Чтение онлайн

— Никто, Великая.

По пути в кабинет Каннон больше не задавала вопросов. Она вдруг вспомнила один из отчетов провидцев о желтом тумане и солдатах, чьи тела разлагались за считанные секунды. Вероятность событий была пятьдесят процентов. Почему Каннон не придала значение этой ветви будущего, она прекрасно осознавала. Во-первых, оно было единственным — другие провидцы подобного не увидели. А во-вторых, Каннон сочла это видение слишком далеким, потому что оно крайне походило на пророчество Ямины. Но она и помыслить не могла, что это произойдёт так скоро.

Она вошла в кабинет, проследовала к столу, села, прижав ладонь к губам и вопросительно глядя на Рахаса. Тот поспешил положить перед ней папку с отчетами.

— Великая, что передать Жафеку? Какие наши дальнейшие действия?

— Я сама позвоню в штаб, ты же отдай приказ подготовить как можно больше костюмов химзащиты и противогазов и отправить все немедленно в штаб. Газ, пусть даже кислотный, не самое страшное оружие — плохо, что мы не были к этому готовы. Пригласи Стража, хочу знать, что произошло в Империи в мое отсутствие. И еще. С ледокола "Марута" есть какие-то новости? Азиз Игал не собирается вернуться на материк?

— Об Азизе Игал пока ничего не передавали. Но был звонок от Найда Родоски. Он сообщил, что вернулся Сэдэо Масааки. Вернулся через экстренный проход и один. Карим Абакар и Азиз Игал отправились на поиски камня для посоха Авара. По словам Сэдэо, им известно местонахождение камня.

— Даже так? — Каннон удивленно вскинула брови. — Отлично! Хоть одна хорошая новость за сегодня. Ждем их возвращения. Но, едва камень окажется у нас, Азиза Игал нужно схватить и доставить в подземелье императорского дворца для допроса. Впрочем, Рахас, ты можешь быть свободен. Это я поручу Стражу, пригласи его.

Рахас с готовностью кивнул и покинул кабинет Бодхи Гуру.

Великая Милосердная какое-то время сидела, обдумывая ситуацию у портала. Как остановить темных ракта и исключить любую возможность для их дальнейшего наступления. Если они продвинут войска к территориям кланов, то могут захватить источники Вайш, чего ни в коем случае нельзя допускать.

Каннон взглянула на часы — сегодня вечером начнут прибывать бойцы из кланов. Преимущество в силе в любом случае на их стороне. А если самозванцу и Кариму удастся раздобыть камень и создать посох, о тёмных ракта можно будет забыть. Но пока посоха нет, нужно уничтожить всех, кто пересёк и пересечет барьер между мирами.

Каннон задумчиво посмотрела на карту Хемы на стене — пора доставать из резерва ОРМ боевые сурираты.

Гора Меру, селение презренных у реки Шишира

Все эти дни Амали думала о побеге. Пыталась развязать руки, пыталась избавиться от ошейника — но все впустую. Единственное, чего она этим добилась — растерла руки до крови.

Дни тянулись медленно и полнились тягостным ожиданием вперемежку с отчаянием. Четыре стены сторожки, холодный пол, ржавое ведро, куда Амали приходилось справлять нужду — весь мир сузился до этих вещей. И позволяла ей справиться с этими тяготами только надежда. Но с каждым днем ее становилось все меньше.

Дважды в день Бор и Ханил приходили в хижину, приносили ей дурно пахнущую похлёбку, развязывали руки, позволяя размять их, но при этом, стоило ей сделать шаг к двери, как мучители хватались за ножи. А после они набирали номер Азиза, и каждый раз телефон был отключён. Но сегодняшний вечер все изменил.

Амали еще издалека услышала злобные ругательства Ханила и поддакивающего ему Бора. Сразу поняла, что это не к добру. Ханил влетел первым в сторожку и сразу же набросился на нее.

— Ты нас обманула, мерзкая шлюха! — Ханил грубо схватил ее за лицо. — Никакой судшанты у Азиза Игал нет!

— Но… — в отчаяньи забилась Амали, пытаясь вырваться и возразить, но Ханил ей не позволил.

— Единственная Амали из Накта, которую знают в Сорахашер, — брызжа слюной, прошипел он, — была сбежавшей судшантой погибшего нары. И никому она там не нужна. Мне так и сказали: — Никто и ратана за нее не даст!

Амали в отчаянии всхлипнула, судорожно пытаясь освободить руки. Но грубая веревка еще больше впивалась в раны на коже. Последние капли надежды испарились, оставив в ее душе безжалостную пустоту. Теперь они ее точно убьют. Изнасилуют и убьют.

Неужели это всё? Неужели ей пришлось столько всего пережить, чтобы умереть здесь, в грязном сарае от рук ублюдков презренных?

— Что ты молчишь?! — злая усмешка Ханила, хлёсткая пощёчина, которая вмиг заставила Амали взять себя в руки.

— Нужно сразу было прибить тебя еще там, у реки! — взорвался Бор от негодования. — Бесполезная! Даже Вайш тебя не продашь! Ракшасова шлюха!

Амали молчала, отрешённо наблюдая за ними. Нет. Она просто так не сдастся. Она не позволит себя убить!

— Отпустите меня, — холодным тоном сказала она. — У меня есть амулет Авара. Я отдам вам амулет, в обмен на мою свободу.

— Опять врешь? — зло скривился Ханил, пригрозив ей кинжалом.

— Нет, это правда. Я спрятала амулет у реки. Отпустите, и я скажу, где он. Амулет стоит намного больше, чем я. Продадите его и ни в чём не будете нуждаться.

Ханил и Бор переглянулись. Ханил кивнул в сторону двери, вышел, Бор последовал за ним. Амали слышала только обрывки фраз, но главное она уловила. Они ее не отпустят. Отберут амулет, а после все равно сделают то, что задумали. Они ее убьют. Ракшасовы твари. Нужно выбираться. Нужно вспомнить все свои навыки, все чему ее учили и бежать. Надеяться, кроме как на себя, больше не на кого. Она никому не нужна.

От этих мыслей в носу защипало от слёз, но она быстро взяла себя в руки. Нельзя себя жалеть.

В хижину вернулись Бор и Ханил. Рожи у них были довольные, хитрые, но выдающие все их мысли насквозь.

— Хорошо, отдавай амулет, и мы тебя отпустим, — сказал Ханил.

Амали кивнула:

— Я спрятала его в том месте, где купалась. Отведите меня туда, и я вам его отдам.

Они снова переглянулись, Ханил кивнул, с Амали сняли ошейник, но руки не развязали.

До поляны у реки, где она оставила амулет, они шли молча. Амали продумывала побег. Как только ей развяжут руки, она их убьет. Только бы хватило сил.