Чтение онлайн

— Но зачем ей это понадобилось? — недоуменно спросила Холли. Вряд ли Айрис задумала это как злую шутку, чтобы унизить ее и причинить ей боль. — Она ведь видела, как мы с тобой расстались.

— Именно поэтому, — вздохнул Питер. — Айрис вообразила, что это она во всем виновата, тем более когда узнала, что Сильвия нам больше не помеха. Вот она и решила, что достаточно свести нас вместе, а природа и чувство довершат все остальное. Правда, она выразилась немного по-другому… Похоже, моя дочь не такой уж ребенок, каким я ее считал. В каких-то отношениях она даже более зрелая, чем ее папаша.

Холли в смятении прижала руки к пылающим шекам.

— Она, должно быть, считает меня первостатейной шлюхой.

Питер понял ее смущение и ласково привлек к себе.

— Напротив, она считает тебя очень славной женщиной, от которой ее отец просто без ума, — утешил он, целуя Холли в кончик носа. — Кстати, она просила тебе передать, что не нарушала данного тебе обещания. Глупостей она никаких не наделала, и ее подвело лишь то, что она утащила домой гроссбух. Если бы я его не обнаружил, тоникто ни о чем и не узнал бы.

— Боже мой! — простонала Холли. Юная эрудитка снова ухитрилась взять над ней верх. Однако сейчас ее занимали совершенно другие мысли. — А что, если бы она ошиблась, и ты бы не захотел меня видеть?

Питер расхохотался.

— Радость моя, девочка сначала любовалась на то, как я тебя чуть не прирезал, а потом ей пришлось смириться с тем, что ее очумевший от безысходности папаша только о тебе весь вечер и говорил, глуша при этом виски лошадиными дозами. У нее, как ты уже догадалась, аналитический склад ума, так что выводы она сделала правильные. Айрис прекрасно разобралась в том, как я поступлю, стоит тебе попасть в мои руки.

— Придушишь меня?

Питер крепче прижал ее к себе и наклонился к самым губам.

— Никогда не отпущу.

— И не надо! — Прикосновение сильных рук и теплые губы на ее губах были для Холли подлинным благословением.

— Так ты готова принять мою дочь? — еле слышно шепнул Питер.

— Я уже полюбила ее как родную, — чуть смущенно отозвалась Холли.

— Я имею в виду, принять как свою собственную дочь, — пояснил он. — По-моему, все дети в одной семье должны называть матерью одну женщину. — Почувствовав, как напряглась Холли, Питер покачал головой. — Неужели ты думаешь, что я не предложу любимой женщине выйти за меня замуж? В особенности если она такая, как ты, и все время норовит от меня ускользнуть. Ты что, держишь меня за полного идиота?

Лицо Холли просияло от счастья.

— По-моему, ты не идиот, а самый настоящий гений. За это я тебя и полюбила.

Она впервые произнесла эти слова вслух, однако никакой романтической реакции не последовало. Питер лишь приподнял бровь.

— Докажи.

Холли расхохоталась. Сбросив босоножки, она потащила его в спальню и игриво бросила на кровать. Питер тихонько шепнул:

— В тот раз, когда моя Джульетта была со мной, она оказалась слишком горда, чтобы принять что-то от меня. Надеюсь, сейчас все будет по-другому.

— Гордость превыше всего, — напыщенно произнесла Холли.

— Мне ли этого не знать, — улыбнулся Питер и легко провел пальцем по нежным губам любимой. — Так как же? Ты готова смягчить ради меня эту малоудобную черту своего характера хотя бы на сегодня?

— А у тебя еще сохранился тот великолепный браслет? — поддразнила Холли.

Глаза Питера торжествующе блеснули.

— Так у тебя все же нет никакой аллергии на золото? — Она покачала головой, и он, вытащив один из ящиков прикроватной тумбочки, вытряхнул из него целую кучу шкатулочек. Раскрывая их по очереди, он принялся осыпать Холли целым шквалом драгоценностей: браслетами, кольцами, серьгами, ожерельями, — ослепительно засверкавшими на фоне ее черного платья.

— Питер! — смеясь, запротестовала Холли, отбиваясь от золотого дождя.

— Тебе этого мало? — И он обрушил на девушку новую порцию украшений. Холли уже просто изнемогала от смеха.

— Я купил все это, потому что у тебя нет никаких украшений, только я не знал, что тебе нравится, — неожиданно серьезно сказал Питер. — Мне хочется дать тебе все, понимаешь? — С нежностью произнес он. — Себя, свою жизнь, любовь, детей… все, что в моей власти подарить тебе. — Он достал последнюю вещицу, завернутую в несколько слоев папиросной бумаги, и осторожно развернув, извлек тоненькое старинное золотое колечко с тремя скромными бриллиантиками, уложенными в ряд. Холли, стряхнув с себя украшения, села и стала внимательно рассматривать кольцо.

— Это обручальное кольцо моей матери, а до нее оно принадлежало моей бабке, — пояснил Питер. — Отец сохранил его для меня после маминой смерти, чтобы я отдал его своей будущей жене. Сид объявила, что оно слишком старомодное и бриллианты слишком маленькие, а Сильвии я его даже не показывал. Сам того не зная, в течение последних пятнадцати лет я хранил его для тебя…

— Оно прекрасно, — дрожащим голосом произнесла Холли. — Светлое напоминание о любви прошедших поколений.

Питер надел кольцо на тонкий пальчик Холли.

— Я так и знал, что тебе оно будет впору.

— Маленькое, простое и незаметное? — лукаво поддразнила Холли.

— Тонкое, редкое и драгоценное, — отозвался Питер и опрокинул ее на кровать. Бесцеремонно стряхнув с покрывала свои щедрые дары, он приготовился к самому серьезному делу, которое было у него сейчас, — к любви.

— А ты знаешь, что мы с тобой подтвердили одну довольно банальную аксиому? — сказал он, поднося к губам руку Холли и нежно целуя кольцо.

— Какую же? — мечтательно прошептала она, готовясь принять его самый бесценный дар.

— Что каждому человеку раз в жизни достается счастливый билет. И надо только поверить в это и не упустить свою удачу, — нельзя позволить этой капризной гостье промчаться мимо твоей судьбы.

— Вот вы где!

Дверь библиотеки, где Холли с Грейс ненадолго уединились, чтобы отдохнуть от праздничной суеты, распахнулась, и вошел Питер.