Чтение онлайн

Стоя на плоту, он нёсся встречь непроходимому перекату. Плот сигал меж бешеных бурунов и камней, стремительно мелькал шест в его руках. Он боролся, ловил стрежень потока… а потом, лёг на плот и ушёл навсегда по реке…

Она до вечера бежала вниз по течению, но так и не нашла его. А когда вернулась в избушку, прочла прощальную записку; увидела табор эвенков рядом с рекой, справляющих тризну по своим обычаям великому Амикану. Они выполнили его наказ: вывели её к людям…

Вера очнулась от нахлынувшего и опять заговорила:

— Нами уже куплены сотни заводов и фабрик конверсии, не считая мелких предприятий… В любой час казаки и патриотические силы России получат новейшее оружие, подобного которому нет в мире… вплоть до стратегического и астрального…

Наши учёные обрели волю и смысл, — они создали оберег Отечеству в короткое время. Мы обязаны, мы должны разрушить гнусный план колонизации России, не дать раздробить её на 53 концлагеря, мы не должны позволить окончательно уничтожить русский генофонд, русскую нацию…

Мы — землепашцы и скотоводы, но когда грозит беда… перекуем орала на мечи… Теперь — мы святые воины! Не отдадим и пяди земли, политой кровью наших пращуров… — Вера поднялась…

Атаман вскинул над головой насеку, и громыхнуло трижды:

— Клянёмся!!! Клянёмся!!! Клянёмся!!!

Было уже всё готово, просчитано до мельчайших деталей на мощных компьютерах… Под голубыми касками ООН, в транспортных самолётах НАТО томились в ожидании полки и дивизии.

Взлетели с аэродромов тяжело гружёные бомбами и ракетами, невидимые для радаров неуязвимые «летающие крепости»… Подводные лодки и авианосцы, словно к большому магниту, стягивались к России.

Через спутники, из разом взмывших челночных космических кораблей близко просматривалась вся огромная земля, желанная колония с набитыми богатствами недрами.

Президент в смокинге сидел в своём командном бункере, смотрел на часы и держал в руке ключ Войны… За его спиной плотно стояли военные, заворожено глядя на его руку.

И вдруг, все вздрогнули от неожиданного звонка правительственного телефона, взревевшего надрывисто и необычно. Президент нехотя поднял левой рукой трубку и тут же сжал в правом кулаке ключ. Он услышал спокойный женский голос с русским акцентом, подбирающий слова:

— Президент! Остановитесь! Я уполномочена предостеречь вас. Через минуту отключатся все электростанции Америки. Через две минуты — выйдет из строя вся ваша электроника на Земле и в космосе… Через три минуты все ваши самолёты и корабли повернут назад, чтобы атаковать вас же… Я вынуждена применить астральное оружие! Смотрите на часы. Отсчет начался… Остановитесь!

— Я… жду, минуту, — хрипло и недоверчиво ответил он…

— Телефон — на автономном питании. Связь с вами я не отключаю.

В бункере медленно погас свет и тускло загорелись аварийки. Президент поднял трубку прямого провода со своей резиденцией и услышал испуганный голос жены:

— Что случилось? Отключен свет! Город во тьме. Я боюсь! Мне страшно!

— Спокойно, дорогая…

Он не успел договорить… В командном бункере взбесились компьютеры, они вдруг чётко и ликующе, мальчишьим голосом проговорили все разом: «Привет от русских хаккеров из Мытищ!!!»

— Что такое Мытищ?! — обернулся Президент к директору ЦРУ.

— Это пригород Москвы… По нашим данным там делают автомобильные прицепы…

В компьютерах стало что-то лопаться, сгорать… дымная вонь ударила в ноздри…

— Президент! У вас ещё минута, — дошел до него уверенный женский голос. — Теперь в вашей системе управления войсками оставлен один канал, чтобы вы им воспользовались.

— Да!!! Да!!! Чёрт возьми! — он резко выпрямился, приняв решение, и, нажимая кнопку отбоя, спохватившись,

прокричал в трубку: — Но как вернутся наши самолеты и космические челноки без электроники?!

— Это ваши проблемы… я их не посылала. Передаю трубку руководителю Астральной программы.

— Президент! — ровный молодой голос был спокоен. — С вами говорит русский учёный Георгий Родзаевский.

Ваши ядерные боеголовки заблокированы нами. Приборы посадки у ваших самолетов и челноков оставлены в рабочем состоянии. Начинайте конверсию!

— Да… Господин Георгий…

Федьку Рябова выгнала жена. Грозила, терпела Нюрка, да терпение лопнуло. Сколько лет билась одна, каждую копейку берегла, чтобы дом был не хуже, чем у других: ночи простаивала в очередях за коврами да гарнитурами, книжек разных модных понавыписывала, хрусталя по блату натащила, а всё одно.

Пусто было в шикарной квартире у девки-вековухи. Вот и пригрела залётного буровика, обмыла, откормила и нахвалиться сперва не могла какой у неё Федя добрый и красивый мужик. Все уши прожужжала подругам, видя и радуясь их бабьей зависти.

А он и впрямь, на домашних-то пирогах, раздался, высокий, крепкий, с непомерно большими кистями рук, в цветастой рубахе и зачёсанными назад соломенными волосами. Фёдор казался могучим корявым стволом того дерева, которое Нюркино окружение всеми силами пыталось отполировать, подогнать под свой колер и лоск.

Но дуб, как известно, дерево крепкое и очень долго держит в себе сок родной земли. Вот этот русский сок и бродил в Фёдоре, лак-то не приставал, то там, то здесь выпирала из него земляная натура, шершавая, колючая и никому не нужная правда.

А чтобы не болтали почем зря, сговорила его Нюрка расписаться, сделать всё, как у людей.

Пожил Фёдор, пожил и ну выкидывать штучки! Притащил в квартиру бездомную грязную собаку и кормил её из сервизной тарелки прямо на ковре.

На банкете, куда были приглашены важные люди из горторга, долго внимал их наставлениям, как нужно умело жить, кивал головой, поддакивал, а лицо выражало такое открытое презрение, что Нюрку передёргивало.