Чтение онлайн

Дарен сидел на траве, молча злясь, когда Иласэ вышла из леса. Сердитый и смущенный, он отказался даже повернуть голову в ее сторону. Когда же, наконец, он вернется домой, чтоб никогда ее больше не видеть!

Иласэ смотрела на него несколько секунд, потом тяжело вздохнула и молча зашагала к полю. Когда Дарен не шевельнулся, обернулась:

–  Пошли! Мы зря теряем время!

Девчонка предлагает забыть, что только что произошло? Замечательно!

Дорога мягко ложилась под ноги, земля стала ровнее, чем в лесу, двигаться - легче. Но на душе у Дарена было погано.

–  Нам все равно идти еще целую вечность, - проговорил он зло, - никаких поселений здесь нет: никто не захочет жить рядом с людоедскими деревьями. Ты уверена, что компас работает?

–  Прекрати, Тартис. Тебе просто хочется поругаться.
– оборвала его Иласэ.

–  Если этот дурной компас не в порядке, я прибью тебя!

–  Ты уже сто раз это говорил.

Ее пренебрежительный тон взбесил юношу еще больше. Догнав Иласэ, он сильно толкнул ее в спину, заставив упасть на землю, и пошел дальше. Ему следовало ожидать ответа, но почему-то камень, больно ударивший в правое плечо, стал неожиданностью.

–  В Бездну!
– выдохнул он, оборачиваясь, - ты…

Иласэ стояла, замерев, повернув к небу белое от страха лицо:

–  Смотри вверх!
– и бросилась прочь, назад к деревьям.

Внезапный ветер растрепал его волосы, потом тень закрыла солнце. В небе над Дареном парила самая большая птица, виденная им в жизни, словно какой-то безумец взял обычного ворона и увеличил в тысячу раз. И хищница стремительно неслась вниз, к ним, как сова, заметившая пару полевок.

На долю секунды Дарен застыл, потом начал двигаться, не думая. Кинжал неожиданно оказался в руке, рукоять обжигала пальцы; потом, по своему собственному разумению, правая рука с клинком взлетела вверх, со свистом распарывая воздух.

Юноша почувствовал, как магия прошла сквозь него, сквозь кинжал, став лезвием сияющего света. И распорола птице живот. Та пронзительно закричала, поток ее горячей липкой крови вылился на землю, основательно забрызгав Дарена. Потом одно из огромных крыльев раненного чудовища ударило его, отбросив в сторону, и птица вернулась в воздушную стихию, подальше от слишком кусачих мышек.

Дарен как упал на спину, так и остался лежать, глядя, как хищница постепенно превращается в крохотную точку и тает вдали.

–  Тартис! Тартис, очнись!
– пронзившая щеку резкая боль подсказала, что Иласэ только что ударила его. Юноша с трудом повернул голову и увидел ее, стоящую на коленях рядом. Девушка ударила его снова. Дарен сомневался, что второй раз был необходим, но сил что-то сделать по этому поводу не осталось.

–  Ты, придурок, ты слышишь меня? Тебе невероятно повезло!

–  Что это было?
– прохрипел он.

–  Птица-рок.

–  Я… никогда… откуда она взялась?

–  Она не из нашего мира, - Иласэ поежилась, - эти твари неразумны, но способны открывать Врата, - девушка бросила опасливый взгляд наверх, - Вставай! Нужно вернуться к деревьям, пока она вновь не прилетела!

Дарен попытался встать, и не смог: все кружилось перед глазами. Иласэ помогла ему подняться, и он тяжело оперся на нее, прежде чем осознал, что делает. Хотел оттолкнуть, но почти упал, так что в результате девушка стала держать его еще крепче. Путь назад казался в тысячу раз длиннее.

–  Ты не говорил, что кинжал способен на такое.

Дарен пожал плечами, потом нахмурился, видя, с каким любопытством Иласэ смотрит на все еще зажатый в руке клинок. Торопливо убрал в ножны.

–  Будет сложнее, чем я думала, - задумчиво проговорила девушка, глядя на поле, туда, где оно продолжалось за рощей шотонов, - там нет укрытия, негде спрятаться от крупных хищников. Нет деревьев, из которых можно было бы сделать основание защитного круга. Там нельзя оставаться ночью.

–  Думаю, мы сможем еще днем добраться до дальнего леса, - сказал Дарен, чувствуя себя уже намного сильнее.

–  Уверен?
– с сомнением переспросила Иласэ.

–  Да, - ответил он твердо.

–  Ты весь в крови, - заметила девушка.

–  А?
– Дарен провел ладонью по лицу. Конечно, теперь и она оказалась покрыта красной, липкой, уже начавшей подсыхать жидкостью.

–  М-м! Попробуй!
– Дарен протянул свои окровавленные пальцы к ее лицу.

–  Гадость!
– взвизгнула Иласэ, отодвигаясь от него.

–  Вкусно!
– юноша сделал вид, что собирается слизать кровь, - точно не хочешь?

–  Ты больной!
– безжалостно отвергла она его щедрое предложение.

Они успели пересечь поле задолго до заката, и ни одна гигантская птица больше не потревожила их. Шотоны они обошли по широкой дуге и остановились в небольшой роще нормальных деревьев, сразу за которой привольно раскинулась величавая река.

Увидев воду, Иласэ восторженно завопила и бросилась в нее, даже не подумав снять одежду, только оставив на берегу верхнюю накидку. Дарен прыгнул в реку следом за девчонкой. Вода обжигала льдом, но даже это казалось чудесным после липкой дневной духоты. В нескольких шагах от него Иласэ, не рассчитавшая глубину прыжка, вынырнула на поверхность, кашляя и сплевывая воду. Конечно, это заставило Дарена рассмеяться.

Но смех умер в горле, когда он рассмотрел ее толком: намокшие густые темные волосы кое-где прядями прилипали к лицу, одежда вплотную облепила стройную фигурку, сквозь белую рубашку отчетливо просвечивала грудь. Заметив его взгляд, девчонка улыбнулась и вновь нырнула в воду.

Проклятье! Или она делала это нарочно?

Усилием воли Дарен заставил себя обратить внимание на что-нибудь другое. Например, на кинжал, рукоять которого была сейчас приятно теплой. Последнее время Иласэ завела привычку постоянно смотреть на клинок, стоило Дарену достать его из ножен. Сперва юноша думал, что она боится, потом понял, что нет. Может, вид магического кинжала пробуждал в ней азарт исследователя? В конце концов, эта девчонка была любопытна, как кошка! Тем более, что Дарен не позволял ей касаться оружия.

Или ее просто привлекали блестящие предметы? Иногда Иласэ и впрямь вела себя очень странно.

Девушка, наконец, выбралась из реки и практически свалилась на траву.

–  У нас есть что-нибудь съедобное?
– только теперь, вдоволь напившись, Дарен осознал, что его трясет от голода.

Иласэ порылась в сумке и вытащила крохотную горстку еды: помятую грушу и несколько ягод. Грушу она отдала Дарену. Она всегда, не задумываясь, отдавала ему большую часть. В Бездну, он мог возненавидеть ее за это.