Шрифт:
Пролог.
"Колония 8" - надпись, что красовалась на борту космического корабля, находящегося на орбите голубой планеты, где на тёмной стороне, на поверхности одного из двух континентов из космоса наблюдались яркие вспышки от взрывов. Сотни дронов с контейнерами курсировали между планетой и кораблём, десятки разведывательных зондов перемещались по звёздной системе с пятью планетами, вращающихся вокруг жёлтой звезды.
Женская проекция голограммы находилась у большого иллюминатора, откуда открывался красивый вид: белые облака, синий океан и скалистые берега континента. Уже сотни лет она наблюдала и контролировала процесс терраформирования. Оставалось совсем не долго, и то, что было утеряно, вновь обретут.
***
"Пожилой лекарь встряхнул рукой после длительного письма и потянулся с хрустом в суставах. За окном уже темнело. Он почти закончил написание своей исследовательской работы, которую собирался отправить в академию. Десятки лет трудов и наблюдений.
– Дедушка!
– в комнату забежал маленький ребёнок, - Мама приготовила ужин и испекла вкусный пирог.
– Ты уже попробовал?
– дед обнял внука, который залез ему на колени.
– Нет. Но запах вкусный, - взгляд мальчика был устремлен на деда.
– Сладкий!
– Тогда пойдём на кухню!
Дни летели быстро и незаметно. Уже несколько лет, как лекарь приехал во Фрекшин со своей семьей. Его дом посещало много пациентов. Он никому не отказывал в лечении и не требовал высокую оплату. Люди всегда уходили довольными. Городок был небольшим, и люди тут приветливые.
– Лекарь! Лекарь!
– кто-то сильно стучал в дверь, - Быстрее открывай!
Старик, зевая, приоткрыл дверь и увидел запыхавшегося мужчину средних лет. Он сразу узнал его - это был дворецкий дома Сервани:
– Что случилось?
– Юному Кадану нездоровится, его сильно лихорадит.
– дворецкий схватил лекаря за рукав пижамы и потянул за собой.
– Подождите! Дайте мне обуться и взять мои вещи.
В небольшом особняке старик внимательно осматривал мальчишку, которого сильно знобило. Придя к некоторым выводам, он достал некоторые травы и начал тщательно перемешивать их в ступке.
– Принесите кувшин теплой воды.
– хозяин дома кивнул и дал указания слугам.
– Как он?
– Кадис Сервани погладил спящего сына по влажным от пота волосам.
– Ничего страшного. Всё будет хорошо.
Лекарь ухаживал за больным несколько дней, и вскоре мальчишка пошёл на поправку.
– Продолжай пить это средство ещё несколько дней, - старик дал юноше пару бумажных кулёчков, - Каждый день, утром и вечером перед сном.
– Хорошо, - юный Кадан убрал лекарства в тумбочку.
– Вот ваша награда, - Кадис заплатил пять монет серебра.
– Спасибо.
– лекарь убрал монеты в кошелёк.
– Это вам спасибо.
По пути домой старик решил пройтись по торговым лавкам и купить что-нибудь дочери и внуку. Война, что закончилась год назад, унесла много жизней, в том числе и мужа дочери. Лекарь сильно волновался за них. Годы одолевали его с каждым годом всё сильнее. Он желал дожить до того момента, как внуку исполнится четырнадцать, и за это время успеть передать ему свои знания.
Три дня спустя, посреди ночи, возле дома лекаря поднялся шум. Группа стражников окружила дом. Один из них ногой выбил дверь, и несколько солдат забежало внутрь. Послышались детский и женский крики. Из дома вынесли бессознательного старика и потащили к телеге.
Лекарь открыл глаза, ему было холодно и подташнивало. Всё плыло.
– Очнулся?
– раздался гневный голос лорда Сервани.
– Что происходит? Почему?
– желая понять происходящее, старик попытался подняться.
Кадис схватил его за ворот и толкнул в сторону кровати, на которой лежал юный лорд. Лекарь в замешательстве упёрся рукой на край, но в этот момент глава дома крепко схватил его и с силой, держа за подбородок, повернул его голову в сторону юного Кадани.
– Смотри!
– взревел отец, - Внимательно смотри!
Лекарь смотрел на бледное лицо юноши, губы были покрыты сыпью, горло опухло. Но потом его взгляд остановился на неподвижной груди юноши. Старик осознал, мальчик умер. Всему виной - аллергия, но что он мог сделать, с подобным ему ещё не доводилось сталкиваться. Лекарства не подводили.
– Чего молчишь?
– лорд отшвырнул лекаря в сторону.
– Ты сказал, что всё хорошо. А теперь моего мальчика больше нет.
– он подошёл к телу сына. Из его красных глаз потекли слёзы: - Я отомщу за тебя!
– Лорд Сервани. Я...
– старик попытался оправдаться, но Кадис не желал слушать.
– Ты сказал, что всё будет хорошо. Стража! Тащите это лживое дерьмо на улицу. Я заставлю тебя страдать, как и ты меня.
– Нет, - лекарь осознал смысл слов, - Не трогайте мою семью!
– он пытался вырваться из рук стражников, но те крепко его держали.
– Они же ни в чём не виноваты. Прошу, не трогайте их!
Из опухших глаз старика текли слёзы. Он был закован в колодки на городской площади. Две головы были насажены на пики и повёрнуты к нему лицом. Безжизненные глаза смотрели прямо на него.
– Простите, - лекарь тихо шептал.
– Пожалуйста, простите.
Прошло два дня, трупный смрад постепенно усиливался, но пленник не обращал на это внимания и неустанно бормотал.
– Люди!
– крикнул он, собрав все силы. Сухость в горле болезненно колола.
– Прошу! Похороните их.
Но все его игнорировали, изредка поглядывая на него. Кто-то мотал головой, кто-то просто стояли и наблюдали. А были и те, кто смеялись над стариком, указывая в его сторону. Он многих узнал:
– Я же вас лечил! Помогал.
– лекарь зарыдал.
– Почему вы такие? Прошу, похороните их. Пожалуйста! Да что с вами всеми?
– внутри него закипала злоба и безумие.
На следующий день к нему подошёл лорд Сервани. Он смотрел на исхудавшего и ослабшего старика и затем кивнул стражникам. Те освободили пленника, кто сразу упал на землю. Кадис приблизился, прижимая платок с запахом парфюма к носу, и присел на корточки:
– Ты будешь жить с этой болью, - он указал на него рукой, - В темницу его.
Солдаты потащили обессиленное тело в подземелье города, где бросили его в холодной и сырой камере. Плюнув на него, они рассмеялись и пошли обратно, обсуждая местных девушек.