Чтение онлайн

Морган сказал в трубку «Хэлло», приятней мужской голос на другом конце провода спросил: «Мистер Морган?» – Да.

– Меня зовут мистер Фаунтин, я из «Фиделити Лоан Кампани», – представился человек. – Я звонил вам домой, но мне никто не ответил. Мы направили вам два извещения о платеже по займу, но ничего от вас не получили. Когда вы сможете заглянуть к нам и помочь разрешить наши проблемы, мистер Морган?

Стефани сидела рядом за столом, всего в двух футах от него. Он почувствовал, как на его лице выступает краска.

– Мне неудобно разговаривать на личные темы по служебному телефону, мистер Фаунтин, – сказал он холодно. – Может быть, я лучше позвоню вам завтра?

– Хорошо, мистер Морган. Я буду ждать вашего звонка завтра в первой половине дня.

Стефани печатала на машинке, делая вид, что ничего не слышит. Морган повесил трубку и пошел к себе в чертежную.

Теперь ему предстояло заняться картой горизонтальной и вертикальной съемок местности. Дважды он вводил в настольный компьютер неправильные данные и использовал неверные цифры в чертеже. Обнаружив ошибки, начинал все сначала.

Нельзя было доводить дело до звонка из компании. Это его очень расстроило – что касается займов, то он был в этом деле отнюдь не новичок. Много раз ему удавалось получить отсрочку в оплате долгов. Жизнь всегда бежит по кругу, особенно в денежных делах – берешь в долг у одной компании, отдаешь другой, скрываешься от кредиторов. Сейчас дошло до того, что уже и негде занять. Он взял в банке максимальную ссуду и теперь был должен сразу двум компаниям.

Если бы только деньги, лежавшие в сейфе принадлежали ему! Каким было бы облегчением отделаться от долгов. Он сразу бы выплатил по закладной за дом…

Морган очень обрадовался, когда рабочий день наконец завершился.

По пути домой Морган вдруг понял, что ни за что не отдаст деньги. Это повергло его в уныние. Он вспомнил, что решение начало выкристаллизовываться, когда он подсчитывал сумму платежей по чекам. Звонок мистера Фаунтина ускорил химическую реакцию, но был отнюдь не единственным катализатором. Просто финансовый пресс сдавил его до предела. Но, как ни странно, он довольно легко одержал победу над собственной совестью.

И тут он понял, что возникла необходимость примирить принятое решение с мыслями, которые владели им еще в конце прошлой недели. После того как он пришел к выводу, что 100 тысяч долларов являются важной уликой против Байрона Аксела Куилла, настало время основательно поразмыслить. Он решил согласиться с точкой зрения Аниты, что Тони Дэгнон всячески станет отрицать тот факт, что он знал о деньгах, отправленных в «Грот», а поэтому невозможно будет предъявить обвинение Куиллу. Аргумент этот сейчас не убеждал Моргана, хотя раньше он держался за него. Словом, он попросту заставил себя прекратить мыслительный процесс.

В миле от дома ему попался мусорный бак. Он затормозил у тротуара, вышел из машины, отпер багажник и достал папку, принадлежавшую остроносому.

Оглядевшись по сторонам, Джим бросил папку в бак, вернулся в машину и рванул с места, будто за ним гналась полиция.

В тот вечер в теленовостях сообщили, что окружной прокурор Кейн представил Большому жюри улики против Тони Дэгнона и его сообщников. По блеску глаз Аниты, слушавшей эти новости, Морган понял, что она тоже непрерывно думает о деньгах. Однако она ни словом о них не обмолвилась. Он кстати тоже.

Перед тем, как лечь спать, Морган дал жене деньги на хозяйственные нужды на следующие две недели плюс 54 доллара.

– Из них четырнадцать в уплату за электричество, заплатить надо немедленно, – напомнил Морган. – Остальные сорок внести в погашение займа в Фиделити Лоан Кампани. Мне сегодня уже звонили оттуда.

– Ты же знаешь, что я терпеть не могу ходить к этим ростовщикам, – заметила Анита, изобразив недовольную гримасу.

– Однако же ты занимаешь у них деньги, – сорвался Морган.. – А я не могу каждый раз сбегать с работы.

– Хорошо, хорошо, дорогой, – успокоила его Анита. – Не надо только кричать.

Что-то часто он стал повышать на нее голос, с неудовольствием подумал Морган. Анита же вместо того, чтобы огрызнуться в ответ, ответила спокойно. Видимо она боится провоцировать его – еще, чего доброго, надумает снести деньги в полицию. Все-таки приятно иметь для разнообразия послушную и покладистую жену.

Он дал себе слово сохранить статус кво, относительно принятого по поводу денег решения.

Во вторник Морган, наконец, пошел на ланч с Клайвом Хэлпертом и Стефани Маккуэйд.

В ресторанчике на Хоуп-стрит, который они облюбовали, было необычно много посетителей, и свободного столика не оказалось. Пока они оглядывали зал в поисках места, Морган увидел знакомого – тучного мужчину, остриженного под ежик.

– В зале сидит знакомый чертежник, он работает в фирме «Ингрехэм и Кроувелл», – сказал он. – Уверен, он не будет возражать, если мы подсядем к нему… Ты один, Джон?

Толстяк обернулся.

– Привет, Джим. Конечно, садитесь ко мне!

– Со мной двое друзей.

– Места хватит всем. – Он поднялся из-за стола навстречу подошедшим Стефани и Хэлперту.

Морган представил их друг другу.

– Джон Мошер, из «Ингрехэм и Кроувелл».

– «Ингрехэм и Кроувелл» наш главный конкурент, – заметил Хэлперт. – По численности сотрудников ваша фирма крупнее.

– За завтраком я предпочитаю не говорить о работе, – с ухмылкой заметил Мошер. – Садитесь, друзья!

Клайв Хэлперт пододвинул стул и усадил Стефани рядом с собой. Морган устроился возле Мошера.

Мошер уже сделал заказ, но официантка вернулась и приняла еще три заказа.

Хэлперт положил меню на стол.

– Как идут дела у вашей фирмы? – спросил он.

– Процветаем. Все, в том числе и брат, занимаются строительством. – Мошер повернулся к Моргану. – Между прочим, Джим, ты знаешь, что я не единственный Джон Мошер в этом идиотском деле?

– Шутишь? – спросил Морган, делая вид, что заинтересовался услышанным.