Чтение онлайн

– Таким образом, было установлено, что за вашими передвижениями несколько дней следили люди, находившиеся как минимум в двух автомобилях. Вот фотографии автомобилей. По номерам мы установили, что оба автомобиля принадлежат службе охраны банка «ОТР-банк». Полагаю, что люди из охраны банка выполняли задание своего начальства, иначе бы они не использовали служебные автомобили.

– То есть меня шантажирует банкир? – изумленно подняла брови Валерия.

– Или кто-то из его окружения, – уточнил Тавров. – Хотя нельзя исключить, что слежка вообще не связана с шантажом.

– А номер, с которого мне звонит шантажист? – спросила Валерия. – Тут что-нибудь удалось выяснить?

– Увы! – вздохнул Тавров. – Как и следовало ожидать, номер зарегистрирован на человека, который уже полгода как умер. Видимо, телефон украли, или же его продали вместе с сим-картой наследники. Таких телефонов на любом рынке море.

– Ну хоть откуда он звонит? Это выяснили? – с раздражением поинтересовалась Валерия. – Я слышала, что местонахождение мобильного телефона можно определить с точностью до метра.

– Иногда да, – подтвердил Тавров. – Все зависит от метода реализации системы позиционирования. В нашем случае эксперт смог определить лишь, при помощи какой базовой станции осуществлял связь телефон шантажиста. Но это мало что дает: значение точности местоположения абонента варьируется от двухсот метров в черте Москвы до двадцати километров в сельской местности и на трассах. Кстати, не факт, что обслуживающая базовая станция действительно ближайшая к абоненту: возможно, что сигнал ближайшей станции по каким-то причинам идет с помехами, и телефон абонента использовал сигнал более дальней станции, но без помех.

– Короче, как метод радиуглеродной датировки с его разбросом на столетия, – заметил я.

– А слежка? Сегодня за мной следили? – спросила Валерия.

– Нет, – отрицательно качнул головой Тавров. – Последние два дня слежка не зафиксирована. И если предположить, что слежку вели по приказанию шантажиста, то тут может быть два объяснения: либо шантажист уверен, что вы никуда не денетесь; либо слежку поручили другим, более профессиональным людям. Поскольку каждый день мой специалист проверял вас и ваш телефон на наличие жучков, такой вариант контроля ваших связей и передвижений можно исключить. Хотя нельзя исключить, что за вашими передвижениями следят по сигналам вашего мобильного телефона. Возможно, что телефон также прослушивают. Подчеркну: скорее всего, это не так, но подобные варианты исключать нельзя. Поэтому при планировании дальнейших мероприятий будем считать, что шантажист знает о том, что вы обратились за помощью ко мне.

– Это что-то меняет в ваших планах? – занервничала Валерия.

– Нет, ничего существенного! – заверил Тавров. – Просто мы откорректируем с учетом вышеизложенного то, что ранее запланировали.

Уклончивый ответ Таврова, да еще с использованием казенных оборотов речи, лично на меня произвел неприятное впечатление. Думаю, что подобное движение чувств Тавров уловил и в Валерии, потому что тут же спросил:

– Вы телефон уже включили?

– Нет.

– Так включайте и идите к Кате, выпейте кофе. Как только позвонит шантажист, то тут же ко мне – с ним теперь буду разговаривать я.

Валерия вышла из кабинета. Тавров плотно прикрыл дверь и повернулся ко мне.

– Нам никак не удается выйти на шантажиста, используя технические средства, – посетовал он. – Мы даже не знаем, имеет ли отношение к шантажу следившие за Валерией сотрудники охраны банка. Да и зачем шантажисту следить за Валерией? Он не киллер и не похититель, чтобы выяснять маршрут и график жертвы. Ему нужно лишь максимально обезопасить момент получения того, чего он хочет, – только и всего.

– Что же вы планируете делать? – спросил я.

– Раз шантажист потерял терпение, то наша первейшая задача – обезопасить клиентку от слива компромата, – заявил Тавров. – Это надо сделать любым способом.

– Точно! – обрадовался я, предвкушая, как сейчас дам разгуляться своему творческому воображению. – Я предлагаю такой ход: использовать сотрудника милиции Кольцова и дело об исчезновении Гардина. Скажем так: при расследовании исчезновения Гардина были получены доказательства причастности Валерии Витольдовны к похищению бронзовой статуи из квартиры Гардина. Она договаривается о передаче статуи шантажисту, но бдительные оперативники перехватывают машину со статуей на глазах у шантажиста. Все! Статуи у Валерии нет, сама она под подпиской о невыезде до конца расследования, которое может тянуться долго. А шантажисту остается искать новые ходы к статуе. Ну а там, глядишь, мы найдем и истинную похитительницу статуи. Как план?

– Вчера по телевизору сериал смотрел? – язвительно осведомился Тавров. – А если у шантажиста свои осведомители в милиции? Если шантаж организовали ребята из службы охраны «ОТР-банка», то наверняка у них есть свои источники в органах. Да и Кольцову одному не под силу организовать такой спектакль, придется привлекать еще людей – да он с ними вовек не расплатится! Нет, так не пойдет! Надо действовать проще и исходить из ограниченных средств.

– Проще? Пожалуйста! – немедленно откликнулся я. Меня несло на волне вдохновения, я словно писал новый захватывающий детектив. – Ограниченными средствами? Хватит и одного человека. Так пойдет?

– Это как? – удивился Тавров.

– Нет ничего проще правды, и чтобы ее сказать, достаточно одного человека, – пояснил я. – Короче: вы встречаетесь с шантажистом в качестве представителя Валерии Витольдовны и предъявляете ему доказательства того, что статуи у жертвы шантажа нет и никогда не было.

– Да пойми ты, чудак-человек, – принялся втолковывать мне Тавров. – Шантажисты не ведут переговоров. Они действуют как средневековые бандиты, по принципу «кошелек или жизнь». И другого выбора быть не может! Ему нужна статуя – и точка!

– Если статуи у Валерии действительно нет, то что он получит, слив на нее компромат? – возразил я. – Статую не получит точно, зато те деньги и время, которые он потратил на получение компромата, можно считать пропавшими: компромат имеет ценность до тех пор, пока он не использован. Если шантажисту реально нужна статуя, то он действительно захочет выяснить ее реальное местонахождение. Это же не обуреваемый жаждой мести обиженный человек, которому зачастую все равно: виноват ли реально объявленный виновным человек. Ему нужна не скомпрометированная жена крупного бизнесмена, а древний артефакт. Надо попробовать убедить шантажиста, что он ищет не ту женщину.