчезло.

– Ты задумалась, Колдунья?
– спросила химера, явившись в синей дымке за стеклом.

– Здесь есть над чем подумать, - чародейка сидела у стола в своей лаборатории, поставив руки на подлокотники кресла и подперев голову ладонями, - Черные Враны преследуют Элиа, яблоко Тармиэна пророчит беду, разбойники-эльфы уничтожают эльфинитов, Чародей похитил волшебную книгу и исчез. А я не могу полностью восстановить чары, охраняющие Нумар. Новая неведомая беда надвигается на нас из темноты. Как разобраться в ее причинах и остановить?

– Даже мудрейшим не под силу сражаться со злом в одиночку, - заметила химера, - Дурные вести стекаются отовсюду, неладное творится в Дивном Крае. Но хуже всего то, что чары Нумара убывают с каждой секундой. Думаю, время настало объявить Сбор.

– Сбор, - повторила Колдунья и с грустью усмехнулась, - Мои собратья по Ордену - совсем дети. Если бы Ютас был сейчас здесь! Его мудрости так не хватает Великим Колдунам.

– Его преемника тоже не стоит сбрасывать со счетов, - улыбнулась химера, - Взор моего сердца говорит, что он вскорости достигнет небывалых высот в колдовском искусстве и с честью заменит Ютаса. Нужно лишь время.

– Как знать, может, его-то у нас и нет?
– возразила Колдунья, порывисто встала с кресла и прошлась по комнате из конца в конец, потом обернулась к столу, где стоял стеклянный шар, - Я разошлю письма Колдунам и назначу встречу. Но мне нужна твоя помощь, химера. Прошу, пусть твой внутренний взор проникнет сквозь мрак. Попробуй приоткрыть завесу тайны.

– Да будет так, - согласно склонив голову, молвила химера, - Колдун поедет с Эзельгером в Разнолесье. Они повезут письмо Генимар, но не найдут ее там. Пусть их самих застанет там твое письмо. Встречу же назначь в Аструме на горе Ар. Это сыграет свою роль в дальнейшем ходе событий и, возможно, поможет раскрыть тайну. Я же сделаю для тебя все, что смогу.

– Спасибо, - благодарно ответила Колдунья, затем по ее светлому лицу пробежала тень тревоги, и она добавила не столь уверенным тоном, как прежде, - Мой брат... Я тревожусь за него.

– Пока ему ничего не угрожает, - ответила химера и улыбнулась, - Разве только он решит, что умеет летать.

Зима сделала непроходимыми все дороги в стране Пан. Она сковала льдами перевалы, занесла снегом обрывистые тропы, замела ущелья глубокими сугробами, и до весны замок на горе Ар, в котором находилась школа волшебства Аструма, оставался отрезанным от всего остального мира. Добраться до него не было никакой возможности.

– Наверное, ваш Гвендаль написал письмо еще летом, а голубь, который его нес, болтался где-то до самых холодов, - насмешливо заметил Ронф, - Мы никак не сможем добраться до этой волшебниковой берлоги, если только не идти под горой по подземным ходам нашего народа. Главное, не напороться на гномов - тогда будет драка.

– Ну уж нет, - отказался Кадо, - Против гномов я ничего не имею, а вот пользоваться ходами гоблинов я не собираюсь. Ищи другого дурака.

– Не хочешь?
– ехидно ухмыльнулся Ронф, - Ты, наверное, умеешь летать?

Они сидели за столом в общей комнате на постоялом дворе "Упрямый мул", куда прибыли вчера вечером, направляясь вглубь Пангории, к горе Ар. Кадо и Ронф уже почти час ждали Элиа. Он утром спозаранку ушел на поиски проводника, который довел бы их до Аструмы по наиболее безопасному пути. Кадо кутался в меховую душегрейку и смотрел в окно, за которым падали густые снежные хлопья, а Ронф, вытянув ноги к огню в камине, точил большой кинжал, который носил за поясом. Посетителей на постоялом дворе кроме троих путников было мало, в зимние холода страна Пан казалась вымершей и пустынной.

– Летать я не умею, - обиженно начал Кадо, но тут дверь заскрипела, и окутанный клубами морозного воздуха, вошел Элиа.

Он был засыпан снегом от носков дорожных башмаков до капюшона плаща, но, казалось, не замерз. Его щеки раскраснелись на морозе, глаза блестели, похоже было, что холод его только взбодрил. Зеленый поношенный плащ, невзрачный на вид, был сшит из материи, вытканной эльфийскими ткачихами, и защищал от любых холодов зимой, а летом в любую жару давал ощущение прохлады.

– А вот и я, - сказал Элиа, откидывая капюшон на спину и стряхивая с одежды снег.