Потерянные люди
Шрифт:
Тишина сохранялась несколько минут. Поняв, что слова бесполезны, Дэй жестами и улыбками убеждая Кин, что она в безопасности, пытался заманить её в полотенце. Дэй знал, что раньше случалось нечто подобное, когда его не было рядом, но всегда думал, что это просто гиперболизированные слухи старушек из соседних домов.
Кин прошептала, боясь, что кто-то может услышать её:
– Все мертвы.
Спустя полчаса Кин, уже согретая, мирно спала в своей кровати, а Дэй размышлял над тем, что ему стоит предпринять. Он был не тем специалистом, которых могли привлечь к работе над устранением последствий. Связи с Конфедерацией не было. Новых указаний не поступало. По сути, он был предоставлен самому себе. Стоит ли вызывать врачей? Что будет с и без того сломленной Кин?
– Элизабет! – слёзы потекли по щекам Кин.
Элизабет не отвечала. Кин взмокла и дышала чаще, чем требуется. Она забыла специальную шапочку, и её волосы растрепались по мокрому лицу. Защитное стекло шлема начало запотевать изнутри. Она машинально провела перчаткой по стеклу шлема, только испачкав его.
Вариантов нет.
Собравшись, Кин начала большими и медленными прыжками двигаться в направлении последнего генератора. Элизабет нигде не было видно.
«Если не запустить последний генератор, что будет с сетью? Как скоро военные поймут, что у них ничего не получилось? Если район эвакуирован, то ведь нет ничего страшного? Сможет ли сеть растянуться и выстоять на пяти генераторах? Это что, б***ь, на горизонте? Грозовые молнии?!»
Все эти вопросы крутились в голове Кин, и огромным усилием воли она смогла откинуть их в сторону и вернуться к формулам.
Большой прыжок. Плавный полёт. Медленное приземление. Она уже оставила позади два генератора своей наставницы из трёх. Они были настроены. Элизабет так и не было видно. Собираясь сделать ещё один большой прыжок через тьму, Кин присела и напрягла ноги, но неожиданно нечто с силой откинуло её в сторону.
Она упала на спину. Всё небо чёрное. Стало холодно. Холодно как никогда. Трещины расползались по стеклу. Её длинные волосы устремились к трещинам, словно владея собственным сознанием. Они заразились паникой Кин и теперь пытаются сбежать от уготованной ей участи через губительные трещины в стекле защитного шлема, словно крысы с тонущего корабля.
Кин пыталась закрыть стекло руками. Ничего не получалось. Сердце бешено колотилось в груди. Дышать становилось всё тяжелее.
Вдруг кто-то кпеко сжал её руки и начал мешать ей закрывать трещины в стекле. Надпочечники работают на всю. Она ощущает в себе силу и что есть мощи бьёт по чьим-то рукам, пытающимся схватить её.
Наконец кто-то хватает её за руки и прижимает к полу.
Сквозь свои волосы и трещины в стекле Кин удается увидеть Элизабет. Она что-то кричит ей, но звук пропадает в разреженном громовыми залпами орудий воздухе.
На секунду встретившись взглядами, две женщины видят в глазах друг друга страх. Кин пыталась остановить утечку кислорода, зажимая трещины руками. Элизабет, продолжая кричать, махала чем-то перед лицом Кин и била её по рукам.
«Что ты делаешь?! Помоги мне. Эти трещины! Я же задохнусь».
Дышать стало невероятно тяжело. Как будто ей надавили на грудь. Кин начала слабеть. Теряя сознание, она увидела, как Элизабет распыляет баллончик на защитное стекло её скафандра.
Было уже за полдень, когда Дэй заглянул в спальную к Кин. Она лежала, открыв глаза, и прижимала к себе единственное, что осталось от Тетсуо.
– Кин? – осторожно позвал её Дэй.
Она обернулась. Судя по выражению лица, к ней вернулся рассудок, но глаза остались полны грусти.
– А ты зачастил… – загадочно ответила Кин.
– Просто переживаю. По-соседски, – улыбнувшись, смутился Дэй. – Если нужно побыть одной, я могу уйти.
– Нет.
Кин не хотела быть одна. Теперь она ещё более одинока. Она вдруг поняла, что Дэй, в отсутствие сотрудников её бюро, занял одну из самых ближайших к ней позиций. Насколько это было возможно.
– Останься, пожалуйста.
Кин встала с кровати и закинула всё, что у неё осталось от Тетсуо, под кровать. Поняв, что она опять полураздетая, Кин схватила первое попавшееся под руку и натянула на себя. Зелёный растянутый свитер.
– Пойдём, – махнула рукой Кин, – я сварю кофе.
Кин плохо давалась готовка, но кофе она варила хороший. Сидя за столом и размешивая сахар в кофе, Дэй решил не начинать разговор с Кин, пока она сама этого не захочет. Так или иначе она мало общалась с людьми, но здесь постоянно были машины, в своё время заменившие ей одного за другими бесследно уходящих родственников. Теперь же она осталась совсем одна. Ей сейчас просто нужна компания.
Они так и сидели за столом, молча наслаждаясь кофе. Закончив с ним, Кин встала и поставила чашку в раковину.
«Грязная посуда? Куда смотрит Тетсуо!»
Она снова ощутила приступ одиночества.
– Скажи, Дэй, – отрешённо проговорила Кин, – как так случилось, что мы перестали общаться?
– Ну… – задумался Дэй, – ты же знаешь.
– Не знаю.
– Мальчики и девочки, – пожал плечами Дэй, – разные интересы.
– Да, – кивнула Кин и ненадолго задумалась.
Загадочно улыбаясь, она прикурила сигарету и продолжила:
– Знаешь, а ведь когда мы были совсем маленькими, я думала, что, когда мы вырастем, ты будешь моим мужем.
От неожиданного откровения Дэй подавился кофе и начал кашлять. Кин рассмеялась. Прокашлявшись, Дэй не смог не заразиться задорным смехом Кин и тоже начал смеяться.
– Ну, так и что? – вдруг серьёзно спросила Кин.
Дэй понимал, что ничто, кроме её роботов, не в силах сделать её по-настоящему счастливой.
– А как же твоё бюро? – попытался он перевести тему.
– Бюро больше нет, – с грустной улыбкой пожала плечами Кин. – Надо делать что-то.
– И что? Теперь пойдёшь замуж? – задорно спросил Дэй. – Штопать носки и закатывать кимчи?
Кин пожала плечами.
– Почему нет? – ответила она серьёзно. – Я не знаю, что делать дальше.
Дэй задумался. Кин находилась перед неизвестностью и, возможно, испытывала больше страха от неё, нежели от произошедшего прошлой ночью. Ей нужно было направление для движения, как и акула, она могла существовать только в движении.