Потерянное одиночество
Шрифт:
– Ты пообещал ему защиту и не защитил, - сама себе сказала я.
– Я не смог…
И тут заслон с метки прорвался…Рабская связь дает возможность в любой момент знать, что чувствует другой, но я не хотела ничего знать о нем, и уж точно мне не хотелось, чтобы Седрик знал мое настроение, поэтому и закрылась со своей стороны. И вот, то ли из-за близости Седрика, то ли из-за того, что он стал намного сильнее за эти несколько лет, но заслон прорвало, и я почувствовала его страх. Липкий, скручивающий желудок страх. Такой вот удар страхом был интуитивно воспринят как агрессия, мое тело отреагировало мгновенно, я не успела ничего обдумать и остановиться. Белая сила выхлестнулась из меня сферой, а потом найдя открытый ход – рабскую связь, ринулась в Седрика. Тот закричал от боли и страха, так кричат, когда понимают, что их калечат или убивают. Этот крик отрезвил меня, я остановила выброс и глянула на Седрика vis-зрением, белые вихри кружились в нем, выедая запасы черного и зеленого, сам же Седрик был слишком дезориентирован и слаб, чтобы собраться и дать отпор, переварить чуждое. Я не придумала ничего лучше как упорядочить влитую в него силу и произнесла формулу подчинения, вплетая вихри в метку. Лишь усилив ее, я поняла, насколько Седрик стал сильнее – он почти разъел нашу связь, еще б немного и я лишилась раба, приобретя сильного врага.
– Все… Все… Уже все… - шептала я, баюкая, положив его голову себе на колени, - Я не специально… Просто твой страх… Не специально я…
– Ты не тренькаешь… - еле слышно произнес он.
– Ну да, я ж не вру… - удивленно отозвалась я.
– Пати…
Я вопросительно глянула на него.
– Завтра ночью Совет, а я…. Он убьет меня, - как-то спокойно и обреченно сказал Седрик.
– Зачем ты пришел?
– Ты единственная белая, ты единственная кто сможет с ним справиться. Когда я обратился к Саббиа за помощью, тот сказал, что не сможет мне помочь, что если ввяжется, то умрет вместе со мной, сказал «не могу разобрать что у тебя с Росео[17], но она единственная, кто сможет уничтожить этого вампа и, может быть, остаться в живых», – он говорил с большим трудом задыхаясь, а сказав закрыл глаза проваливаясь в забытье.
Седрик стал сильнее, его vis-центры стали крупнее, артерии и вены шире, но в данный момент, сегодня вечером, он был слаб, очень слаб. Возможно, он потратился, пытаясь защитить Серхио, а страх, который поселился в нем после поражения, не давал восстановиться. Я тоже учудила, в этой дурацкой истерической вспышке я выбросила почти весь свой белый запас. Вздохнув, я поняла, что деваться мне некуда и стала собирать внутри себя зеленую силу, собрав все что было, я влила ее в поцелуе. Седрик безотчетно потянулся, желая еще, но я разомкнула связь и отстранилась, он в удивлении уставился на меня.
– Пати…
– Ну что Пати… что Пати… - вяло пробормотала я. Теперь уже я рисковала отключиться от бессилия. Седрик, которому зеленая сила моментально пошла впрок, поднялся сам и поднял меня.
– Пати… три силы… Три!
«А что толку то? И чего ты так рад?» мелькнули две мысли, в отвратительно пустой голове, меня мутило от слабости. Он усадил меня на диванчик, а сам пристроился на полу, зарывшись лицом мне в колени и поглаживая икры.
– Седрик…, - что он задумал?
– Чшшш, не мешай. Все будет хорошо.
Я понадеялась, что метка не даст ему причинить мне вред, и расслабилась.
– Ты почти не пахнешь и такая тихая, - расстроено пробормотал он. Ну да возможность различать силу на запах, а мощь на звук никуда от него не делась. Он чуть раздвинул мне ноги и впился в бедро жестким поцелуем, почти укусил, я вздрогнула, генерируя толику красного, еще укус-поцелуй, еще капля силы. Я потеряла им счет по чуть-чуть наливаясь силой.
– Ну наконец-то, - довольно сказал он и поднялся с пола, нашаривая застежки на моем закрытом платье, не находя их он взрыкнул, как крупный хищник, и от этого звука сладкая дрожь прошла волной по телу.
– Хватит, Седрик… Поделись.
Он скривился как от боли, но послушно склонился для поцелуя, не только я налилась красным от его действий, но и он жарко пылал. Я взяла меньше чем он предложил, и какое-то время мы просто сидели рядышком, конвертируя красную силу в основную.
– Он бросил тебе вызов? – спросила я, когда почувствовала, что голова вполне готова к работе.
– Хуже. Этой ночью он и его войско ворвались в поместье, повязали всех волков и… - тут он замолчал, я глянула на него, он опять «потух».
– Да расскажи уже! – вырвалось у меня.
– Серхио как раз был у меня… Меня скрутили и держали все это время, растянув на четырех железных цепях… Дети этого Абшойлиха очень сильны и физически и так… Мне ничего не сделали, а вот Серхио… Они играли с ним царапая когтями, заставляя отползать и прятаться…
– Гасили его силу… - пробормотала я, - Он ведь белый?
– Условно белый, - горько отозвался Седрик, - Когда они довели его до дрожи и скулежа, Абшойлих поставил на него метку классическим способом – приложив палец ко лбу.
«Вот это плохо» - мелькнуло у меня.
– А уж после этого, он отворил ему кровь и напился. И не только он, все вампы, что были в комнате, даже те, кто держал меня, все отпили от него.
«Хуже быть не может…»
– Седрик, а ты уверен, что он еще жив.
Тот молча отрицательно покачал головой.
– Они забрали Хелен… Абшойлих сказал, что Руфус и Хелен будут развлекать его. Руфус… и Хелен…
Мне нечего было сказать ему, если Хелен волчица, то может и выживет благодаря ускоренному восстановлению.
– Я теперь понимаю почему, такие как ты и Саббиа сидите себе тихо и не высовываетесь. За все надо платить…
– Да, нашел кого ровнять – двухтысячелетнего божка и меня, - буркнула я. – Не расклеивайся, Седрик! Не хорони всех и себя в том числе раньше времени!!!
Если б я пережила подобное несколько часов назад, я б не то что «расклеилась» я б, наверное, бежала куда глаза глядят… Или все же нет? Смогла бы я остаться и принять бой за свою жизнь и жизни тех, кто доверился мне?
Как ни странно, но мой окрик возымел действие. Из затравленного зверька Седрик опять стал хищником, только вот каким-то подраненным что ли.
– У тебя есть план?
– Следующей ночью на Совете Абшойлих представит себя новым князем вампов и вызовет меня на бой…
«Да что ж ты все кота за хвост тянешь» мелькнула раздраженная мысль.
– И я могу выставить кого-то вместо себя. ТЕБЯ, Пати.
– А?
– я ничего, не понимая, смотрела на него.
– Пати, тебе достаточно подставиться, чтоб он тебя укусил и отпил крови, ты с кровью вольешь в него белое и все… - последнее он еле договорил, глядя в мои круглые от удивления глаза.