Чтение онлайн

Не отвечая, Ник тут же побежал по дорожке, ведущей в ту сторону. Двор, да и дом тоже, он знал как свои пять пальцев. И очень боялся, как бы Андрей чего не сделал Оле. Но, как оказалось, боялся зря.

Подбежав к самой беседке, расположенной около бассейна, и увидев смеющегося над какой-то шуткой старшего брата в компании с девушкой в спортивном костюме, Ник остановился и замер. Удивленно повел головой. Разжал ладонь.

Это была не Ольга.

Рядом с Андреем, попивая виноградный сок и жуя мороженое, сидела выскочка-подружка Смерча, с таким же именем, как и у Кларского-младшего. Ника. Наглая девица с малиновыми губами и замашками клинической идиотки, посмевшая показать ему прямо из окна подъезда средний палец и вообще доводившая его все прошлое воскресенье. Шумная, надоедливая и самовлюбленная дешевка.

– А вот и мой братишка, Никки, мы заждались тебя. Объедаемся мороженым, – сообщил ему старший брат и приветливо помахал парню рукой, не поворачиваясь, впрочем, к родственнику.

От этого излишне доброжелательного жеста Никки чуть не рухнул на землю. Брат явно сходил с ума. Обычно он был не таким добреньким.

– Твоя невеста Ника мне по душе, – сообщил младшему брату Март, все также не оборачиваясь. – Само очарование.

«Господи, спасибо, что это не Ольга», – малодушно подумал про себя Никита, редко обращающийся ко Всевышнему, и вдруг улыбнулся во все зубы. Он тут же сообразил, что девка по фамилии Карлова (спасибо дежурному менту в «обезьяннике», что запомнил ее фамилию!) сможет оградить Ольгу от опасного влияние его неуемного брата. Пусть брат считает, что Ника – его девушка.

Ника и Андрей, которого она постепенно переставала бояться, вволю пообсуждали особенности ее характера, отношения с ее родителями и с другими родственниками, жизненную позицию и отношение к чувствам и браку, перешли на фильмы, изобразительное искусство и литературу – оказывается, Андрей очень много читал.

Естественно, она еще нервничала – в таком месте и в таком окружении не нервничал бы только Железный человек. Ника ждала прихода ее таинственного «жениха», чтобы тот прояснил ситуацию, и старалась расслабиться. Спорить с Андреем насчет того, что она не та, за которую ее принимают, девушка не рискнула.

Ника с опаской заметила, что человек по кличке Март вполне искренне ею интересуется, и вряд ли его любопытство можно было назвать совсем здоровым (ну какая ему разница, сколько она детей хочет в будущем и какая у нее группа крови и резус-фактор??), девушке даже было интересно разговаривать с Андреем. Она немного освоилась, называла его на «ты» – по его просьбе, и рассказывала о том, как в прошлом году ездила в Альпы на новогодние каникулы, а он, в свою очередь делился своими впечатлениями от Китая, где жили, как он изящно выразился, «его деловые партнеры по сбыту важных штуковин и штучек».

Они дошли до обсуждения будущей работы девушки, как она, услышав, как кто-то пришел, повернулась. Увидела, наконец, своего так называемого «жениха» и едва не упала оземь в конвульсиях, посланных добреньким старичком Кондратием, маячавшим в кустах. Мерзкий тип Кларский стоял перед ней и сдавленно улыбался, глядя прямо в глаза. Бешенство переполняло душу эмоциональной Ники. Это все он подстроил, сукин сын! Это он решил над ней поиздеваться! Чтобы отомстить за телефонные звонки! Решил устроить прикол!!

Пока эти мысли проносились в ее голове бешеными стаями, Андрей что-то сказал брату. И тот даже что-то ответил. А потом Нику прорвало.

– Упырь! – вскочила она тут же с места. – Козел! Ну, дядя Укроп, я тебя сейчас на голову короче сделаю!

– Привет, любимая, – сказал ей Никита голосом человека, которого окунули в ледяную воду. Он подошел к девушке и крепко обнял ее, незаметно сильно – до боли – сжал ее запястья, так, что она перестала верещать.

– Молчать.

– Ты чего удумал, Укроп? – прошипела светловолосая, совсем преставая уже понимать, что происходит. – Скажи своему брату, что мы друг друга не знаем! Немедленно скажи. И отпусти меня! Какая я тебе любимая, с ума сошел?

Март с удивлением человека, впервые попавшего в зоопарк, посмотрел на брата и Нику. Но промолчал и отпил сок.

– Солнышко, я тоже скучал, не дерись! – отозвался кротко парень, мужественно терпя развязное, по его мнению, поведение. Он так прижал бушующую девушку к себе, что она больно уткнулась носом в его твердое плечо, пахнувшее одеколоном – тем самым, чей аромат заполнил салон «Мицубиси».

У девушки сердце все же упало в обморок, перестав крепиться. Она – солнышко. Солнышко! И это ей говорит этот мерзкий тип с задатками шимпанзе. Солнышко! Если бы не натянутые в струны нервы, Карлова бы даже засмеялась.

– Заткнись, я сказал тебе – заткнись и делай все так, как говорю я, – прошептал ей на ухо едва слышно Ник, крепче сжимая объятия. Ему тут же захотелось провести рукой по прямым волосам и сжать их в кулаке. Эта картинка, вспышкой мелькнувшая в голове, разозлила Никиту еще больше.

А его брату надоело молчать и смотреть. Он заговорил, и тон Марта был совсем другим, нежели десять минут назад.

– Ты где так долго был, олень? – обратился к Никите, задумчиво покачивая бокалом с соком, молодой мужчина. – Я обязан тебя ждать целыми сутками? Ладно, на этот раз тебя прощаю. Помирись со своей Никой, и идемте в дом. Нас ждет ужин. Детка, Ника, не кричи на него так. – И он подмигнул будущей, как искренне считал, невестке. – Он не такой тупак, каким кажется. Мой братишка почти не тупит. Оу, смотри-ка, на малом тоже оранжевый цвет есть. – И он кинул взгляд на левый кулак братишки, на котором до сих пор был намотан боксерский ярко-оранжевый цвет. – Ну вы даете, детки. Расческа, бинт… Романтика, да, Никки?

– Да, – с трудом выговорил Никита, узрев на столике оранжевую расческу. И тут же принялся стягивать боксерский бинт с руки – оказалось, они были совершенно одинакового тона. – Пошли, дорогая, в дом.

– Отстань от меня! Я не его девушка! – завопила Ника назло парню, плюнув на все его предупреждения, потому что не понимала, зачем он врет своему опасному брату. Все еще не может перестать прикалываться? А если этот явно бандитский Март рассердится из-за такой шуточки. Нике не хотелось оставаться в этом местечке где-нибудь под кустом. Ей очень хотелось, чтобы выяснилась правда и ее отпустили бы домой. Там родители скоро приедут…