Чтение онлайн

Утро приносило с собой свои страдания. Сабелле не хотелось вставать. Когда она садилась в постели, ее захлестывали волны тошноты, и она откидывалась обратно на подушки. Запах пищи вызывал рвоту, и скоро Кармелита отказалась от попыток уговорить Сабеллу позавтракать.

Под глазами появились темные круги, она стала худеть. Кармелита, беспокоясь, рассказала обо всем Капли Риксу, и Капли немедленно послал за доктором Ледетом.

Доктор приехал поздним вечером. Каппи и Кармелита вышагивали по коридору за дверью комнаты Сабеллы, уговаривая друг друга, что «все хорошо, иначе не может быть». Как только врач вышел из комнаты, они засыпали его вопросами. Доктор успокоил их. Миссис Бернет, сказал он, страдает от того же, от чего мучаются многие молодые здоровые женщины в первые недели или месяцы беременности. Это очень неприятно, но совершенно неопасно. В любой день тошнота может прекратиться, и она почувствует себя здоровой и счастливой.

Каппи и Кармелита обменялись фразами «Я же тебе говорил» и поблагодарили доктора. Никто из них не говорил Берту, что был врач, поэтому Каппи подскочил от неожиданности, когда поздним вечером Берт зашел к нему.

– Что сказал доктор Ледет? Сабелла... Миссис Бернет больна?

– Нет, все в порядке. Небольшие утренние недомогания. Многие женщины прошли через это. У моей Дженевы было то же самое, когда она была беременна.

– Попроси доктора Ледета приходить сюда раз в неделю до родов.

– Хорошо.

Нравилось Берту или нет, но Каппи каждое утро поднимался по лестнице проведать Сабеллу. Видя ее больной и несчастной, он переживал за нее так, как если бы это была его дочь.

– Милая, мне так жаль, так жаль, – сочувственно шептал Каппи, покачивая седой головой. – Это несправедливо, что женщины должны так много страдать. Не представляю, о чем думает Бог?

Участие Каппи выражалось не только в бесполезных разговорах. Он садился около кровати Сабеллы и заботливо протирал холодной мокрой тряпкой ее потный лоб и бледные щеки, поддерживал ее своими натруженными руками, когда Сабелла мучалась от болезненных приступов рвоты. Когда же боль проходила, он убаюкивал ее, как маленькую девочку.

Неослабевающая забота и нежность Каппи не ускользнули от внимания Кармелиты. С самого начала ей понравился этот управляющий. Она восхищалась им и уважала его. Впервые после смерти любимого мужа Виктора Кармелиту потянуло к мужчине, но она никому об этом не сказала ни слова. Она нравилась Каппи, это точно; но он тоже не выдавал своих чувств.

А почему он должен относиться к ней с особенным вниманием? Осталась в прошлом ее тонкая девическая фигура, в черных волосах появились серебряные нити. Надо признать, думала Кармелита грустно, что она всего лишь полная мексиканка средних лет, и ее единственное занятие – ухаживать за молодой, прекрасной, а сейчас к тому же беременной Сабеллой Риос Бернет.

Кармелита и Каппи были не единственными, кто проявлял заботу о Сабелле. Как когда-то обещал Берт, ее опекал целый штат прислуги. Доктор Ледет приходил каждую неделю, хотя, по мнению Сабеллы, в этом не было необходимости. Когда утренние недомогания остались в прошлом, Марта стала готовить самые аппетитные блюда на завтрак, который ей приносили в постель.

Как только Сабелла выходила из комнаты, немедленно появлялся Блантон, чтобы помочь ей спуститься по лестнице. Если ей хотелось посидеть на солнышке в южном дворике, он следил, чтобы Сабелла была тепло укутана, а если она собиралась на пляж, он осторожно сводил ее по крутым ступеням. Все нянчились с нею, как с беспомощным ребенком.

Все, кроме Берта. Он, казалось, совсем не обращал на нее внимания.

Однажды она не видела Берта целый день, потом еще несколько дней. Как-то лежа без сна в огромной и пустой кровати холодной ночью в начале февраля, Сабелла подсчитывала, сколько дней прошло с тех пор, как она последний раз видела Берта Бернета. Четыре. Целых четыре дня и четыре ночи.

Вздохнув, Сабелла перевернулась на живот и сказала себе, что будет хорошо, если она увидит Берта не раньше чем еще через четыре дня. Или через восемь. Или никогда.

Она закрыла глаза и устроилась поудобнее, но сон не приходил. Сабелла повернулась на спину. Неудобно. Она повернулась на левый бок. Потом на правый.

В конце концов Сабелла отбросила одеяло и вылезла да постели. Накинув поверх ночной рубашки голубой шелковый халат, она решила спуститься в библиотеку и взять что-нибудь почитать.

Пройдя по слабо освещенному тихому коридору, Сабелла спустилась по лестнице и пересекла большой холл. Высокие напольные часы пробили два раза. Подойдя к библиотеке, Сабелла увидела узкую полоску света из-под прикрытой двери.

Она хотела уйти, но потом раздумала. Слуги, вероятно, забыли сегодня вечером потушить свет, решила она.

Сабелла осторожно заглянула в библиотеку, и ее сердце сжалось. В бордовом кресле с прямой спинкой сидел Берт. Он крепко спал. На его коленях лежала толстая книга, и еще несколько в беспорядке валялись на полу.

Сабелла тихо подошла ближе, вгляделась в его спящее лицо, затем наклонилась, чтобы посмотреть, что он читал.

«Дополнительное правило – это закон, устанавливающий, что поверхностные, а также грунтовые воды должны...» Гидрология.

Он пытался найти выход, понять, как добыть воду на ранчо. Во время медового месяца Берт рассказывал об исследованиях по опреснению океанской воды, проводимых гидрологами. Это кардинально изменило бы ситуацию, но пока есть всего лишь проекты.

Сабелла с любовью посмотрела на мужа. Она не боялась, что он проснется. Он слишком устал для этого. В комнате было холодно, ей захотелось укрыть его, но она не посмела.

Неожиданно она обратила внимание, что пальцы Берта сжимают какой-то предмет. Это была увядшая роза. Сердце Сабеллы отчаянно застучало.

Той ужасной ночью, когда Берт узнал правду, на Сабелле было розовое бархатное платье, а в волосах – кастильская роза, та самая роза, которую сейчас держит Берт.

Сабелла медленно попятилась. Сердце ее разрывалось от сострадания и любви, в нем впервые затеплилась надежда.

У дверей Сабелла остановилась. Она узнала кресло, в котором сидел Берт. Это было «кресло забот».

Наконец начались зимние дожди, но они принесли лишь временное облегчение сухой, твердой земле. Понимая, как важно сберечь каждую каплю воды, работники ранчо трудились под холодным моросящим дождем долгими часами: расчищали мелкие ирригационные канавы от камней, строили временные емкости для воды, перегоняли скот на немногие оставшиеся травянистые луга.