Чтение онлайн

— Ир, готова? — я застегнул свою кожанку и стал распихивать магазины по карманам.

— Наверное, — неуверенно произнесла Ира.

Я взял её за плечи и посмотрел в глаза:

— Всё будет нормально. Мы выберемся. Главное, слушайся меня, поняла?

— Да, — коротко ответила Ира. Лицо её выражало решимость.

— Тогда за мной, — взяв карабин, на котором теперь был установлен подствольный энергоблок, я открыл дверь, и мы выскочили на лестничную площадку.

Сбежали вниз по парадной лестнице. Я приказал Ире ждать в холле за колонной, а сам зашагал к стеклянным дверям, ведущим на улицу. В лицо светил прожектор, и я с трудом мог разглядеть, что делается снаружи, однако расположение техники и живой силы противника примерно представлял.

Двери вылетели градом стеклянных осколков, выбитые энергетической волной. Таблетка работала, и ближайшие час-полтора мои способности по управлению альфа-энергией будут на максимуме.

Я вышел на улицу и один за другим выпустил из энергоблока все три заряда по центральной бронемашине. По мне открыли огонь со всех сторон. Не обращая внимания на пули, я зашагал к дороге, стреляя на ходу из карабина. Прожектор разбился, и свет больше не слепил меня. Теперь ничто не мешало оценить ситуацию.

На противоположной стороне улицы на тротуаре стояли три лёгких броневика, в одном из которых зияли две дыры от лучей (два раза я всё-таки попал, хоть и палил почти наугад), за бронетехникой в парке виднелись фургон и пара внедорожников. Увээровцы прятались за броневиками и лупили по мне изо всех стволов. В суматохе было сложно понять даже примерное количество бойцов, но казалось, что их очень много.

Подойдя к дороге, я оказался на достаточном расстоянии для эффективного энергетического удара. Удерживая карабин правой рукой и не прекращая стрелять, я выставил левую ладонь в сторону одного из броневиков. Энергетический поток сделал вмятину в корпусе и сдвинул машину на несколько метров. Вторым ударом удалось опрокинуть на бок последний броневик.

Стрельба сразу поутихла, раздались крики, вопил раненый, наверное, придавленный перевернувшийся машиной.

Следующая волна отшвырнула подбитую бронемашину. Следующие две смяли фургон, что стоял на дорожке парка, и перевернули внедорожник.

Выстрелов я уже не слышал, зато сквозь грохот сминаемого железа доносились человеческие вопли. На тротуаре и на газоне валялись люди, убитые ударной волной. Вряд ли тут уже кто-то мог оказать сопротивление.

Меня же переполняло ощущение собственного могущества. Я просто пришёл и раскидал во все стороны многотонные машины с кучей народу — как ещё можно чувствовать себя после такого?

А за домом не смолкала перестрелка. Валера продолжал отвлекать на себя вторую группу, которая блокировала здание со стороны сквера. Нам же с Ирой надо было бежать к площади в двух кварталах отсюда: там ждала наша дружина с бронетехникой.

Убедившись, что по мне никто не стреляет, я кликнул Иру. Она неуверенно вышла, озираясь по сторонам и не понимая, что делать.

— Рот не разевай, — прикрикнул я на неё. — И на дорогу не лезь. Туда. Прячься за машину, — я указал на припаркованный на обочине седан, не пострадавший во время бойни.

Ира побежала куда сказано, и я последовал туда же, меняя опустевший магазин.

Среди деревьев заметил движение, снова захлопали выстрелы, я ответил частыми одиночными. Ввязываться в бой смысла не имело. Главным сейчас было как можно скорее покинуть опасный район.

Однако едва я приблизился к машине, за которой спряталась Ира, как из-за дома выехал броневик, преградив путь к площади. Чёрная квадратная туша «Кречета» выкатила на середину дороги и, повернув в нашу сторону широкий модуль с двумя энергетическими пушками, открыл огонь из обоих орудий. Из парка не прекращали стрелять.

Делать было нечего, я кинулся к машине — единственному укрытию в разумной доступности. Ударом ноги развернул её по диагонали к проезжей части и пристроился за капотом, стреляя по броневику. Два орудия начали разносить машину в клочья. Тонкую сталь кузова резало, словно бумагу, прошивая насквозь корпус.

В грудь что-то садануло так, что чуть сердце не остановилось. Боль обожгла живот, правое плечо и голову. От удара меня качнуло, и я уселся на асфальт.

Взглянув на Иру, увидел ужас в её глазах. Её спасло то, что она укрылась за задней частью машины, а броневик вёл огонь по передней, за которой находился я. Капот и колесо превратились в решето. Воняло бензином и жжёной резиной, повсюду валялись куски пластика и железа, а снаряды летели в меня, пронизывая темноту ярко-синими трассерами.

— Ложись! — крикнул я Ире сквозь грохот. — На землю!

Справа тоже хлопали выстрелы, но я не обращал внимания на них — не до этого было. Ощущение собственного могущества улетучилось. Броневик находился слишком далеко, чтобы я его смог сбить альфа-энергией, а попадания слишком быстро ослабляли защитную оболочку, все мои способности сейчас были бесполезны.

Две пули чиркнули об асфальт совсем рядом. Ира вскрикнула и повалилась на асфальт, схватившись за ногу. Только это заставило меня обратить внимание на увээровцев в парке. Я даже не видел, откуда они ведут огонь, но всё равно отстрелял в ту сторону полмагазина.

Главной проблемой по-прежнему был броневик. Он продолжал дырявить автомобиль, мне обожгло плечо и бок, и я чувствовал, как энергия иссякает. Тем временем машина загорелась. Над капотом заплясало пламя, повалил густой едкий дым.

Только одно могло помочь в данных обстоятельствах. Распластавшись на асфальте, я стал судорожно вытаскивать из кармана куртки батарею для энергоблока. Дело оказалось небыстрое. Прошла вечность, прежде чем батарея оказалась заменена. Всё это время пули и снаряды летали над моей головой, крошили асфальт вокруг меня и Иры, лупили по машине, разрывая её железную плоть. Только этот оставленный кем-то на улице автомобиль и спасал нас, скрывая из поля зрения оператора орудия.

Я высунулся из-за капота и выпустил все три заряда энергоблока. Мимо. Прицелиться толком не успел, да и броневик находился далеко, так что результат был закономерным. Снова пришлось ткнуться лицом в дорогу, готовясь повторить операцию. В кармане оставалась последняя батарея.

Вдруг пушки смолкли. Хлопки стрелкового оружия ещё тревожили утреннюю улицу, к ним примешивались гулкие удары орудий. Вот только звучали они далеко, доносясь, кажется, со стороны площади.

Встав на колено, отстрелял остаток магазина по парковым деревьев, за которыми прятались увээровцы. Бросив взгляд в сторону броневика, сразу понял, что произошло. Он стоял неподвижно, двери были открыты. Это значило только одно: его подбили, и подбили, по-видимому, наши.