Чтение онлайн

Двое взрослых особей остановились чуть поодаль. Малыш подошел ближе и положил на землю к ногам Геи тело Инвара.

«ОН ЖИВ, — дошел до ее сознания четкий телепатический образ. — МЫ СДЕЛАЛИ ВСЕ, ЧТО СМОГЛИ».

Именно в этот момент, расширенными от ужаса глазами глядя на лежащее у ее ног изувеченное и полуразложившееся тело, Гея впервые осознала, что ненавидит их.

Если это они называют жизнью, то что тогда для них смерть?

И вот теперь, спустя неделю после той страшной минуты, она чувствовала, что медленно погружается в пучину безвозвратного безумия. Каждая минута ее существования превратилась в отчаянную борьбу.

Ксеноморфы были лишены человеческого чувства сострадания и ответственности. Видимо, они не понимали, что существует некая черта, за которой смерть предпочтительнее той жизни, которую удается сохранить в искалеченном теле.

Их попытки спасти Джона еще имели успех, но, не вернись Гея вовремя, в конце концов он бы умер. Та бурая кашица из листьев, которой они покрывали его тело, имела лишь слабые анестезирующие и антисептические свойства и не могла предотвратить отмирания изуродованных тканей. У Джона, помимо общего ожога кожных покровов, было два серьезных осколочных ранения. Инвар же был мертв, по всем меркам современной медицины. Каким-то образом этим существам удалось реанимировать его мозг и в полном смысле слова «заставить» функционировать изувеченные легкие и сердце ганианца.

Гея подозревала, что они удерживали в нем искорку жизни лишь благодаря постоянному телепатическому воздействию на его мозг. Лишившись на борту «Пса» этой поддержки, Инвар стремительно умирал. Гея, ведя отчаянную борьбу за его жизнь, прекрасно понимала ее тщетность. Она проклинала обитателей Рая за то, что они сделали с Зори-Магиром.

Джон, после нескольких операций, все еще не приходил в сознание, но его жизнь уже была вне опасности.

Гея тяжело вздохнула и встала.

Она страшилась того момента, когда очнется Джон, и одновременно страстно желала его.

Да, она боялась говорить ему правду. Как всякая нормальная женщина, едва не потеряв любимого человека, она не хотела, чтобы эта история имела продолжение. Гее хотелось одного — улететь. Покинуть орбиту этой проклятой планеты, оставив ксеноморфов самих решать свои проблемы.

И в то же время она слишком четко осознавала, что это невозможно.

Та правда, которую она боялась поведать Джону, заключалась в невозможности возникновения такой жизненной формы естественным путем. Еще во время обратного прыжка от Аллора к Раю Гея, не зная, куда деваться от вынужденного бездействия, обработала на бортовом компьютере «Пса» всю полученную ими информацию об эволюции Рая и его сегодняшних обитателях.

Вывод ошеломил ее своей категоричностью. Та универсальная клетка, которую она выделила из тканей атаковавшего их существа и являвшая собой основу всей ее теории эволюции Рая, не могла возникнуть спонтанно, под действием жестких излучений и суровых условий выживания. По своей сложности она превосходила все известные человеческой науке биологические формы, и ее структура, организация внутренних связей, способы хранения и обмена информацией — все несло на себе четкий и неопровержимый след постороннего вмешательства, кардинальных исправлений, улучшений и преобразований, для возникновения которых естественным путем потребовались бы миллиарды лет эволюции…

Вспышка звезды и гипертрофированная, ускоренная мутациями эволюция действительно имели место на этой планете, но между ископаемыми останками многоголовых монстров, обитавших на Рае каких-то пять-шесть тысяч лет назад, и современными существами лежала такая же бездонная пропасть, как между одноклеточным организмом и человеком.

В последние пять тысяч лет кто-то посетил Рай и, взяв за основу местных мутантов, при помощи генной инженерии и искусственного отбора создал тех ксеноморфов, что бродят сейчас под сенью багровых джунглей…

Гея провела ладонью по матовой поверхности темного столба и нажала кнопку.

Раздался тихий шелест сервоприводов, и темная колонна исчезла в полу.

Она повернулась к соседней камере, где лежал Джон.

Еще одна мысль не давала ей покоя. Вмешательство посторонних сил в развитие обитателей Рая, по-видимому, оборвалось также внезапно, как и началось. Кто-то не успел довести до конца начатый эксперимент или же был вынужден бросить работу и улететь. В этом у Геи не возникало никаких сомнений. Иначе они бы нашли тут явные следы недавнего присутствия инопланетных существ, которых попросту не было. Она дала бортовому компьютеру «Пса» конкретное задание, и он проанализировал все банки данных о Рае, в поисках чего-либо рукотворного или аномального, но не нашел ничего, кроме того самого разведывательного рейдера людей, заброшенного сюда волею судьбы тысячу лет назад.

Тогда возникал закономерный вопрос: как в такой короткий срок ксеноморфы эволюционировали в разумных существ?

Все это, вкупе с кошмарами, операциями, тревогой, усталостью и неопределенностью, заставляло балансировать ее сознание на грани безумия.

Гея понимала, что не выдержит дальше подобного состояния.

Она склонилась над камерой, в которой лежал Джон.

Он сделал для Рая все, что мог. Теперь настала ее очередь.

Проведя ладонью по теплому пластику, она в последний раз взглянула на любимые черты.

Потом молча перевела все системы в автоматический режим и не оборачиваясь вышла из зала.

Кабина скоростного лифта стремительно провалилась вниз, унося ее ко внутреннему космодрому «Пса».

Погода над единственным материком Рая совсем испортилась. Небо закрывали плотные, темные облака, от которых к земле тянулась унылая и бесконечная хмарь затяжного дождя.

АРК пробил плотные облака и, поблескивая мокрыми плоскостями коротких крыльев, круто устремился вниз, туда, где среди бескрайнего, волнующегося под порывами ветра моря бурой листвы раскинулась, как уродливое пятно проказы, пятикилометровая прогалина.

Гея с отрешенным видом сидела в кресле пилота. Тесная кабина управления АРК с ее уютным шелестом вентиляторов, привычным попискиванием приборов и разноцветными огоньками на многоярусных консолях казалась усталой женщине самым желанным и безопасным местом во всей Вселенной.

Разведчика вели автопилоты. Она смотрела в серое пространство обзорных экранов на проносящуюся внизу умытую дождем листву и с непонятной грустью думала о том, что, должно быть, на Рай пришла осень.

Все течет… все меняется. Несколько месяцев назад она не могла и помыслить о том, что существует черта, за которой уже не так остро ощущается страх…