Чтение онлайн

Зашивал ей рану на бедре.

От ножа? Не помню.

Впереди наблюдаю что-то похожее на деревню. Маячащий среди деревьев высокий фонарный столб – ориентир.

Литаниум.

Дойдя до него, внезапно понимаю, что я здесь уже был. С ужасом смотрю на яму вокруг фонарного столба с горой костей. Почерневшие скелеты, крохотные фигуры.

Эту деревню сожгли заживо. Знаю? Помню? Факт.

Ребекка был тут со мной? Кажется, да.

Убил в этой деревне человека.

Я убил кого-то?

Обхожу все дома, и на заднем дворе одного из них вижу земляной холм. Кажется, я тебя сюда закопал, приятель. На веревках вокруг дома – растяжки пустых консервных банок. Хорошее средство от нежданных гостей. Сам делал?

Захожу в дом, но он не приносит и грамма воспоминаний. Пустые, ничего не значащие комнаты. Пыльная мебель, пыльное прошлое.

На двери нахожу кулон, висящий на гвоздике. Крохотная деревянная куколка. Достаю ту, что выстрогал в лагере и сравниваю их. Почти одинаковые.

Как она здесь оказалась?

Кто принес ее сюда?

Иду дальше на север.

А ведь мы хотели идти на юг.

Ты обещал никогда не бросать меня!

Слышу ее голос у себя в голове. Прости, Ребекка, я снова тебя подвел.

Я бросил тебя. Моему предательству нет прощения. Да я и не ищу его. Сам себя простить не могу. Я уже ничего не ищу. Просто иду туда, куда зовет сердце.

Заночевал в этом доме, устроившись в одной из спален на втором этаже. Разглядывая узоры на деревянном потолке, понимаю, что уже видел их. Я спал прямо здесь? Кажется, сама судьба осторожно ведет меня по местам моей памяти. Аккуратно, осторожно, словно вышагивая по тонкому льду. Я день за днем снова узнаю себя.

Узнаю Ребекку.

Лежу и понимаю, что от одиночества и пустоты внутри хочется кричать во всю глотку. Надрывно, чтобы сорвать голосовые связки. Затыкаю рот подушкой и кричу, что есть силы.

Вроде, даже легче становится. Поворачиваюсь на бок и долго лежу без сна, прокручивая обрывочные ощущения снова и снова.

Того, кого я убил, звали Рик.

Почему я его убил? Не могу вспомнить. Значит, была угроза жизни. Очень хочу в это верить. Если окажется, что в прошлом я был гнусным типом, убивающим все на своем пути, то проще сразу застрелиться, чем вспоминать подобное.

Почему я должна тебе верить?

– А ты и не должна, - говорю шепотом, продолжая беседу из прошлого. Словно с призраками разговариваешь: ждешь, когда придут новые, анализируешь уже имеющиеся.

– Я вернулась.

– Я промазал.

Ты всегда была рядом, не отходя ни на шаг. А я предал тебя.

Утро не принесло ничего, кроме головной боли и заледеневших ладоней. Достаю часть пайка, полученного от Круза, и отсыпаю немного крекеров на завтра.

За ночь все мысли и чувства словно обострились. Теперь я физически ощущаю поглощающую все вокруг пустоту.

Надо идти дальше. А зачем?

Впереди ржавая табличка «Девяносто третье шоссе».

Буду держаться этого ориентира. И идти вперед до тех пор, пока ноги не откажут.

С каждым днем становится теплее. В рюкзак зимние вещи не помещаются, приходится обвязывать куртку вокруг талии.

Через часа два натыкаюсь на брошенную автозаправку. Я здесь уже был. Ветер гоняет вокруг обрывки газет и мусора. Сажусь около дерева на свернутый спальный мешок и наблюдаю за зданием.

Меня приковали к трубе какие-то ублюдки.

А она спасла меня. С этого места, кажется, и началось наше знакомство. Делаю нерешительный шаг вперед, но внезапно различаю по звукам какое-то движение внутри.

Там кто-то есть.

Достаю пистолет, готовясь отразить любое нападение.

Медленно захожу в центральные двери, которые держатся на одном добром слове. Обхожу холл с пустыми стеллажами, стараясь производить как можно меньше шума. Ноги сами несут меня к кладовой с левой стороны. Подхожу к двери и вслушиваюсь.

– Господь - Пастырь мой; я ни в чем не буду нуждаться.

До боли знакомый голос. Аж суставы выкручивает от осознания, кто находится с той стороны двери. Это просто нереально.

Под дверью полоска света, и голос идет именно оттуда.

– Он покоит меня на злачных пажитях и водит меня к водам тихим, 3ло укрепляет душу мою, направляет меня на стези правды ради имени Своего.

Если я пойду и долиною смертной тени. Не убоюсь зла.

Стою, не в силах сделать даже вдоха.

– Кому я молюсь…Господи, если ты там есть. Если там хоть кто-то есть…У меня больше нет сил…Я не хочу больше жить, да и не зачем. Я больше не хочу бороться. У меня закончилась еда, закончилась вода. И я не собираюсь искать что-то еще. Я молюсь, сама не знаю, кому. Надеюсь, меня кто-нибудь услышит. Пусть все закончится там, где и началось. Какая злая ирония.

Понимая, к чему все это идет, делаю решительный шаг вперед. За дверью моментально воцаряется тишина. Она меня слышала. Стою, схватившись за ручку, а пальцы льдом сковало.

– Кто там? Кто там еще приперся?! Проваливай! У меня ничего нет! Вот сейчас застрелюсь, и можешь забрать оружие! Ну?! Чего стоишь там?! Возвращайся через час!

Медленно открываю дверь. Боюсь, что выстрелит. В себя, в меня, неважно.

Я был прав. Винтовка смотрит прямо на меня. Ребекка сидит на полу, наполовину в спальном мешке, рядом – керосиновая лампа.

И полные ужаса глаза. Смотрит затравленно. Ее взгляд мертв, и это убивает хлеще любой пули. Я, наверное, выгляжу не лучше.