Шрифт:
1
Бетти открыла дверцу холодильника, вынула помещенный в специальную пластиковую форму торт и поставила на кухонный стол. Сняв с контейнера прозрачную крышку, она несколько мгновений любовалась произведением своих рук.
Бетти Уинклесс, редактор популярного Нью-Йоркского журнала «Тауни» («Горожанин»), когда выпадало свободное время, очень любила испечь что-нибудь вкусное, сладкое, с избытком калорий. Она обожала разного рода торты и пирожные, тем более что употребление подобных деликатесов никак не отражалось на ее изящном телосложении. В свои двадцать девять лет Бетти была так же стройна, как в юности.
Почти весь нынешний уикенд она готовила этот торт, рецепт которого некогда изобрела лично и даже название придумала – «Каприз».
Бетти все сделала сама от начала до конца: испекла бисквитные коржи, один с добавкой молотого кофе, затем пропитала их коньяком, смазала собственноручно взбитым шоколадно-сливочным кремом и посыпала орехами. Верх своего кулинарного произведения Бетти украсила кремовыми завитками и коническими фигурками из подсушенного в печи безе.
Этот торт очень любил Майкл.
Вспомнив, с каким восторгом тот встречал ее появление с любимым лакомством на подносе, Бетти прикусила губу, сдерживая подступающие к глазам слезы.
Сегодня был день рождения Майкла, и Бетти уже третий раз отмечала эту дату без виновника торжества.
Собственно, она даже не знала, жив ли Майкл. Но, конечно, очень надеялась, что это так. И хотя прошло уже более двух лет со дня его исчезновения, сердце подсказывало Бетти: отчаиваться рано.
Майкл Эшбрук был единственным, сыном Джорджа Эшбрука, банкира с Уолл-стрит. Когда Джорджа разбил инсульт, Майкл стал фактическим управляющим делами банка. И только он мог понять то немногое, что был в состоянии произнести отец. Поэтому Майкл постоянно советовался с Джорджем, который не потерял ясности рассудка, хотя почти лишился способности самостоятельно передвигаться и говорить.
Особенно усилилась связь сына с отцом после трагической гибели Аманды Эшбрук – матери Майкла и жены Джорджа. Несчастье произошло в черный для Америки вторник – одиннадцатого сентября две тысячи первого года. У Аманды был собственный бизнес и офис в Центре международной торговли, и на беду, подобно сотням других пострадавших, она находилась в здании, когда в него врезался самолет.
Случилось это примерно за пять месяцев до того дня, когда загадочно сгинул Майкл.
Порой Бетти думала, что в каком-то смысле Аманде повезло, потому что ей не суждено было узнать о загадочном происшествии с сыном, и таким образом на ее долю выпало меньше переживаний. Аманда была сильной женщиной, однако в свое время ее потрясла внезапная болезнь любимого супруга. А если бы к этому прибавилась запутанная история, предшествовавшая бесследному исчезновению Майкла… Все вкупе могло сломать и более закаленного человека.
Грустно вздохнув, Бетти тряхнула головой, чтобы развеять хмурые мысли, затем подхватила торт и понесла в гостиную.
Там ее ждал Мэт, родной брат и одновременно давний, еще со студенческой скамьи, приятель Майкла. Сегодня Мэт прибыл один, так как его невеста Дженнифер уехала погостить к матери в Бостон.
Мэт и Майкл были ровесниками, обоим в этом году исполнилось тридцать пять. Только Мэту в марте, а Майклу…
А Майклу сегодня, подумала Бетти, изо всех сил удерживая на губах улыбку.
– О-о! – восхищенно протянул Мэт. – Вот это торт! Нынче, сестренка, ты превзошла самое себя. Только не великоват ли он для двоих?
Бетти поставила торт в центре накрытого для кофе стола и чуть смущенно улыбнулась.
– Да, есть немного. Понимаешь, подсознательно я рассчитывала на как минимум четверых. То есть на тебя с Дженнифер и на нас… – Слегка запнувшись, она продолжила:
– И на нас с Майклом. – Бетти взглянула на Мэта. – Только не подумай, что я окончательно повредилась вот здесь. – Она постучала пальцем по своему виску. – Разумеется, я не ждала, что именно сегодня Майкл вдруг примчится из голубой дали. Хотя, согласись, это было бы чертовски здорово, верно? Представь себе, неожиданно открывается дверь и входит Майкл!
По-видимому, описываемая картина так ярко вспыхнула в мозгу Бетти, что она даже покосилась на ведущую в коридор дверь, будто впрямь ожидая увидеть на пороге Майкла. Впрочем, подобное не представлялось чем-то невероятным, потому что у Майкла был ключ от этой квартиры.
Но, к сожалению, чуда не произошло. Дверь по-прежнему оставалась закрытой.
– Ох и задал бы я ему! – проворчал Мэт. – За то, что столько времени не подавал о себе весточки.
Мэт, пожалуй, был единственным из всех знавших Майкла, кто, как и Бетти, не верил, что тот погиб. И позиция брата придавала ей уверенности. По истечении стольких месяцев одиночества Бетти очень нуждалась в поддержке.
Потому что ее приятельницы давно уже твердили, что пора забыть былую любовь и начать жить заново.
– Пойми, жизнь продолжается, – говорила очередная подружка во время периодически возникающего разговора. – Нельзя ставить на себе крест. Ты молода, умна, красива. У тебя хорошая работа. И вообще, есть все для нормальной жизни. Так не лишай себя ее! Не ограничивай круг своего общения. Тебе нужно больше бывать на людях, знакомиться с парнями.
Авось кто-нибудь и затронет твое сердце.
На этом месте душеспасительной беседы Бетти обычно уходила в себя, словно устанавливая между собой и приятельницей незримый барьер.
Иными словами, все увещевания были впустую. Со временем Бетти начала избегать как подобных разговоров, так и тех, кто их заводил.
Тем приятнее ей было общаться с Мэтом, который ни разу не посоветовал забыть Майкла и окунуться в некое новое существование.
– Ладно, ты уж не напускайся на него слишком, когда он появится, – улыбнулась Бетти, отрезая большой кусок торта и протягивая его Мэту на тарелочке. – Мы ведь не знаем, почему Майкл не дает о себе знать. Мало ли бывало случаев, когда люди теряли память, или впадали в кому, или… – Ее голос дрогнул, и она умолкла. – И потом, должны быть очень веские причины для того, чтобы человек вдруг все бросил и удалился в неизвестном направлении.
– К тому же имея банк и зная, что больному отцу очень трудно им управлять, – хмуро добавил Мэт. – Разумеется, у мистера Эшбрука есть менеджеры, но… – Не договорив, он поближе придвинул тарелку и отломил ложечкой первый кусочек торта. – Ммм… на вкус даже лучше, чем на вид. Плесни мне кофе, пожалуйста.
– Ох, прости, – спохватилась Бетти. – Тебе без сахара, или положить пару кусочков?
– Не нужно.
Наполнив чашку горячим ароматным напитком, Бетти поставила ее перед Мэтом.
– А помнишь, как ты нас познакомил?