Чтение онлайн

И обрушился дождь, холод, мозглые серые дни, полные хрипом и кашлем, маг простыл уже через седмицу. Его приютил собственный наставник в Милрадицах, до которых Ивен добрался уже совсем неразумный, лопочущий околесицу бессвязную, вызванную жаром. Наставник вызвал и лекаря и ходил за ним сам, будто мать родная. Только через месяц молодой маг вспомнил, куда он ехал и зачем. Это был конец октября...

И по Милрадицам ходил страшный слух: пропала дочь Владычицы Инессы. Правда, был еще слух, что пропал сын. И слух, что пропал какой-то исток, совершенно никому не известный. За ним потянулась сплетня, что дочь Владычицы и есть исток. Но другие утверждали, что исток - Филипп, сиречь сын. А третьи кричали, что видели, что исток сама Владычица, и она, дескать, и пропала. Ивен быстро разобрался, где истина, а где наговор. Он еще надсадно кашлял, собирая коня в Инессу, но даже наставник его не останавливал - Ивен открыл старику душу, не в силах больше держать в себе все тайны вывезенные из родных стен.

От Милрадиц он отъехал верст на двенадцать, трех магов вполне хватило, чтобы скрутить неодаренного парня. Ивен только и успел поставить хитрый блок памяти и молчал, будто немой, когда те допытывались о его злоключениях. Его везли в Цитадель и грозили отцом, но на третий день их перехватил Инесский отряд, не особо разбирая кто пленник, а кто конвоир. Повязали всех, Ивен твердил, как заведенный, что хочет поговорить с Владычицей или с воеводой.

– Угу.
– Сумрачно согласился колдун, затыкая ему рот кляпом. Его вернули в Милрадицы, но не в школу, а в холодные застенки, где мага истязала теперь только его хворь, рвавшая грудь лесной рысью.

Хитростью он выведал, что его наставник исчез, как белый день, сгорев в закате. Соседями по тюрьме стали его недавние пленители. Лишенные магии, в асбестовых путах они теперь докучали ему языками, жалясь скорпионами или осами, в зависимости от настроения. А Ивену было уж все равно - парень собрался помирать, умоляя тюремщиков лишь о разговоре с Ильмой Инесской. Его перенесли в лазарет, пожалев безумца, и маг сбежал. Он уже ненавидел всех: и инессцев, и цитадельцев, и весь белый свет, никому не веря. Но побег, сокрытие от поисковых заклинаний, взлом магической защиты и кража коня, завершили труды бродяжного лета и осени в тюрьме, полное магическое истощение стало последней каплей в печальном приговоре парня. Он просто гнал коня, не зная куда и от чего убегает. Помутившийся рассудок, отчего-то вел его привычной дорогой к ненавистному дому. Но сил хватило только до болот близь Уралакского хребта.

Там его и подобрали наемники и отвезли к Раде.

Маг обвалился в руки Айрин.

– Довольны?
– слабо просвистел он.

И тогда девушка опомнилась. Прошла не целая жизнь, как показалось ей, а едва больше часа. За столом беседовали Велимир с Радой, чародей объяснялся с женщиной, а та буравила его глазами, поджав губы. Айрин перевела взгляд на колдуна.

– Еще не все.
– Сказал он.

– Зачем мучаешь? Убей!
– потребовал маг, потребовал слабо и неубедительно.

– Твоя защита разума развалилась в тот миг, когда ты потерял последние силы?

– Я залез в собственную ауру, чтобы ее держать. Теперь у меня нет и ауры.

– Я понял.
– Майорин размел пальцы, будто обожженные о раскаленный металл, и опять положил их на бледные виски с синими венками. Девушка кивнула ему - она была готова.

– Какая преданность, - невнятно шелестели губы мага, но взгляд уже потерял осмысленность, мягкие путы чар с силой швырнули всех троих в глубину прошлого, кружа хоровод из месяцев, дней и лет, Майорин шел по воспоминаниям, будто перебирая свитки. Поймал-развернул-отбросил, следующее: поймал-развернул-отбросил, дальше: поймал-развернул-отбросил, другое, опять не то, еще одно - не то, и еще, еще и еще.

Нашел!

В круговерти, затеянной колдуном, проносились обрывки мыслей, чертежи, документы, свитки и разговоры, складываясь в хаотичную картину страшного плана, до мелочей просчитанного молодым магом. Он невероятно много знал об Инессе и ее жителях, поименно помнил почти каждого колдуна и очень хорошо был осведомлен о семье Владык Инессы. Он точно знал все карты, видел землю с птичьего полета, слышал доносы всех соглядатаев и читал те, что не слышал. В его голове роились целые тома информации, собранные десятками людей, он складывал их, вертел, менял местами, соотносил и превращал это в хитроумный, страшный план, созданный для уничтожения старой школы колдовства. План в котором было место и Айрин из Инессы - Истоку. И колдуну Майорину, урожденному Марину де Морру, и Филиппу сыну Ерекона, воину Хорхе, магу Агнию Фарту и его сыну. Здесь было место Велору главе ордена Белого меча, сюда попали Редрин Филин и Орник Мадера, заняла свой пост государыня Риана, уместился Алимарн Яриний, влез Горан Вирицкий и Клев Бересклет. Все фигуры были готовы к бою, каждый играл свою роль в руках гениального мальчишки, не ведающего что творившего. Гениального стратега Ивена, сына Карта Аарского, ставшего оружием в руках отца и брата.

Майорин вышвырнул их из головы Ивена и с силой хлестнул мага по щеке, досада смешанная с яростью приказывала прибить идиота сейчас же, навсегда избавившись от разума, поставившего на колени сотню умнейших людей страны.

– Нет!
– Айрин выставила вперед ладони, и удар пришелся девушке по руке. Что-то хрустнуло. Женские пальцы сжали кулак, Майорин попытался отшвырнуть защитницу, но Айрин вцепилась в его руку словно когтями. Слабее физически, она была единственным равным ему соперником в схватке сил.

– Это он придумал, что тебя нужно поймать будто зверя.
– Процедил Майорин, не разжимая губ.

– Я видела. Видела то же, что и ты! Но ум и мудрость разные вещи.

– И последняя ему незнакома.

– Я знаю, как ломает Цитадель. Они въедаются в душу, даже меня Фарт почти убедил!

– Ты...

– Глупее чем он?
– Айрин отпустила руку мужчины.
– Я просто другая, и ты другой. Подожди. Подожди, Майорин. Рано его убивать, этот ум может нам пригодиться.

– С чего ты взяла, что он встанет на нашу сторону.

– Не встану.
– Маг раскрыл опухшие веки.
– Лучше убей.

– Ты хочешь умереть, потому что уверен - тебе осталось немного. Неделя, месяц и ты покойник. Я могу тебя спасти. И ты даже будешь колдовать.

– Ты рехнулась.
– Колдун опять схватил ее за запястье, но девушка вывернулась и оттеснила колдуна, сев перед магом.

– Ты сможешь начать новую жизнь, что если тебе удастся стать тем, кем ты хотел быть с самого начала. Уедешь в Луар, и там нужны стратеги. А может дальше, мало какой король откажется от столь умного советника.
– Она взяла в руки ладонь Ивена, маг чувствовал как по телу разливается нежное тепло, живое и полное силы. Майорин тратил всю ее силу на заклинание, чтобы маг не умер, пока в его памяти копаются, будто в помойке. Но сейчас...

Колдун сделал шаг к девушке, намереваясь не дать воплотить ей задуманное, но Айрин выставила ладонь, чуть светящуюся от сдерживаемой энергии.

– Не подходи.
– Грозно сказала она, и сменила тон, обращаясь к магу: - Чувствуешь? Это сила истока. Та, что ты отдал Фарту, я - Айрин из Инессы. Ты думал, что мы оба окажемся здесь? Приходило такое решение задачи в твою голову, Ивен?

– Нет...

– Никто не в силах играть с судьбой. Ни я, ни ты.
– Пальцы переплелись, Ивен тонул в темно-серых, почти графитовых глазах девушки, тепло заполнило все тело, исток латал раны, одну за другой, заполнял собой бреши в поврежденной ауре, наполнял высохший резерв, связывал воедино человека и мага. А Айрин продолжала свою колыбельную, будто качала на руках ребенка, а не лечила злейшего врага.
– Мы можем быть умными и сильными, но все это лишь видимость, только морок, судьба ставит все на свои места. Ты должен был погибнуть здесь, но Рада выходила твое тело... Я должна была умереть от руки Клева Бересклета, но Майорин подарил мне меч, способный противостоять магии, а Лавт Борец вернулся, чтобы мне помочь. Твою судьбу решил твой отец, но у тебя хватило смелости бежать. Майорин хотел спрятать меня в Луаре, но я посмела вернуться. Планы рушатся, Ивен, тот кто предает, будет предан сам. Но тот, кто смеет верить, кто смеет надеяться, однажды находит и веру, и надежду. Несмотря ни на что, ты рвался к моей матери, чтобы предотвратить эту войну, и мне достаточно этого, чтобы я попыталась тоже, за тебя и с тобой. Ты хочешь жить, Ивен Аарский?